Невместе - Эллин Ти

Но не в этот, видимо, раз… Она звонит, как назло! Более того, она звонит по видео! Ну какое видео-то сейчас? Я вся заболевшая, с голосом хриплого орангутана, в чужой квартире… Класс! И не взять нельзя, вполне возможно, она поднимет панику сразу же и по прошлому сценарию через час будет на пороге этой квартиры.

О боже…

Беру трубку. Не знаю, что буду говорить ей, но беру. Придется сдаваться, раз ситуация тупиковая.

– Привет, – говорю в камеру полушепотом, пытаясь улыбнуться. Выходит кривовато, а еще совсем измученно, поэтому убираю эти жалкие попытки казаться здоровой.

– Боже, что случилось?! – сразу паникует мама. Ну вот, о чем и шла речь. – Где ты?

– Мам, все в порядке, я немного приболела. А сейчас я… у подруги. Взяла пару выходных, чтобы выздороветь.

– Ты? – удивляется мама. – Сама взяла себе выходные? Ты сильно заболела, да?

– Да, мам, у меня ангина гнойная, но скоро станет лучше. Правда, не переживай, я отдыхаю, сплю, лечусь и…

– Саша, я приготовил ужин и сделал твой любимый облепиховый чай, ты как себя чувствуешь? Готова поесть? – заглядывает в комнату Тимур, как назло говоря своим грубым голосом ну о-о-очень уж громко! На «подругу», даже прикинувшись дурочкой, съехать не выйдет.

– Подруга? – хихикает мама, и я закатываю глаза. Да это точно какой-то сговор против меня! Честное слово, сговор! Иначе я не понимаю, каким образом все может так в одночасье просто повернуться ко мне задом. Это невыносимо.

– Ну… друг, – выдыхаю я, переводя взгляд на Тимура. Тот все еще стоит в дверях и ждет моего ответа. И на слове «друг» недовольно поднимает бровь. Нет, ему еще что-то не нравится! Я его из маньяка в друзья повысила вообще-то, это повод для радости. – Мам, я лечусь, честно, можно наберу тебе потом?

– Конечно! Другу привет, – подмигивает мне мама, и я бросаю трубку, громко вздыхая. Ну какого же черта!

– Ужин? – спрашивает Тимур, словно ничего только что не было.

– Ты мог бы не издеваться надо мной, слышал ведь, что я с мамой разговариваю.

– Я просто предложил поесть, ничего больше. Не ищи издевки там, где ее нет, Саша.

– Я не хочу есть, – упрямо качаю головой. Хотя, честности ради, я бы перекусила чего-нибудь. Чего-нибудь жидкого и не сильно теплого, да.

– Как хочешь. – Он захлопывает дверь чуть громче обычного, и я морщусь от этого звука. Что не так? Он ведь наверняка сделал это специально, еще удивляется моему недовольству!

Через минуту он возвращается ко мне с чашкой чая и молча ставит ее на тумбочку у кровати. Но я успеваю его окликнуть до того, как он выйдет из комнаты.

– Тимур? – Жду, пока он обернется. – И не надо спать со мной, пожалуйста. Мне… некомфортно. Это лишнее. Если я занимаю твою комнату, то я могу спать на диване. Или у себя дома, но…

– Я услышал.

Он не говорит больше ни слова и снова хлопает дверью сильнее, чем требуется.

И не заходит ко мне весь вечер. Я около трех часов лежу в полном одиночестве в этой огромной комнате. Переписываюсь с Дашей и смотрю фильм на ноуте, который она же мне и привезла. Руки тянутся поработать, но мозг отказывается. Я и фильм-то с трудом понимаю, болтает для фона…

Жалуюсь Даше на Тимура, а она отчитывает меня, как ребенка. И я сначала рычу на нее, мы даже перестаем переписываться, давая друг другу передышку, а потом я начинаю думать. Много думать. Убираю ноут и укутываюсь в одеяло, потому что снова начинает морозить. Дурацкая болезнь. Она заставляет мерзнуть и очень много всего анализировать, а мне эти анализы не то чтобы были очень нужны…

Тем не менее я снова думаю о Тимуре. И мне снова становится стыдно. Он заботится обо мне как о самом близком человеке. Он носится со мной, забивая на работу. Приходит уставший с тренировки, но несет меня на руках в комнату и делает уколы, чтобы мне не стало хуже.

Он готовит мне еду, учитывая, что у меня болит горло и я не все могу съесть. Привозит сюда мою лучшую подругу, потому что, черт возьми, мне нужны были мои вещи, а еще компания, помимо него.

А я? А я неблагодарная Саша. И мне стыдно. Просто до ужаса стыдно.

Раньше я давала взамен ему многое, я искренне пыталась ему помочь везде, где могла. А сейчас веду себя как истеричка какая-то…

Мне снова холодно. До ужаса. Я пытаюсь согреться под одеялом, но едва ли оно помогает хоть немного. Дую теплым воздухом на пальцы, но это тоже почти не помогает, и… Хоть бы он пришел. И обнял меня, как прошлой ночью. И согрел. Мне бы очень хотелось.

Но он не приходит. И не потому, что ему плевать на меня, а потому, что я попросила. Дура…

Верчусь в этом ужасном состоянии еще минут десять, а потом плюю на все и решаюсь.

Достаю телефон, открываю мессенджер, нахожу номер Тимура.

Солнце: Холодно…

Написать прямо: «Приди, пожалуйста, ко мне» – у меня не хватает духу, но… Но он ведь и так поймет, правда? Должен. Это ведь Тимур. Он, кажется, самый понимающий человек на свете.

Но он не приходит… Я жду с замиранием сердца целых пятнадцать минут, но Тимура нет. И мне отчаянно хочется верить в то, что он просто уснул, а не решил и правда меня игнорировать.

Пытаюсь уснуть, свернувшись в кокон, дрожу от озноба, а потом…

Слышу шаги по лестнице. Тихий скрип двери. Чувствую, как чуть прогибается матрас под его весом. Ощущаю еще одно одеяло сверху на себе, а потом сильные руки, которые пытаются распутать мой кокон.

Следом он укладывается рядом, прижимается всем своим горячим телом и обнимает меня двумя руками.

И целует в макушку, конечно.

И я улыбаюсь как идиотка.

А потом – знаю, что убью себя за это, но… но отыскиваю его пальцы своими и сплетаю их в замок.

Так теплее.

Засыпаю.

Глава 21

Тимур

Я давным-давно разлюбил утро. Потому что вставать всегда рано, а еще потому, что нет никакого смысла просто лежать и пялиться в потолок, а приходится куда-то идти, ехать,