Наследница жрецов - Анастасия Миллюр

— Идеально. Теперь мы можем идти.

— Куда? — тут же поинтересовалась я.

— Сюрприз.

Я буквально спиной ощутила его улыбку.

— Хорошего вечера, — улыбнулась мисс Анэль.

Мы поблагодарили ее и направились к карете. Внутри я, постоянно ловила на себе его взгляды, и от этого внутри меня росло приятное напряжение. На губах то и дело показывалась глупая улыбка, и я благодарила всех известных мне богов за полумрак.

Разумеется, между нами все было неясно. Единственное, что я от него услышала — он не женится на Сесилии, но это утверждение было полным, из него не следовало ничего иного. Но я все еще была пьяна, а он очень мило вел себя в этот вечер.

Я приподняла бархатную ткань и выглянула в окно, когда карета начала замедляться и поворачиваться. Мы подъезжали к роскошному особняку, который, без сомнения, находился в самом модном районе города. Когда лакей в парадной ливрее распахнул передо мной дверцу и помог спуститься, я поняла страшное. Мы прибыли в дом герцога Альбатте. А когда я увидела десятки других карет, и несколько дам, которые в сопровождении мужчин направлялись к высоким дверям, осознала, что мы к тому же прибыли на бал.

— Рейган… — пробормотала я очень тихо.

— Да?

— Что мы тут делаем? — спросила я непослушными губами.

Он встал передо мной и взял за руку.

— Сюрприз.

— То есть это еще не он? — уточнила я, сглотнув. Мои взгляд лихорадочно скользил по горящими огнями окнам, где виднелись силуэты.

И хотя я уже видела герцога Альбатте, здесь было все совершенно по-другому.

Во-первых, я ни разу не была на балу, хотя до пятнадцати лет, это было моей самой большой мечтой. Но потом я поняла, что семья никогда не возьмет меня в столицу, не представит свету, и прекратила даже думать об этом, чтобы не расстраиваться лишний раз.

А во-вторых, я шла на бал великого герцога с его сыном! Это не может быть истолковано многозначно.

— Рейган… — прошептала я несколько испуганно.

— Все хорошо, — усмехнулся он. — В этом нет ничего страшного. Я буду рядом.

— Это-то и пугает, — фыркнула я, справившись с собой. — Зачем ты ведешь меня туда?

Он ничего не ответил, лишь улыбнулся, а в глазах его плясали кадриль непослушные черти.

Бальный зал встретил нас миллионами огней. Зеркальные стены и потолок создавали ощущения, что пространство здесь не ограниченно ничем, кроме как пределами бесконечности. Громко играла музыка, лакеи разносили закуски, рекой лилось шампанское. Я тут же заприметила родителей Рейгана, они танцевали в центре, не отрывая друг от друга взгляда. Но и наше пришествие не осталось незамеченным.

Я чувствовала, как на нас то и дело оборачиваются, по залу стали ходить шепотки. Рейган то и дело останавливался рядом с кем-то, вежливо кивал, улыбался и представлял меня. Многие, услышав мое имя, не могли сдержать подергивания бровей, или удивления, но под внимательным взглядам Рейгана все они растекались в добродушной улыбке и спешили поцеловать мою руку. Взгляд многих спотыкался на браслете, и я не могла понять причину этого.

Наконец, протиснувшись через весь зал, мы дошли до герцога и герцогини.

— Ваша светлость, — присела я в реверансе.

— Отец, — кивнул Рейган.

— Леди Эспакте, приятно снова вас увидеть, — улыбнулся Ридарон. Взгляд его был тяжелым и оценивающим. Раньше он так не смотрел.

— Ребекка, позволь представить тебе мою мать. Реминэлия Пентлог, герцогиня Альбатте. Матушка, леди Ребекка Эспакте, наследница графа Аслайг.

Фиалковые глаза женщины, так похожие на глаза Рейгана, смотрели дружелюбно, но чувствовалась некая напряженность.

— Я вижу, вы пришли вместе, — улыбнулась герцогиня.

— Так и есть, — проговорил юноша спокойно.

— Я надеюсь, ты понимаешь, сын мой, что это не шутки.

Она твердо посмотрела на сына.

— Понимаю, — в его голосе прозвучали до боли знакомые холодно вежливые нотки.

— Пусть это будет истинно так, — она резко перевела взгляд на меня. — Очень приятно с вами познакомится, леди Эспакте.

— Мне тоже, ваша светлость, — я сделала книксен.

— Развлекайтесь, — улыбнулась женщина и взяла за руку своего мужа, который возвышался над ней на добрые две головы. Ее взгляд скользнул по колье, застегнутому на моей шее, и она как-то очень понимающе усмехнулась.

— Я хочу тебе кое-что показать, — сказал Рейган, когда мы отошли.

— Да? И что же это? — я подняла на него взгляд, и он с улыбкой протянул мне газету. — Серьезно?

Фыркнув, я развернула ее и пробежалась взглядам по строчкам. Едва взгляд зацепился за знакомую фамилию, как все внутри меня замерло. Я впитывала в себя каждую строчку, не веря в то, что читаю, в то же время ощущая, как меня наполняет огромное удовлетворение.

Семья отца полностью разорена. После того, как королевство отказалось с ними сотрудничать, все вкладчики тут же пришли забрать свои деньги, в результате чего, компания разорилась, об это стало известно уже к вечернему выпуску газеты.

Я сглотнула.

— Но, когда ты успел?

— Одной бессонной ночью больше, одной меньше, кому какое дело.

То есть, пока я ревела в подушку, полагая, что он предпочел мне Сесилию и женится на ней, Рейган проворачивал какие-то тайные махинации по разорению семьи моего отца, потому что обещал отомстить за меня?

Я закрыла глаза. Такой дурочкой я не ощущала себя уже давно.

— Господи, — пробормотала я. — Прости.

— Знаешь, а это приятно, когда тебя называют богом.

Мои веки тут же распахнулись, и я легонько ударила его по плечу.

— Не зазнавайтесь, ваше величество.

Он широко улыбнулся.

— Как мне не зазнаваться, если я держу в объятьях самую красивую леди на этом балу. И любой, кто не согласен с этим просто безумец. На самом деле, я уже готов приказать нескольким лордам убраться на другой конец чертова света, потому что они непрестанно смотрят на тебя, и этим ужасно меня раздражают.

— Что не так с гарнитуром, что ты мне дал, Рейган? — спросила я, стараясь справиться с бабочками, которые вскоре могут раскрошить мои ребра, если не перестанут пытаться взлететь в небо.

— А что с ним может быть не так? — усмехнулся он.

— Ты мне скажи.

В его глазах снова заплясали только-только утихомирившиеся черти.

— Возможно это всем известная реликвия дома Альбатте. Но я могу ошибаться.

Мой рот сам собой приоткрылся, а все мысли просто улетели из головы. Дать мне такое украшение равносильно объявлению помолвки.

— Я хотел несколько раз станцевать с тобой, ненадолго позволить другим украсть тебя, а затем снова вернуть в мои объятья. Я хотел, чтобы ты сияла на это балу.

— Если ты говоришь мне свой план, значит ты уже не собираешься его выполнять?

— Сейчас я размышляю