Страсть замедленного действия - Арина Ларина

– Адреналин, так его, – недовольно нахмурился Троекуров. Не хватало ещё, чтобы эта Полина заметила его нервозность. Будет неловко и глупо. Хотя всё их знакомство было неловким и глупым, так что хуже уже не будет.

Именно с такой недовольной физиономией Андрей и вывалился из автомобиля.

Полину он заметил сразу. Она носилась по площадке у памятника и размахивала руками.

– Вот, – удовлетворённо резюмировал Троекуров, глядя, как девица, перелетев через скамейку, плюхается в траву, скрывается в кустах, а через пару секунд уже выламывается из зарослей с другой стороны и летит к нему, округлив и без того огромные глазищи. – Женщина должна быть стабильной и предсказуемой. А это что? Это какое-то чудо на тонких ножках.

– Скорее в машину! – орало на ходу «чудо». – Открывайте дверь, не стойте столбом!

Троекуров послушно открыл дверцу.

Поля нырнула в салон, повозилась там, после чего прилипла лицом к стеклу, тревожно оглядывая окрестности.

Хмыкнув, Андрей вернулся на водительское место и вопросительно уставился на Полину.

– Здравствуйте, – радостно улыбнулась она. – Мне страшно понравилась ваша книга, я хочу знать, чем там закончилось. В той папке не было окончания.

– Вы серьёзно? – уточнил Троекуров. – Вы что, читаете фантастику?

– Вообще нет, – призналась Полина. – Но мне нечего было читать в поезде, поэтому пришлось. И тут оказалось, что фантастику я очень люблю. Вы потрясающе пишете, у вас такой слог, такие образы, я просто зачиталась. И такой сюжет необычный. Так чем закончилось-то? Нет, я не то говорю! Не говорите ни в коем случае! Я хочу прочитать концовку. Это можно? А где ваш роман выйдет? Я бы купила!

– Вам что, действительно понравилось? – недоверчиво буркнул Андрей.

– Вы таким тоном спрашиваете, как будто сами считаете, что написали невероятную дрянь, – хихикнула Поля. – Конечно, мне понравилось. Так у кого вы будете издаваться?

– Издаваться?

– Что вы всё переспрашиваете? – насторожилась Полина. – Издеваетесь? И что вы так смотрите на меня? А, вы пятно заметили?

Она нервно потёрла какое-то коричневое пятно на белой футболке и покраснела.

Сказать по правде, Троекурову не было никакого дела до её пятна. Он вообще думал, что это какой-то узор. А вот то, что ей понравилась книга, причём, судя по горящим глазам девушки, восторг был вполне искренним, неожиданно расположило его к Полине.

– Это я мороженое купила, пока вас ждала. Шоколадное. А оно на футболку упало. Пока я его чистила, ко мне привязалась какая-то оса. А может, и вообще – шершень. Она была огромная, я еле убежала.

– Вы поэтому метались по кустам? – ухмыльнулся Андрей.

– Я насекомых боюсь. Крупных. К мелким я за последние дни как-то даже привыкла. Так что с книгой? – Полина торопливо перевела тему. То, что он пялился туда, где у нормальных женщин должна быть грудь, а у неё только здоровенное шоколадное пятно, напрягало.

– Да я её ещё не дописал, – признался Андрей.

– Не дописали? – разочарованно протянула Полина. – Как же так? Жалко. Я думала, вы уже в процессе издания, посоветоваться хотела.

– А вы что, тоже пишете? – удивился Андрей. Этого он не ожидал. Может – врёт? Ведь исключать материальный интерес к нему и его персоне – глупо, какой бы открытой и непосредственной эта Дюймовочка ни была.

– Да, – смутилась Полина. Вообще-то она не собиралась ему ничего говорить, но как-то вдруг само получилось. Наверное, ей очень хотелось зафиксировать хоть какие-то общие точки. А то Троекуров смотрел на неё, как на дефективную. И надо же было купить это дурацкое мороженое!

– Слушайте, а пойдёмте в кафе, – неожиданно предложил Андрей. – Поговорим, обсудим наши писательские дела. Я ведь про издание пока даже не задумывался.

– Ну, так и правильно, – остудила его пыл Поля. – Вы ж книжку ещё не дописали. И вообще – я в таком виде. Мне неудобно в кафе. Я вон лохматая, в траве испачкалась, пятно…

– Вы мне и в таком виде весьма симпатичны, – брякнул Андрей, впрочем, тут же тревожно поправившись: – Я в том смысле, что вы не такая уж страшная. То есть я хотел сказать, что плюньте на эти сантименты. Пойдёмте, не в машине же сидеть.

– Ладно, давайте, – пожала плечами Полина, прикидывая, занести его последние фразы в пассив или в актив. Всё же получилось слишком двусмысленно.

В жизни всегда получается вовсе не так, как мы планируем. Сколько раз брошенная Игорем Полина представляла себе, как промчится мимо него в белом «Мерседесе» или проедет в кабриолете с красавцем-мачо за рулём. Или случайно встретит на презентации своей новой книги. В общем, моделировала всякие нереальные ситуации, упиваясь его мнимым поражением. Игорь будет заламывать руки, жалеть, что бросил её, просить прощения, а она не простит. Конечно, не простит. Прощать-то как раз незачем. Главное – торжество справедливости, после которого можно спокойно начинать новый этап в жизни. А то, ишь ты, переметнулся к какой-то там поэтессе, поёт этой своей Анечке дифирамбы, а про девушку, которой морочил голову почти десять лет, и думать забыл. И единственное, что их ещё связывало, это его рефлексирующее чувство собственности.

Так или иначе, именно сегодня шалунья судьба решила свести их вместе. Именно тогда, когда у Полины не было причёски, красивого платья, зато было здоровенное пятно и следы от травы на шортах. А вместо красавца-мачо рядом болтался смурной Троекуров, хотя следовало признать, что без бороды он был очень даже симпатичным.

И мало того, что в этом злополучном кафе был Игорь, он туда притащился со своей Анечкой!

– Полина! – взревел бывший ухажёр, едва Андрей со своей спутницей вошли в прохладный зал. – Это кто?

– Вот ёлки-палки, – прошептала Поля и густо покраснела. – Бывает же такое!

– А вы кто? – раздражённо оттёр Игоря Троекуров.

– Я её… эээ… друг!

– Бывший, – желчно вставила Поля, разглядывая соперницу. Следовало признать, что та была хороша. К сожалению.

– Полина, как жизнь? – выглядывая из-за спины Андрея, делано равнодушным тоном поинтересовался Игорь.

– Нормально, – буркнула Поля. – Надеюсь, у тебя тоже. Обмен любезностями считаю завершённым. Давай, до свидания.

– Пусик, – вдруг шёпотом взвизгнула поэтесса. – Это ж тот самый! Который Анжелку обхаживал! Он ещё писал, что ему нравятся женщины с формами, а сам хотел, чтобы она плюс ко всему и умной оказалась. Так у Анжелки с формами, сам помнишь, густо, а в голове пусто. Я за неё письма писала.

Игорь самодовольно посмотрел на заалевшую Полину и тоже шёпотом, слегка повернувшись к своей девице, сообщил:

– Ну, у Полины как раз наоборот всё.

Шумно вздохнув, Поля выскочила на улицу.

Какая гадость!