Цугцванг - Ария Тес

— Ты не посмела бы!

— Да что ты? Поговаривают, что тот лысый итальяшка поет гимн себе под нос, каждый раз когда перелистывает бумажки…

Она теряет дар речи, а я прикрываю глаза и смакую момент, как самый вкусный десерт. Плевать, что вокруг рушится мир — сейчас это неважно. Пусть я просрала по всем фронтам, но хоть где-то выиграть все равно приятно. И добивать тоже.

— Я поменяла все твои пароли и кодовые слова.

— ТЫ ЧТО?!

— Ага, именно так. Перед этим я сделала скрин с банковским счетом на твое единственное, фальшивое имя. Ты же никогда не запариваешься, и что-то мне подсказывает, твой Петенька знает, о чем идет речь.

— Я…

— Что сделает твой Властелин мира с отвисшими яйцами, когда я приду к нему и предоставлю доказательства того, что ты его обворовывала годами? Как это делал господин Ревцов…Хм… — театрально постукиваю по нижней губе, — Думаю, что тебе не жить. Что-то мне подсказывает, он не поможет тебе, а только добавит. Считай, что ты лишилась репутации и денег, что дальше, Лиля? Что будешь делать, искусствовед ты мой родной? На трассу идти?…

— Хватит! Как ты смеешь мне угрожать?! Ты совсем что ли?! Мы сестры!

— Знаешь, мне тут сказали, что раз ты выскочила, за твое дерьмо расплачиваться буду я, но это не входит в мои планы, извини. Ты сделаешь все, что он тебе скажет, и я получу свою свободу, а не буду сраным гарантом! Усекла?! — ору уже в голос, и также повторяю, когда она не отвечает, — Да или нет?! Тик-так, время идет!

— Да, — глухо соглашается, и тогда я толкаю телефон Максимилиану.

— Она твоя.

Он не спешит вступать, а смотрит на меня, как придурок, и улыбается. Это бесит, но я снова предпочитаю не реагировать, а складываю руки на груди и отворачиваюсь в сторону окна, где гораздо лучше, чем в теплом доме.

— Потрясающе… — со смехом протягивает он, не убирая с громкой связи, так что я слышу каждое слово Лилианы, сказанное дальше.

— Заткнись. Это все твоя вина! Мы договорились, а ты…

— Аккуратней на поворотах, милая, твоя маленькая сестренка сидит рядом со мной.

Еще одна пауза, которую она прерывает быстро и бесцветно.

— Что я должна сделать?

— Поставить прослушку на его телефон.

— ЧТО?! Ты спятил?!

— Без истерик и эксцессов, дорогая.

— Как я это сделаю?! Я что хакер?!

— Тебе всего лишь нужно будет открыть ссылку на его мобиле. Даю тебе времени до утра.

Он сбрасывает звонок, и только тогда я поворачиваю голову, приподнимая брови.

— Всё?

— Посмотрим, как она справится с первым заданием.

— Круто. Я спать, у меня болит голова.

Обхожу его и уже целюсь в ту комнату, где ночевала сегодня, но в спину мне прилетает довольное:

— Наверх.

«Ага, сейчас!»

— Пошел на хер.

Я хлопаю дверью, но все равно слышу снаружи его сраный смех.

Чертов смех…

* * *

Здравствуй, как-я-хочу, я так «скучала».

Когда я открываю глаза, то не сразу понимаю, что нахожусь совсем не там, где засыпала. Понимание приходит быстро, и я резко сажусь, прижимая атласное одеяло к груди.

Голой груди.

«Этот ублюдок перенес меня к себе!» — ору внутри своей черепной коробки, — «Еще и раздел!»

Злюсь — и это мягко сказано, пока не замечаю на своей тумбочке вдвое сложенный листок со своими именем. Хватаю его и разворачиваю, не ожидая ничего хорошего, но содержание удивляет.

«Проснешься и спускайся вниз, есть разговор. М»

Не знаю, зачем он подписывался, но мне плевать на это — главное, что скорее всего что-то прояснилось по моей ситуации, и я спорю на что угодно, в мою пользу. Это перекрывает все на свете, и я буквально вываливаюсь из кровати и бегу к шкафу.

Такой воодушевленной, даже окрыленной я не была давно. Молниеносно одеваюсь, умываюсь, чищу зубы, а потом сбегаю вниз по ступенькам. Нахожу его без проблем, он в кругу своей чертовой семьи сидит в гостиной. Марина играет во что-то с Мишей, за чем наблюдает Женя и смеется. Другие делают что-то еще, но я не смотрю. Только на него, потому что от него зависит моя судьба, и я не дожидаюсь его первенства, перехватываю. Мне сейчас не до игр.

— Ну и?

Максимилиан отставляет в сторону стакан и улыбается хитрой, дьяволькой улыбкой, приподнимая брови.

— Как спалось?

Игнорирую.

— Она звонила?!

— Нет.

— Нет?

— О чем мне с ней разговаривать?

— Давай без игр.

— А что? Больше не хочется играть? Например в молчанку.

— Она сделала или нет?! — теряю терпение и делаю маленький шаг ему на встречу.

Еще один, когда он начинает свое излюбленное «растягивание резины». Бесит меня страх, видит это и получает свою порцию удовлетворения, но сегодня я слишком взволнована, чтобы держать мину.

— НУ! Говори! Хватит уже страдать херней! Да или нет?!

— Да.

Сначала я даже не верю в свое счастье. Выдыхаю, пару раз моргаю, хмурюсь, он же изучает мою реакцию, наклонив голову на бок…и мне не нравится, как он меня разглядывает. Слишком как-то…странно.

— Почему ты так пялишься?

— Рад, что ты довольна моей победой, но не понимаю почему ты ей так довольна.

— В смысле?!

— Тебе с этого что?

— Я…не поняла, — внутри толкает страх, а по спине бегут мурашки.

Вдруг понимаю, что в комнате все замолчали и наблюдают за нами, и это мне не нравится вдвойне, особенно, когда я смотрю на Женю и вижу в ее глазах сочувствие.

«Какого хрена?!»

Тем временем Максимилиан плавно поднимается, расправляет плечи, будто ему мало, что он итак занимает почти все пространство своим эго и ублюдской усмешкой…

— Ну и? Долго ждать ответа?

— Она все сделала, и это значит…

— Что мы на шаг ближе к свержению нашего отца. Что это значит для тебя?

До меня доходит медленно, но наповал. Руки начинают трястись, и я сжимаю пальцы, жалобно смотрю на него и еле слышно шепчу.

— Мы договорились…

— Мы с тобой ни о чем не договаривались. Спасибо за содействие, но для тебя это ничего не меняет. Ты остаешься.

Кажется только что слой пыли и грязи отпал с еще одного бронзового зеркала, которое осветило то, что я так наивно не учла: Максимилиан Александровский самый настоящий кошмар, и я что действительно думала, что это будет так просто?

Глава 12. Победитель. Амелия

18; Декабрь

У меня как будто выбили пол из под ног на эшафоте. Задыхаюсь, перед глазами бьют черные круги, в ушах звенит, и я открываю рот, как рыба, выброшенная