Наша вина - Мерседес Рон

затронуть сложную тему, но думаю, что она важна, – мы все внимательно смотрели на него, понятия не имея, почему он вдруг стал таким холодным. – Не знаю, все ли из вас знакомы с правилами нашей компании, и поэтому сделал копии для каждого из присутствующих, чтобы вы также могли отправить их своим подчиненным. – Все пристально посмотрели на Николаса, который профессионально и отстраненно посмотрел в ответ. – Любовные отношения между сотрудниками строго запрещены.

Я распахнула глаза от удивления. Заметила, как взгляд Саймона устремился на Николаса, а в комнате воцарилась неловкая тишина.

– Это правило всегда действовало в каждой из компаний моей семьи, и я считаю его важным для надлежащей работы, – он обвел всех нас взглядом, остановившись на Саймоне, а затем на мне. – Если нет вопросов, можете продолжать работу, спасибо.

Вдруг стало шумно, поскольку те, кто присутствовал на собрании, старались как можно скорее покинуть зал заседаний.

Господи, это же смешно!

Я повернулась к Саймону и увидела, что он не направился в свой кабинет.

Николас закончил укладывать свои вещи в портфель, а когда поднял глаза и увидел нас, положил карандаш, который держал на стеклянный столик и выпрямился, чтобы выслушать то, что собирался ему сказать Саймон.

– Знаешь что, Николас? – сказал он, обходя стол и направляясь к нему.

Я нервно смотрела на них, не зная, что делать или говорить. Мне не следовало целоваться с ним прошлой ночью, не на глазах у Ника, не говоря уже о том, что случилось в лифте. Черт, он может все рассказать!

– Я прекрасно понимаю, что ты требуешь от сотрудников соблюдения своих идиотских правил, но ты не должен забывать, что я являюсь партнером этой компании, так что свои распоряжения, касающиеся моей личной жизни, можешь засунуть куда подальше.

Николас, казалось, не удивился этой словесной атаке. Он выпрямился во весь рост и встал напротив него.

– Я владею шестьюдесятью процентами активов, что фактически оставляет тебе двадцать, учитывая остальные двадцать Бэксвелла. В соглашении о партнерстве было очень четко указано, что компания находится под юрисдикцией «Лейстер Энтерпрайзис», поэтому, если у тебя есть предложения, тебе стоит обсудить их с правлением, то есть со мной и моими директорами.

«Черт».

– Николас, ты несправедлив, – тихонько заговорила я. Не могла поверить в то, что происходит.

– Если однажды кто-то из вас будет управлять компанией, можете делать с ней все, что захотите, но пока будет по-моему. Если я снова увижу вас вместе, буду подозревать или догадываться о том, что у вас романтические отношения, выставлю вас обоих на улицу. Это ясно?

Я перевела взгляд на Саймона, и мне стало его жаль. Было видно, что он хочет разбить Нику лицо, но даже в такой ситуации он не станет бить своего босса. Он не мог ничего сделать или сказать и, все понимая, боялся, что Николас ищет малейшего повода уволить его.

Саймон схватил свои вещи и хлопнул дверью, выходя из зала.

Николас повернулся ко мне, а я все еще стояла как идиотка, чувствуя, как кипит кровь от ярости и беспомощности. В тот момент я ненавидела его за то, что он был таким эгоистом, за то, что не любил ни меня, ни кого-либо другого. Ненавидела его за то, что он продолжал играть со мной, даже зная, что мое сердце все еще страдает по нему.

– Тоже собираешься хлопнуть дверью? Хотя мне все равно, – сказал он, собирая свои вещи, будто ничего не произошло.

– Что, черт возьми, с тобой не так? – выпалила я, повысив голос и крепко сжав кулаки.

Николас бросил на меня ядовитый взгляд.

– Я пытаюсь управлять компанией. Я не позволю тебе спать с одним из моих партнеров.

– Но это не твое дело! – крикнула я.

– Ты невыносима, – сказал он, понизив тон и глядя на меня. – Иногда мне трудно вспомнить причины, по которым я был влюблен в тебя. Думаю, все сводится к примитивному возбуждению. Да, с тобой было хорошо, но это не компенсирует всех дерьмовых моментов, через которые ты заставила меня пройти.

Он сменил тему разговора на наши отношения?!

– Ты говоришь так, будто ты чертов святой. Напоминаю, что я переспала с другим, потому что поверила, что ты сделал это с двумя другими девушками у меня за спиной. Я ошиблась, а ты?! А ты, Николас?! Со сколькими женщинами ты переспал с тех пор, как мы расстались? Боже, я позволила тебе делать со мной все, что ты хотел, а ты был с другими! С тобой я достигла дна, ты обращаешься со мной так, будто я твоя собственность или игрушка, которая развлекает тебя, когда тебе скучно. Ты не позволяешь мне идти вперед, и это очень эгоистично!

Николас положил свои вещи на стол и подошел ко мне. Он был очень взбешен, тяжело дышал, а у меня тряслись руки… Он вывел меня, мне нужно было отпустить это и многое другое. Держать все в себе было бесполезно.

– А знаешь почему? Потому что я не позволю тебе двигаться дальше, пока сам не сделаю это. Вот так. Я не хочу видеть тебя счастливой. Не хочу видеть тебя ни с кем другим, потому что я еще не закончил с тобой!

Я оттолкнула его изо всех сил и побежала прочь, пока не достигла другого конца комнаты.

– Ты больше не прикоснешься ко мне, – сказала я сквозь стиснутые зубы. Мои слова вызвали хищный блеск в его расширенных зрачках. – Ты думаешь, что можешь делать со мной что хочешь, но это не так. Ты в отношениях, поэтому наш вчерашний поцелуй был последним.

Николас остановился передо мной и уперся руками в стену, по обе стороны от моей головы.

– Я не могу видеть тебя с этим парнем, это сводит меня с ума, – признался он, глядя на меня со страстью и решимостью в глазах.

Я иронично рассмеялась.

– Ну я тоже не в восторге от того, что вижу тебя с Софией.

Ник проигнорировал мой комментарий и придвинулся ко мне ближе.

– Мне нужно быть внутри тебя, – выпалил он без всякого смущения.

– Нет.

Ник одарил меня одной из тех улыбок, которые я так любила.

– Ты прекрасно знаешь, что я могу заставить тебя передумать так быстро, что ты даже не заметишь, как это произойдет, – говоря это, он взял меня за подбородок и большим пальцем стал ласкать мою щеку, а потом губы.

Я взяла его руку и оттолкнула.

– Я не буду играть в эту игру, не в этот раз, – заявила я, отходя от него. – Это не выход, Николас. Это только больше навредит нам, а я уже натерпелась столько, что больше уже не выдержу. Хватит, ты с Софией, и я начинаю встречаться с Саймоном, и это реальность.

Николас разъяренно покачал головой.

– Ничего ты с ним не начнешь, Ноа, по крайней мере, здесь, – пригрозил он.

Я огляделась. Что ж, раз так…

– Тогда я ухожу. Увольняюсь, – сказала я, явно ошеломив его, и вышла, закрыв за собой дверь.

Все, дело сделано… не осталось никакой другой причины снова его видеть.

31

Ноа

Хотя решение было принято поспешно, той ночью, лежа в постели, я поняла, что это лучшее, что я могла сделать. Нужно было перевернуть страницу раз и навсегда, а работать на него – полный абсурд.

От Саймона было несколько пропущенных звонков. Он пытался связаться со мной, пытался спросить, все ли в порядке, но я игнорировала его, сосредоточившись на своей злости на Николаса. Однако на один из его звонков я все же решила ответить. Я спросила Саймона, не возражает ли он, если я приеду к нему домой, чтобы увидеться, и, когда оправился от удивления, он без колебаний назвал мне адрес.

Не потребовалось много времени, чтобы добраться до жилого комплекса, где он жил, всего в квартале от того места, где раньше жил Ник. К тому времени, как я добралась до его двери, была полностью уверена в том, что собираюсь сделать.

Саймон приветствовал меня с беспокойством, отразившимся на его лице. На нем были серые спортивные штаны и широкая темно-красная футболка. Цвет, который я видела в тот день повсюду. Я даже не дала ему заговорить, как только он открыл дверь, я бросилась в его объятия.

«Как тебе это, Николас Лейстер».

Саймон обнял меня за талию и захлопнул входную дверь. Когда обе его руки оказались свободны, он схватил меня и поднял жестом, слишком сильно напоминавшим мне о Нике. Черт, почему парням так нравилось брать меня на руки?

«Ноа, сосредоточься».

Когда он снова поставил меня на пол, я попятилась, чтобы увидеть его реакцию. Саймон смотрел на меня так, словно никогда раньше не видел.

– Когда ты позвонила час назад и сказала, что приедешь, клянусь, я меньше