Дом Монтеану. Том 1 - Лина Мур

Улыбнувшись своему идеальному плану, я вхожу в супермаркет и останавливаюсь у картошки. Нужна картошка в пасте? Я не знаю. А может лучше поехать в церковь и поесть там? Мне понравился суп и хлеб, ещё там есть Томáс. Нет, вот именно из-за того, что там Томáс я и не поеду. Мне нельзя с ним встречаться. Нельзя. Его кровь творит со мной безумные вещи, а я не хочу ему навредить. Так что паста у Майди. Так, а что входит в пасту, кроме макарон?

Оказалось, что я понятия не имею, как готовить еду. Я знаю, как сделать сэндвич: два куска хлеба, соус, ветчина, и нормально. Но я хочу пасту. Она вкусная. Я ела её давно, и мне очень понравилось. А какие макароны нужны? В общем, поеду к Саву и попрошу его меня покормить. Бесплатно и вкусно, а пасту приготовлю позже.

Когда я уже убедила себя в своих решениях, я направляюсь к выходу из супермаркета и хватаю первое попавшееся самое дорогое вино. Принесу в качестве подарка, тогда меня накормят.

— Флорина?

О нет.

О да.

Ну вот, даже моё тело раздвоилось. Кровь начинает бурлить, а в голове крик из фильма ужасов: «Нет! Не подходи ко мне! Спасите!».

— Пастор, — натягиваю улыбку и поворачиваюсь.

Томáс стоит с полной продуктовой корзиной прямо за мной. И к моему ужасу, он осматривает мой новый прикид и задерживается на моих распущенных волосах.

— Интересный выбор. — Томáс смотрит мне в глаза, и я не знаю, о чём он говорит. О моей причёске, свитере или ботинках?

— Резинку для волос потеряла, — произношу, быстро убирая волосы назад.

— Я о вине, — ещё шире улыбается Томáс.

— О-о-о. Ну да, решила… это подношение, — шёпотом делюсь я и протягиваю кассиру деньги.

— Вы решили провести какой-то языческий ритуал, Флорина? — смеётся Томáс, кивком здороваясь с покрасневшей от симпатии к нему девчонкой за кассой.

— Если бы, всё куда проще. Это подношение Майди, чтобы она покормила меня. Стан сжёг мясо и чуть не спалил весь наш дом. Я ушла в поисках еды.

— Господи, всё хорошо? Он не пострадал?

— Нет, если только его мужское достоинство. Стан хотел удивить меня. Он облажался. Он никогда не умел готовить и не хотел учиться. Это не его, так что я просто ушла, чтобы не дышать гарью и не слушать его возмущения по поводу кривой сковородки, но никак не его рук.

Томáс сдерживает смех и прочищает горло.

Надо уходить и быстро.

Уходи. Уходи. Уходи.

— Ладно, хорошего вечера, пастор, — прощаясь, прокручиваю в руках бутылку вина и быстро выхожу из супермаркета.

Вот молодец. Всё прошло удачно, а теперь нужно поехать и обменять вино на еду. Господи, какая я голодная. Встреча с Томáсом ещё больше усилила мой голод.

— Флорина!

Нет!

Заводи мотор и вали отсюда! Уезжай! Сделай вид, что не слышишь!

Но что бы я сейчас ни думала, оборачиваюсь, а Томáс быстро подходит ко мне.

— Я спешу, — выпаливаю ему. — Очень спешу.

— Но ты ведь найдёшь для меня пару минут? Ты снова без куртки, — он хмуро оглядывает меня.

— Так я же быстро. В магазин и в машину. Мне не холодно, но будет, если я сейчас же не уеду.

— Флорина, нельзя так ходить по улице, — произносит Томáс и, к моему огромному шоку, снимает свою куртку и набрасывает её мне на плечи, оставаясь в чёрной рубашке.

— Но…

— Ничего, я привык, а ты нет.

— Хм, было бы лучше, если бы я села в машину и уехала. Тогда бы тебе не пришлось раздеваться. Это могут неправильно понять, — я оглядываю улицу, но, кажется, никому нет до нас дела. Мне есть! Мне есть дело! И эта куртка потрясающе пахнет! Она тёплая! Она вкусна! Я бы съела её!

— Теперь у тебя есть две минуты, чтобы поговорить со мной.

— Ладно. Что ты хочешь, пастор? — интересуюсь я, сдерживая свой стон от голода. У меня уже сосёт под ложечкой. Я так сильно хочу есть.

— Тебя не было видно целые сутки. Я спрашивал у Сава, как ты себя чувствуешь, он ответил, что всё хорошо. Но обычно, ты где-то здесь.

— Ты что, искал меня, пастор, чтобы убедить исповедоваться? — смеюсь я.

— Нет, я не искал. Я поинтересовался о твоём самочувствии. Твой жених тебя не обижает?

— Стан? — ещё громче смеюсь я. — Нет, конечно. Он никогда меня не обижал. Я знаю его всю свою жизнь, он мой лучший друг.

— Я помню иное и его некрасивое отношение к тебе тоже.

— Но это тебя не касается, пастор.

— И это верно.

Я закусываю губу изнутри, чтобы не накричать на него из-за своего голода. Пусть заберёт свою чёртову куртку! Не отдам, она такая ароматная, такая сочная, как стейк, как реки крови, как…

— Флорина? Тебе плохо? — Томáс касается моей руки, в которой держу бутылку вина, и я вздрагиваю.

— Плохо? Нет. Я… я в порядке.

— Ты стонала.

Боже мой.

— Я… хм… в туалет хочу. Очень.

— Врёшь, — усмехается он.

— Ладно, я просто безумно голодная. У меня уже всё тело болит, это невыносимо. И эта куртка… Боже мой, она так приятно пахнет. Поэтому мне нужно уехать отсюда и обменять эту бутылку на ужин. На хороший ужин. На пасту, но Майди вряд ли готовит пасту. А я хочу пасту, но я даже понятия не имею, из чего состоит паста. Единственное, что я знаю, что это спагетти. Но как их варить? Долго?

Томáс смеётся и отрицательно качает головой.

— Нет, недолго. Но ты явно голодная.

— О-о-о, да.

— И это странно, но я как раз сейчас поеду домой, чтобы приготовить сливочную пасту с грибами и копчёной курицей. Я был в супермаркете ради этих продуктов.

— Ты убиваешь меня, пастор,