Операция «Спасти кота» - Нелли Ускова

Соня вздохнула, прижалась ближе:

– Я тогда и подумать не могла, что ты станешь для меня самым близким человеком, что мы будем вместе жить, а сейчас оглядываюсь на пять месяцев назад, и не верится, что мы до сих пор вместе. И, знаешь… – она потупилась, заулыбалась. – Когда я тебя первый раз тебя увидела, подумала: «Какой парень! Повезло же его девушке!»

Сеня рассмеялся:

– И как, повезло?!

– Да! И я всё думаю: почему я?! Может это судьба?! Почему ты выбрал меня? – Соня чуть отстранилась, чтобы увидеть лицо Сени. Он хитро улыбался.

– Не знаю, солнце, но ты после первой встречи запала мне в душу, – пожал плечами.

И Соня сыпала откровениями, мыслями, признавалась в чувствах, открывалась всё сильнее и сильнее, говорила за двоих, а Сеня слушал, но отвечал честно, искренне. Этот разговор у окна был таким интимным, как тогда перед отъездом Сони на Украину, но сейчас близость была эмоциональная.

Соне уже надоело стоять и она перебралась на подоконник, Сеня опёрся о стену.

– Сень, я тебе наговорила всего, всяких глупостей, – сделала брови домиком она.

– Не глупости, можешь мне говорить обо всём.

– А можешь мне пообещать одну вещь? – серьёзно посмотрела Соня.

– Какую?

– Что бы ни случилось, не отгораживайся от меня и не ври! Ты скрывал от меня, что произошло, гнал в Тверь, чтобы я ничего не узнала, но я хочу, чтобы мы через всё проходили вместе!

Сеня с детства привык быть сильным, решать все свои проблемы самостоятельно, он бы и Сонины проблемы хотел решать, защищать её от всего. И на просьбу девушки делить трудности на двоих, не знал, что ответить, было сложно.

– Я хотел тебя защитить… – начал оправдываться он, но Соня его перебила.

– Пообещай! – требовала она.

Сеня отвёл взгляд, смотрел на лужи за окном, на серую осеннюю хмарь, и не мог дать такого обещания, он попросту не умел быть откровенным, изливать душу, делиться проблемами. Ведь он сильный, со всем справится, а вешать на хрупкую ранимую девушку свои неприятности было, в его понимании, нечестно, неправильно.

– Я… не могу тебе это пообещать, – вновь посмотрел на Соню.

– Сень, мы же вместе?! – недоверчиво глядела она.

– Вместе! – кивнул парень.

– Тогда давай через всё проходить вместе! – слёзно, но требовательно просила Соня.

– Хорошо, – согласился в итоге Сеня.

А когда Соня уехала, уже ночью лежал и смотрел в потолок, не мог уснуть, думал о словах девушки. С одной стороны, было сложно делиться своими проблемами, сокровенными мыслями с кем-то, особенно с Соней, но с другой, приятно осознавать, что вместо «Я» во вселенной Сени теперь появилось «Мы».

45. Гуманное убийство

В конце октября Сеню выпустили из больницы, но ему ещё целый месяц нужно было восстанавливаться с помощью физиотерапевтического лечения, но он настоял, чтобы Соня вернулась к учёбе, и ей пришлось уйти с работы, хотя в магазине сказали, что будут ждать её летом.

Всю живность девушка оставила Сене, и пока парень сидел в больнице, Соня высадила ему на лоджии мини-огород. Какие-то мини-огурцы, кресс-салат, шпинат.

– Обещай, что будешь поливать? – попросила перед отъездом она.

– Выбирай, либо выживут попугайчик, либо этот огород! – подшучивал Сеня, разглядывая рассаду на лоджии. – Задержался бы в больнице, квартира превратилась бы в джунгли.

– Ну Сень! – возмущалась Соня.

Только в середине ноября Сеня вернулся на службу, чуть ли не с боем доказывал на медкомиссии, что способен работать. Жизнь возвращалась в привычный ритм, парень периодически ездил в Тверь, к Соне, иногда забирал её на выходные к себе.

После долгого заточения в больнице Сеня наслаждался свободой, жизнью. Чуть ли не бежал на тренировки, на работу, записался в бассейн – ему так не хватало активности, хотелось наверстать упущенное. С открытием катков начал таскать Соню кататься на коньках.

Соня не менялась, или Сеня не замечал в ней перемен, она по-прежнему с задором шутила, много смеялась, умиляла Сеню мимикой, жизнерадостностью, а после зимней сессии начала работать в ветеринарной клинике в Твери администратором.

Время пролетало быстро, Сеня вскоре перебрался жить в Тверь, где они с Соней сняли квартиру. В Москву ездил на работу и отсыпался после смены.

Так прошло почти два года, весело, активно. Соне оставался последний семестр учёбы, и ей в клинике, где она работала администратором, предложили ветеринарную стажировку. Сначала она обрадовалась, но на третий день пришла домой вся зарёванная, сообщила Сене, что она убийца и больше не хочет быть ветеринаром, бросает учёбу, хотя ей оставались лишь государственные экзамены и защита диплома.

Сеня редко находил нужные слова утешения, зато у него был универсальный способ успокоить любимую девушку. Когда Соне было плохо, она забиралась к Сене на колени. Он гладил её по голове, чуть покачивая, и говорил «Чш-ш…» Этот способ работал всегда, иногда Соня заливала слезами плечо, иногда говорила, говорила, пока не иссякал её источник бед.

Сеня становился утешающей подушкой, слушал, поддерживал, ласково гладил, и девушка затихала, успокаивалась. Иногда этого было достаточно. Соня оживала, начинала светиться, улыбаться, иногда она спрашивала совета Сени, когда не знала, как поступить, но всегда быстро возвращалась в норму.

Сейчас она тоже забралась к Сене на колени, уткнулась в шею и всхлипывала:

– Я убийца-а-а… – подвывала она. – Я убила-а-а…

И только спустя двадцать минут, Сеня выяснил, что сегодня Соня впервые усыпила больную собаку, по просьбе хозяев, но для девушки это стало испытанием. Она даже в глаза не хотела смотреть Сене.

Он налил в кружку кофе, положил рядом шоколадные конфеты:

– Ешь! – и когда Соня взяла кружку в руки, решил