Догнать ревизора, или налог на Золушку - Ирина Успенская

— Как только вступила в наследство землями, — скривился друг. — Неделю назад приняли поправку к закону, по которой ведьмы стали такими же членами общества как и остальные аристо. Так что теперь слово владыки для тебя в приоритете.

— А раньше?

— Ведьмы были вне закона.

— Мне это не нравится.

— Увы, мы об этой поправке узнали только сегодня утром, — Васька задумчиво побарабанил длинными пальцами с безупречным маникюром по подлокотнику. — И есть у меня подозрение что это связано с тобой. Что-то задумал темный. Боюсь, что он тебя не отпустит, — закончил друг хмуро. — Хотя, как сотрудница «ТроллДома» ты будешь иметь дипломатическую неприкосновенность. Ну как, подписываем контракт?

— А ты в курсе что проклял не герцога, а короля? — безразлично поинтересовалась я, открыто следя за выражением лица любезного друга.

— Пф, ты только гляунь на его моурду, — самодовольно промурлыкал Василий. — Он не знаул!

Я впервые видела Ваську таким огорченным и растерянным. Хорошо, что под рукой был телефон и я успела увековечить это воистину шикарное выражение вампирьей физиономии! В следующий раз, когда друг будет прав, а я не очень и крыть мне будет нечем, буду любоваться и злорадствовать.

— Это правда? — спросил Васька у кота. Тот протяжно и ехидно мурлыкнул, чувствуя себя отомщенным. — Рассказывайте.

— А тебе не кажется, что ты мне задолжал больше? — приподняла брови я.

Васька вздохнул, но все же начал рассказ… Да, он вампир и ему много веков. Нет, вампиры — это не раса, это магическая мутация и таких как он — древних- очень мало. На Земле сейчас околачивается, по словам Васьки, всего трое. И да, он самый опасный, поэтому с «ТроллДомом» не связываются даже владыки демонов и именно поэтому Агентство так популярно во всех девяти мирах пирамиды. Мой друг бессмертен, и рассказы, что вампира можно убить колом или солнечным светом — вранье. Убить его невозможно, хотя можно попробовать выбросить в космический вакуум, там он еще не был и не знает наверняка как поведет себя организм. А вот Марианна — ведьма и жизнь у нее хоть и длинная, но не бесконечная, но Васька привязал ее к себе и каждое ее рождение они встречаются, чтобы прожить очередную счастливую жизнь. И я права, со мной он познакомился не просто так, а по просьбе отца, который предчувствовал раннюю смерть и заключил с Агентством контракт на «присмотр», но это ничего не значит, он меня все равно полюбил и в обиду никому не даст!

— Я тоже тебя люблю, хотя врун ты изрядный, — сказала я когда Васька закончил на пафосной ноте о вечной дружбе и «мы же с тобой почти родня»!

А потом наступила наша с Василием очередь рассказывать и показывать. Амулет Васька оценил, рассказ выслушал с каменной физиономией, а под конец констатировал:

— Ты влипла, Анна. — Будто я сама этого не понимала! — Я тебя прикрою контрактом, а дальше будем смотреть по обстоятельствам. Ты уже знаешь как пользоваться Дланью? — И когда я отрицательно качнула головой, Васька психанул, — Так какого черта ты не расспросила дома и гримуар?

Упс… А что так можно было?

— Тебе нужно учиться. Я подыщу наставницу из старых ведьм, потому что Мара помочь не сможет. Она специализируется на магии смерти, а это очень узкая ниша.

На том и расстались, Васька занялся украшением замка и распределением комнат для гостей, а я поднялась в свой кабинет, чтобы углубиться в чтение. Удивительно, но утром я не встретила ни горгула, ни его «альтер эго». Странно это…

Гримуар обрадовался мне как родной, скучно ему, наверное, тут лежать, а наша с Василием компания все же лучше, чем голые стены и полумрак кабинета.

— Один-одинёшенек ты у нас, — запричитал подхалимски кот, запрыгивая на стол. — Красиувый, дреуний, умный! Поделись с никчемными нами своуей мудростью.

Я шикнула на кота и, погладив корешок вредной книжки, изложила проблему. В ответ получила два часа урока по траво-древоведению и только потом ответ на вопрос и от этого ответа у меня начал глаз дергаться. Я даже переспросила:

— Ты уверен, что этого хватит?

Гримуар громко захлопнулся и притворился обычной книгой. Обиделся, что я в его компетенции сомневаюсь, пришлось витиевато извиняться. Как и когда я стала улавливать эмоции этого самобытного ведьмовского гугла, не знаю, но наше общение в последние дни перешло на совершенно новый уровень. Рядом с этой огромной древней книгой я ощущала себя первоклашкой и мне это даже нравилось. Я люблю учиться, хотя, где я и где травы…

— Давай, пробуй! — Василий зато в словах гримуара не сомневался. Он сидел на столе и от нетерпения кончик его хвоста нервно дергался. — Коли палец и командуй трах тибидох!

— Эй, не было там такого! — возмутилась я, снимая с шеи амулет. — Я без тибидоха себя дурой ощущаю, а еще ты со своими шуточками…

— Так ты и есть ду… не очень умная, коль сама не догадалась! Тебе же озвучили условие снятия проклятия — как только истинную суть проклятого увидишь, а ты его в человекообразном виде давно уже ощущаешь! Бедный я несчастный, тупенькая мне ведьма досталась, да еще и не девственница. Кошмара какая-то! Как это вампирюга не уследил? А теперь как тебе силу пробуждать великую, если уже и все? — причитал кот на одной противной ноте.

— Восстановить могу, — ехидно предложила я наглой роже. — Хоть пять раз подряд. Были бы деньги.

Представила, что вся сила ведьмы в том самом месте и меня такой смех разобрал, что я минут пять не могла разогнуться. Василий терпеливо ждал, а потом не выдержал, заорал дурниной:

— Колдуй давай, болезная!

Я от неожиданности и колдонула… Уколола палец серебряной игрой и стала ждать, когда на коже скопится хоть немного «волшебного ингредиента». Это только в фильмах брызги крови красиво летят и падают, в жизни едва просочилась капелюшка, ее даже стыдно было назвать каплей, но смазать артефакт хватило. Теперь прикрыть глаза, вызывая образ горгула…

— Получилось! — завопил Васька. — Тыкай! Скорее тыкай!

От неожиданности я открыла глаза и на мгновение зависла, рассматривая объемную картинку обнаженного лорда Арсийского. Какое развратное у меня все же воображение… Вокруг сердца мужчины клубилось черное слизкое пятно, вот туда я амулетом и «тыкнула», приложила изо всех сил, от всей ведьмовской души и едва не выронила «Длань» когда из призрачного лорда в артефакт стало втягиваться проклятие.

— Мурмяу, — глубокомысленно изрек Василий с уважением поглядывая на потяжелевшую «Длань» в моей руке. — Вот это силища… Интересно, а радикулит оно тоже может? — уточнил тут же деловито. — А то хвост