Второй шанс кукольной принцессы - Мэри Кенли

Но Аглесс посылала многочисленные письма. Императрице, Теодору Гридберну, отцу и брату… Даже принцу. Она знала, что часть писем перехватывает Артен, но всё равно продолжала отчаянно умолять тех людей о заступничестве. Продавала свои драгоценности из приданого жадным слугам, в надежде, что мольбы найдут адресатов.

«Я больше не совершу ошибок! Пожалуйста… Пожалуйста… Спасите меня… Кто-нибудь!»

Никто не ответил. Глупая кукла не была им нужна. Страну раздирали мятежи, насильственная смена власти… Никому нет дела до «благородной идиотки Аглесс».

Киана умерла, когда ей исполнилось двадцать четыре года. В ту жуткую ночь… Она спасалась от яростного преследования взбешенного Артена.

Только что он сжёг на её глазах стопку писем.

— «Дорогой Эрнст, молю тебя, вытащи меня отсюда…»; «Сэр Гридберн, вы всегда были рыцарем, отчего же сейчас не…»; «Я ошибалась. Я ошибалась!», — язвительным тоном зачитывал сын барона строки, которые она писала так много раз.

Киана дрожала. Когда Артен обнаружил первое письмо… Он проткнул ей шилом ладонь. А потом, его, казалось, начало забавлять её бесконечное отчаяние. Но сейчас мужчина вновь впал в бешенство.

— Как часто ты ноешь, Киана! — рявкнул Артен, разом выкидывая все письма в пламя. — Мерзкая, пустоголовая шлюха… Ты им не нужна, понимаешь? Никому из них ты не сдалась! Даже твой папаша скорее поблагодарит меня за оказанную «услугу»!

На краткий миг он, казалось, успокоился и выдохнул, а после криво усмехнулся. Уже на этом моменте девушка попятилась к двери, как испуганное животное. На её теле цвели незажившие раны, синяки, гематомы и кровоподтёки…

— Считаешь меня недостойным бастардом? Продолжаешь писать сопляку-Гридберну? Киана… Моё терпение не безгранично… А ты слишком плохо выполняешь роль мачехи… Может, стоит всем рассказать о том, какая ты страстная в постели?

Порой создавалось впечатление, будто Артен действительно верит в то, о чём говорит. Его воспалённое сознание давно не отличает правду от вымысла, погрязнув в безбожном садизме и жестокости.

— Расскажи, — чуть слышно прошептала девушка, — пусть лучше меня прилюдно линчует толпа, чем я останусь в этом диком месте!

И тогда он слетел с катушек. Схватил со стола нож и побежал следом за Аглесс. Принцесса неслась по тёмному коридору, не чувствуя ног. Вся её жалкая жизнь… Пронеслась перед глазами.

… Отверженная матерью, нелюбимая отцом…

… Обманутая братом, непринятая возлюбленным…

В этом мире она так и не познала поддержки и тепла. Что же остаётся для той, кого все отвергли?

Кажется… Киана сама остановилась. И Артен, не ожидавший подобного, механически нанёс удар ей точно в грудь.

Это было больно. Очень больно, потому что он продолжал рваными движениями резать её тело, сжимая одновременно в стальных объятиях. Дуглас ревел, как раненный медведь:

— Почему-у?! Почему ты…! Глупая, никчёмная тварь!

А Киана улыбалась. Уголки губ кровоточили. Но она могла сбежать. Теперь уж точно… Свободна.

Единственное, о чём пожалела брошенная принцесса… В этой тьме совсем не видно звёзд.

***

Киана резко распахнула глаза, пробуждаясь в роскошной спальне особняка. Дрожь сотрясала тело, на лбу выступила холодная испарина. В первый миг было сложно разобрать: где правда, а где вымысел?

Эти сновидения… Больше походили на потерянный осколок нефритового кулона, вонзившийся в её душу, дабы выкорчевать сокровенное вперемешку с внутренностями. То, о чём Аглесс решительно не хотела вспоминать.

«Артен Дуглас…» — девушка сжала зубы, медленно поднимаясь с кровати. Босые ноги утопали в мягком ковре. Фантомное ощущение колотой раны изводило сердце тянущей болью. Густая ненависть плотно обволакивала душу, рисуя в голове кровавые способы отмщения.

Она действительно хотела, чтобы он умер в мучениях, заняв место тех отвратительных чучел. Но… Нет, нет. Это не её война. Больше не её.

Киана медленно подошла к окну, одёрнула край шторы, с тоской всматриваясь в знакомый пейзаж, залитый мертвенным лунным светом. Звёзды рассыпались по небу, лишь усиливая глубокую печаль.

«Прошлое… Внушает искреннее отвращение. Не даёт расслабиться ни на секунду… Но на сей раз всё будет иначе. Я больше не уступлю. Не сдамся. Не позволю тем людям уничтожить меня»

Принцесса скользнула пальцами по прозрачному стеклу, постукивая ногтями.

«Запомни, Киана… Не искать чужой любви, заботы и ласки. Надеяться только на себя. И бороться до последнего вздоха. Тогда, быть может… Я найду выход из этого чёртового лабиринта боли и отчаяния»

Утром она встанет, безупречно улыбнется и покроет новыми нарядами всю свою глухую тоску, лишь бы никто не почувствовал фальши.

«Осталось немного, родная… Пережить День Расцвета. Рассчитать стратегию во время борьбы наследников. И исчезнуть из Кальдерона, прежде чем кто-либо успеет спохватиться…»

Голова заболела, вырисовывая тонкий женский образ в цветущих белокрыльниках.

«Ах, да… Как я могла забыть? Вскоре появится ещё одна важная шахматная фигура на этой могильной доске людских судеб»

— Розали Мейнар, — одними губами шепчет Киана столь ненавистное имя из прошлого.

Ниточки на запястьях кукольной принцессы натянулись до предела. Театральная сцена пришла в движение. Близился второй акт представления.

Конец перовой книги.