Конфетка для отпрыска - АрмИя Бога

Смотрю ей вслед и не нравится мне это. Внутри закрадывается сомнение, а не за мной ли он следил? Достаю телефон и набираю номер. Ответ слышу практически сразу.

— Уже соскучился?

— Сокол, помочь не хочешь? Ты вроде по охоте скучаешь? Тебе же в этом равных нет!

— Говори! — чувствую в его голосе нотки адреналина и гордости.

— Пробей мне номер машинки и все, что накопаешь на владельца тачки, — диктую ему номер.

Слышу короткие гудки и знаю, что и часа не пройдет, а полная информация уже будет найдена. Сажусь обратно в машину и еду к дому.

Чувствую, сейчас мне предстоит нехилый такой допрос с пристрастием. Представляю Иру, с огромным листом бумаги в руке, исписанным аж с двух сторон. Улыбаюсь. Наивная она. Думает, что так просто буду отвечать. За каждый ответ я намерен брать плату с тебя, девочка. И почему-то, мне очень хочется сейчас пооткровенничать.

Глава 30

Просыпаюсь почти к обеду. Не понимаю, как могла так долго проспать. Между ног что-то тянет и я сразу вспоминаю причину этого дискомфорта.

Господи! Я же даже в душ не сходила! Резко подскакиваю и бегу наверх. В любой момент может вернуться Богдан, а я в таком виде.

Пока принимаю душ, вспоминаю нашу утреннюю словесную перепалку и то, чем она в итоге закончилась. И от этой мысли, внизу живота начинает тянуть и приятно скручивать, будто там узел затягивают.

Богдан действует на меня определенным образом. Меня тянет к нему физически, это точно. Даже его грубость, а местами пошлость, мне нравится. Но вот поговорить по душам у нас ни разу еще не получилось. Он словно стена из бетона. Непробиваемый.

Вспоминаю, что он обещал ответить на мои вопросы и даже посоветовал записать, словно на сто процентов уверен, что их будет немало.

Выхожу из душа, одеваюсь и сушу волосы. После чего бегу вниз.

Завариваю себе чай, нахожу лист бумаги, ручку и сажусь за стол. Это так глупо выглядит со стороны. Я словно маленький ребенок. Радуюсь, будто мне предложили очень интересную, увлекательную игру, и я с удовольствием принимаю ее правила.

Первые три вопроса пишу быстро своим каллиграфическим почерком на чистом листе, а дальше… Все… Нет у меня больше вопросов. Кончились. И сколько бы я не рылась в своей голове, не нахожу ни одного. Их нет. Возможно, остальные появятся в ходе разговора, но почему-то кажется, что ответить Богдан соизволит лишь на конкретные и удобные ему.

Допиваю чай, так и не придумав ничего, и большими буквами посередине листа вывожу, наверное, главный для себя вопрос “Что будет дальше?”. Знаю, что на него нет ответа, никто не знает его, и даже Богдан.

Слышу звук подъехавшей машины и складываю в несколько раз заветный листок, сжимая его в кулаке.

— Привет!

Богдан появляется на пороге и меня в жар кидает. Чувствую себя так, как будто натворила что-то, и теперь мне стыдно. Щеки горят и краснеют. Сжимаю в руке листок еще сильнее и подхожу к нему. Тянусь губами для поцелуя, а вместо этого, он подхватывает меня на руки и несет в сторону спальни.

— Богдан! Нет! — кричу я, — Ты же обещал!

— Я сдержу свои обещания, конфетка. Но только после того, как ты ответишь на мой вопрос.

— Какой? — осторожно спрашиваю.

— Ты скучала по мне?

Расплываюсь в улыбке.

— Ты же знаешь ответ. Зачем спрашиваешь? — запускаю свободную руку ему в волосы и прижимаюсь еще сильнее. От него веет силой, бешеной энергетикой и я чувствую, что хочу его опять.

Все происходит быстро. Богдан снова берет меня, не позволяя возразить. А я и не пытаюсь это делать. Отдаюсь ему полностью и в награду получаю фейерверк наслаждений.

Позже, лежу с ним рядом и вожу пальцами по его мощной груди. В спину что-то неприятно колет и я трогаю под собой простынь. Черт! Совсем забыла про этот дурацкий листок с вопросами. Я и не заметила, когда и где выронила его из руки. Не до того было. А сейчас он словно напомнил мне об обещанном откровенном разговоре с Богданом.

— Ну давай, конфетка, спрашивай! — не поворачивая головы, говорит Богдан, — Ты же явно подготовилась, — и при этом он довольно улыбается.

Заметил, блин! Аккуратно прячу скомканный уже листок под подушку.

— Не старайся. Я еще когда пришел увидел, что ты его в руке зажала. Много напридумывала?

— Нет, — да уж, конспиратор из меня еще тот.

— Но учти, за каждый ответ буду требовать поощрение. И чем сложнее мне будет отвечать…

— Так не честно! — кричу и бью его легонько в плечо.

— А я что-то про это говорил? Я сказал, что отвечу и я это сделаю, но взамен буду просить что-нибудь.

— А просто так поговорить ты не можешь? Обязательно выдвигать условия? — не могу представить, чего от него можно ждать.

— Можно, но так интереснее. Так что, начнем? — разворачивается ко мне лицом и ждет моего решения.

Смотрю в его темные глаза и понимаю, что на иной вариант развития событий он не готов.

— Хорошо, согласна. Могу задавать?

Молча кивает. Богдан вообще немногословен. Даже представить сложно, как он будет откровенничать со мной о чем-либо.

— Кто та женщина на фотографии? Я ее видела тогда в твоей комнате, и внизу тоже. Это твоя мама?

— Да, мама. Она умерла, давно. Мне тогда было пятнадцать.

— Она что, болела? Или что-то случилось?

Лицо напротив снова принимает серьезное выражение, словно он обдумывает, что и как можно ответить. А я терпеливо жду. Не готова отступать. Сейчас единственная возможность узнать этого мужчину получше.

— Болела… Козлом этим болела. И он ее добил.

Ничего не понимаю. Кого он имеет ввиду?