Тебя искал - Тата Кит

К счастью, стоило мне потянуться за телефоном в карман куртки, как из подъезда вышел какой-то мужчина и галантно придержал для меня дверь.

- Спасибо, - улыбнулась я ему робко и юркнула в темный после яркого зимнего солнца подъезд.

Ключи от своей съемной квартиры Рома мне не давал. Он страшно боялся того, что я могу случайно пересечься с хозяйкой квартиры, которая не жаловала здесь посторонних жильцов и сразу предупредила Рому о том, что если он подселит еще кого-то, то нужно будет доплачивать еще половину суммы сверху. Для фитнес-инструктора это большая сумма, которую, впрочем, я вполне могла бы ему компенсировать.

Нажала кнопку звонка и приготовила свою улыбку в духе «Сюрприз!». Вряд ли после моего недавнего сумбурного появления Рома ждал, что сегодня я заявлюсь снова и так скоро.

Внутри квартиры послышалась возня, приближающаяся к двери. И женский смех.

Застыла и перестала дышать. Может, показалось? Наверное, Рома смотрит какой-нибудь фильм на ноуте?

- Ром, там доставка приехала. Откроешь? – до слуха отчетливо донесся женский голос, который отдаленно показался знакомым.

- Я голый! – крикнул Рома игриво. Его голос я точно ни с кем не перепутала бы.

Стало тяжело дышать. Перед глазами поплыли круги, к горлу подкатила тошнота, и содержимое желудка готово было выплеснуться в лицо девушки, открывшей мне дверь.

- Рита?! – выдохнула та шокировано и поспешно оправила край футболки, прикрывая кружевные трусы.

Роминой футболки.

- Настя? – выронила я хрипло, отчетливо понимая, свидетелем чего только что стала.

- Я… мы… - начала что-то лепетать Настя в вялой попытке объясниться.

Я не пыталась её слушать и не собиралась. Стараясь перебороть в себе желание не уронить её лицом на пол своим фирменным броском, я стянула с плеча рюкзак, медленно расстегнула его и вынула браслет, который еще утром взяла на тумбочке в этой квартире.

- Кажется, это твой, - держала я тонкую цепочку двумя пальцами вытянутой рукой.

Резко вздернув нос, Настя быстрым движением забрала у меня свой браслет и сосредоточила острый взгляд на моих руках.

Боится. Ждёт удара.

Если бы она только знала, как сильно я хочу побить ее, разгромить квартиру и порвать Рому на мелкие куски…

Но, похоже, желание «отомстить» слишком тесно переплелось с желанием «наплевать», когда из комнаты, в которой мы провели много ночей, вышел Рома, на ходу поправляю резинку только что надетых спортивных штанов.

Увидев меня, парень откровенно растерялся, забегал глазами по стенам и стушевался, когда понял, что крыть ему нечем – всё видно, как на ладони.

- И давно вы… так? – выдохнула я хрипло, глотая болезненный ком, сковавший горло.

Мама и тренер всю жизнь учили меня, что свои слёзы нельзя показывать никому. Никто не должен знать, что ты слаба или разбита изнутри. Раньше я не понимала, чем так плохи слёзы, что их нужно прятать, но сейчас, стоя перед двумя предателями, я понимала, почему – я не дам им почувствовать себя победителями.

- Рита… Мы просто… - стал мямлить Рома.

- Я не с тобой разговариваю, - прервала я его и снова перевела взгляд на «подругу». - Я не спрашиваю, почему это сделал он, - указала я кивком головы на Рому. – Наверное, нечто подобное я ждала от него. Мне нужно знать, почему это сделала ты?

- Так получилось, - повела Настя плечом, и в этот момент мне стало понятно, что она не сожалеет ни о чем. И то, что я в первые секунды восприняла за стыд и сожаление на ее лицо, было не более чем легкое «упс», как если бы она уронил кусок хлеба с маслом на пол.

- Интересно у вас получилось, - дернула я бровями и даже каким-то чудом смогла улыбнуться уголками губ. – Моя косметичка в тумбочке и одежда, - обратилась я к Роме, не собираясь разжевывать ему, чего именно хочу. Казалось, еще немного слов и дамба сдерживаемых слез не выдержит.

- Рита, давай поговорим, - выступил сраный дипломат.

- Хочешь обсудить со мной, как имел мою подругу на том же месте и в тех же позах, что и меня? Спасибо, не надо. Вещи мои отдай.

Понуро опустив голову, будто обижен и унижен здесь только он, Рома пошёл в комнату за моими скромными пожитками в его съемной квартире. Я же осталась стоять напротив Насти и сохранять гордую осанку, делая вид, что меня, вообще, ничего не задело, а на оставшийся день у меня куча планов, среди которых, нет ни одного, который начинался бы со слова «удавиться».

- Тебе, вообще, пофиг, - выплюнула Настя брезгливо, что вынудило меня сосредоточить размытый взгляд на ее озлобленном лице. – Как обычно.

- О чем ты?

- Помнишь областные соревнования, где я в финале проиграла тебе?

- Нам было по четырнадцать. К чему мне это вспоминать?

- Я надеялась, что ты мне уступишь. Как лучшей подруге. А ты точно так же смотрела на меня, будто тебе плевать.

- Я уступаю тебе сейчас, - выронила я нарочито небрежно и забрала свои вещи из рук принесшего мне их Ромы. – Только теперь мне действительно плевать.

- Пиццу заказывали? – чуть потеснил меня курьер, будто я была ему конкуренткой.

- Заказывали, - кивнул Рома, провожая меня взглядом.

Убрав вещи в рюкзак и застегнув его, я развернулась и безмолвно пошла прочь. Чем ниже спускалась по ступенькам и дальше уходила, тем более явственнее ощущала слезы, выступившие на глазах и жгущие щеки.

Меня словно душили. Белый шум в голове не позволял сформулировать хоть одну связную мысль и понимание того, что делать дальше.

Я буквально выпала на улицу из подъезда. Глотнув холодного зимнего воздуха, опираясь рукой о стену, дошла до угла и спряталась за него.

Раньше неконтролируемого плача пришла рвота, когда я в ярких