Потерянная - Катерина Марей

— Хорошо. Завтра мы поговорим, — пришлось согласиться мне лишь бы он отпустил.

Позволил отойти и не натворить ещё больше глупостей. А я уже была на грани. Его слова опьяняли и я уже начинала окончательно терять себя.

Услышав то, что хотел услышать, Глеб сгрёб меня в объятия и прыгнул в бассейн.

Вода так неожиданно ударила по телу, что я не задумываясь вцепилась в парня всеми четырьмя конечностями. Лицом уткнувшись в его шею.

И снова мысли и чувства танцевали какой-то непонятный танец страсти. Всё тело пробивало электрическими импульсами. Мне хотелось лишь крепче прижиматься к нему… Его объятия были желание всего на свете…

Только когда лёгкие снова расширились от поступившего кислорода, я распахнула глаза.

И снова он смотрел на меня. Так жадно, пытливо. Крепкими руками прижимая меня к себе настолько аккуратно, что казалось я для него словно самое хрупкое и ценное.

Какой же ты красивый! С мокрых волос по его лицу стекала вода, а ресницы стали будто еще длиннее.

Смех сестёр раздавался за спиной. Их мужчины о чём-то разговаривали. А нас никто не трогал. Мы просто растворялись друг в друге.

Тёмные глаза курсировали по моему лицу, то задерживаясь на губах, то снова поднимались к моим глазам. Я читала их жажду. Ту, которая мучила и меня саму. Жуткая потребность в его губах.

— Глеб, пожалуйста, отпусти меня, — заставила себя произнести я, осознавая, что ещё немного и просто не смогу противиться своим чувствам.

Мгновенно Глеб разжал руки и позволил мне встать на дно бассейна.

— Прости… Иногда я забываюсь.

Если бы ты только знал насколько сильно рядом с тобой забываюсь я…

Но я должна была отвлечься. Нужно было сфокусироваться на чём-то другом. Уйти из-под влияния парня, который продолжал сжигать меня взглядом. Дальше было попросту некуда! Большего позволить себе я не могла. Итак, слишком далеко зашла.

Я чувствовала себя предательницей! Я встречаюсь с Димой! Я жду от него ребёнка! И то, что я провожу время в объятиях другого парня это ужасно! А вокруг тем временем все веселились. Было так красиво! Все эти полосы, рисунки на наших телах горели яркими красками, отражая свет бассейна. Ни персонала, ни музыкантов уже давным-давно не было. Только музыка из колонок грохотала и на весь двор раздавался смех моих сестёр.

— Идём к ним, — заметил мой взгляд Глеб и протянул мне ладонь, — В их обществе рядом со мной тебе будет комфортнее. Раньше я так сильно тебя не пугал.

— Ты и сейчас меня не пугаешь, — возразила я, уловив в голосе нотки огорчения.

— Но тебе со мной некомфортно. Причём сейчас даже больше, чем в первые дни нашего побега.

— Просто мне тяжело улавливать ту грань, которую не стоит переступать, — мне пришлось признать причины такого поведения, лишь бы не продолжать измываться над чувствами парня.

— Так может быть переступить? Лиз, мы же этого оба хотим, — Глеб с тоской заглянул в мое лицо.

— Нет, Глеб. Я этого не хочу. Я именно этого и боюсь. И мы договаривались не говорить на эту тему сегодня.

— Хорошо, — тяжело выдохнул Глеб, — Тогда пойдём просто продолжим праздник.

Только легче не стало. Паскаль продолжал невзначай касаться меня, не отходил ни на шаг. И даже когда мы расходились по комнатам проводил меня до самых дверей.

— Спокойной ночи, ангелочек, — Глеб остановился напротив двери в мою комнату, выдерживая дистанцию между нами.

— Спокойной ночи Глеб, — я знала, что он ждал чего-то ещё и именно поэтому поскорее попыталась бежать.

— Лиза…

Я обернулась на зов, и тут же сильное мужское тело прижало меня к стене.

— Пожалуйста, позволь тебя поцеловать, — Глеб провел носом по моей щеке, умоляюще шепча, касаясь губами кожи, — Уже завтра…

— Вот именно Глеб, — я постаралась отстраниться, секундой назад приняв решение, что пора возвращаться в реальность, — Часы пробили полночь и сказка закончилась. Отпусти меня.

— Лиза…

— Отпусти меня, Глеб! — более настойчиво повторила я, мысленно умоляя парня послушать.

И он отпустил…

Только когда за моей спиной закрылась дверь, удалось выдохнуть свободно. Сердце вновь стучало как у кролика после погони. А всё тело ныло от потребностей вернуться в крепкие руки.

Всю ночь я не могла уснуть, снова и снова прокручивая в голове весь сегодняшний день. Он был прекрасен… И это было больнее всего.

Все слова Глеба, его поведение, взгляды. Всё это только сильнее зажигало меня к нему.

Ну почему всё это он не делал и не говорил когда мы только вернулись домой? Тогда я была бы самой счастливой! А сейчас… Сейчас всё это лишь разрушает спланированную мной идеальную жизнь. Разрушает меня саму.

И я знала каким должно быть моё решение. Знала как должна поступить. А ещё знала, что уже сегодня озвучу своё решение Паскалю.

На следующий день я сидела у бассейна, содрогаясь от страха. Вчера с Глебом у нас был договор, не обсуждать НАС.

Я наслаждалась его вниманием, его лаской, его нежностью. Всего лишь на один день позволив себе забыться.

Да! Это было неправильно! Возможно даже несправедливо по отношению к Глебу. И уж точно не честно по отношению к Диме. Но мне был необходим перерыв. Да и день свадьбы сестры портить разборками и беготней не хотелось.

Но теперь… Все стало еще сложнее. Я же сама дала Глебу надежду.

Столько сил положила на то, чтобы оттолкнуть, а вчера сама позволила приблизиться. И теперь только вопрос времени, когда Глеб придет ко мне за ответами на свои вопросы.

А я… А мне нечего было ему сказать. В моем мире ничего не поменялось. Любила я Глеба, но ребенка ждала от Димы. И поэтому бывшего телохранителя я избегала.

— Как ты? — рядом на шезлонг села Зоя, внимательно просверлив меня взглядом, — У тебя живота вообще не заметно. Это нормально? Срок то уже большой.

— Зоя! — я вытаращила на сестру глаза, призывая ее говорить тише, — Не ори ты! Нормально. Врач сказала, что скоро он начнет расти со скоростью света.

— Реально?

— Да. Обычно с пятого месяца. А значит скоро начнётся.

Я заметила как в нашу сторону направился Глеб. Кажется началось…

— Дай полотенце, — бросила я сестре, желая закрыться от парня, даже несмотря на слитный купальник.

Зоя протянула мне вещь и повернулась к Глебу.

— Привет, Паскальчик.

— Привет, мелкая. Тебя Андрей потерял, — выдал для Зои