Запретная нота - Нелия Аларкон

Каденс машет мне рукой.

— Садитесь здесь, мисс Джеймисон.

Я хочу сказать ей, что она может называть меня Грейс, но, думаю, мне нужно напоминание о том, что я учительница, а это все ещё мои ученики.

Честно говоря, мне так не кажется. За пределами Redwood Prep и в обычной уличной одежде эти мальчишки кажутся опасной бандой, которую я готова перебежать через дорогу, лишь бы не видеть.

— Почему именно вы привели меня сюда? — Спрашиваю я, переводя взгляд с одного брата Кросса на другого.

— Мы здесь, чтобы заключить сделку. — Говорит Зейн, глядя на меня своими поразительно голубыми глазами.

Здесь, в домике на дереве, они кажутся скорее зелёными, чем голубыми, полными угрозы и мрачных намерений.

Датч пристально смотрит на меня, следя за каждой вспышкой эмоций на моём лице.

Я ничего не выдаю.

— Что за сделка?

— Мы знаем, почему ты в Redwood Prep. — Говорит Финн.

— Мы знаем о Слоан. — Добавляет Сол.

Я напрягаюсь.

— Не волнуйся. Мы не расскажем. — Зейн одаривает меня ухмылкой, которая кажется скорее опасной, чем утешительной. — Если ты поможешь нам в одном деле.

— Каком?

— Заставить твою маму развестись с нашим отцом.

Я смеюсь.

Никто не присоединяется ко мне.

Зейн наклоняется вперёд на своем мешке для, как будто это трон из золота.

— У нас есть ограничение по времени. Две недели.

Мой разум перебирает новую информацию. У братьев Кросс есть богатство, связи и слава. Им принадлежит все, даже Redwood Prep…Почему они хотят, чтобы моя мама уехала?

Я поднимаю подбородок.

— Даже если вы пригрозите убить меня, я не сделаю ничего, что причинит вред моей матери.

— Кто сказал, что мы хотим навредить твоей маме? — Спрашивает Зейн.

Финн хмурится, словно обидевшись, что я это сказала.

Датч добавляет: — Поверь мне. Для неё будет лучше, если она будет далеко-далеко от него.

— Джарод Кросс — очень опасный человек. — Каденс касается моей руки. — Мы думаем, что он как-то связан со смертью моей мамы.

Паника зарождается в моём сердце.

— Почему он это сделал?

— Потому что отец — больной, извращённый психопат. — С горечью говорит Зейн.

— Джарод Кросс начал преподавать в Redwood Prep, женился на твоей матери и бросил Датча в тюрьму, и все ради того, чтобы получить наследство мальчиков. Вот с таким человеком мы имеем дело. — Говорит Каденс.

Я не знаю, что на это ответить.

— Как мы уже сказали, ты не станешь помогать нам бесплатно. Мы позаботимся о том, чтобы ты получила ответы. И отомстим.

Зейн снова смотрит на меня, и я чувствую, как тёмная нить, связывающая нас, притягивающая нас друг к другу с той первой ночи, становится все туже. Это горячее, липкое ощущение. Такое, которое въедается в пальцы и не желает смываться.

— Месть? — Задыхаюсь я.

— Мы сделаем её настолько тёмной и болезненной, насколько ты захочешь. — Обещает Зейн.

Датч кивает.

Жажда справедливости возвращается, затмевая все причины, по которым «ложиться в постель» с этой командой может меня уничтожить.

Я взвешиваю все «за» и «против».

Все сходится.

Довериться им. Не доверять им.

Это действительно прыжок веры.

Смотрю на Зейна, чей взгляд устремлён на меня. Как и в ту ночь, когда я впервые заглянула в его золотисто-голубые глаза, я чувствую прилив смелости. Срочности. Как будто это не та возможность, которую я хочу бросить на ветер.

Взглянув на других опасных, жестоких, властных братьев Кросс, я понимаю, что есть только один ответ.

Ради Слоан.

Ради меня.

Ради мести.

— Да.

ГЛАВА 30

ЗЕЙН

Грейс подсоединяет телефон к проектору, и на листе, свисающем с пересекающихся балок крыши, появляется счёт-фактура.

В окна проникает легкий ветерок. Экранов нет, так что ничто не мешает наблюдать за звёздами.

Кудри Грейс раскачиваются взад-вперёд, когда она поворачивается к нам лицом, вытирая ладонь о нелепую юбку в пол.

При виде этой штуки меня охватывает раздражение. Меня совершенно не волнует её выбор нарядов. Если она хочет одеться в древнюю чёртову тогу, для меня это не имеет значения.

Но тот факт, что она меняет то, что ей нравится носить, потому что люди говорят о ней?

К чёрту это.

К тому же это пустая трата времени.

Её изгибы все равно соблазнительны, даже если они скрыты. Попытка прикрыть тело ничего не даёт.

Сейчас мне хочется сорвать с неё всю эту ткань и раздвинуть ей ноги ещё больше, чем тогда, когда она носила свои сексуальные юбки-карандаши.

Грейс складывает руки вместе.

— Вчера вечером, когда я разговаривала с Финном, у меня было озарение.

Я резко оборачиваюсь.

— Ты была с Финном прошлой ночью?

Мой брат понимающе ухмыляется.

Раскаленная до бела ревность разгорается, закручиваясь вокруг моего позвоночника.

Датч садится прямее, услышав в моём тоне борьбу.

Сол закатывает глаза.

Грейс делает паузу. Резкий белый свет проектора пронзает её кожу и образует чёрный круг на рубашке, застегнутой до шеи.

Не свожу своего язвительного взгляда с Финна.

— Что ты делал с ней прошлой ночью?

— Почему я должен тебе говорить?

Я готов вскочить со своего места и ударить его по лицу.

— Мы просто разговаривали. — Огрызается Грейс, выглядя раздражённой.

Финн вскидывает бровь, изучая мою реакцию.

Чёртов сопляк.

— Закройте молнии и устройте свой поединок членами позже, пожалуйста. — Кейди машет рукой.

— Идём дальше, кое-что, сказанное Финном, натолкнуло меня на одну идею. — Грейс указывает на документ. — Вы когда-нибудь слышали о проекте «Благодарный»?

Я оглядываю комнату. Сол жуёт попкорн, как будто мы смотрим кино. Финн сосредоточенно щурится.

Кейди устроилась между ног Датча, обхватив колени руками и упираясь в его голени. Его ноги нависают над ней, словно он — человеческий ограничитель для американских горок.

Грейс объясняет, когда никто не говорит:

— «Благодарный проект» был инициативой администрации Redwood Prep. Это был способ побудить богатых и влиятельных людей делать пожертвования в стипендиальный фонд.

— Это было для студентов-стипендиатов? — Уточняет Кейди.

— Да. Каждый год нам выдавали эти ужасные наряды официанток и говорили, что мы должны обслуживать мероприятие. Некоторые из нас должны были выходить на сцену и читать с телесуфлера. Речи представляли собой преувеличенное изложение нашей домашней жизни. Это было унизительно.

Сол бросает мрачный взгляд на экран.

— Хотел бы я, чтобы они попробовали это на мне.

— Не думаю, что они это сделают. Только не с Джинкс. Но тогда у нас не было выбора. «Благодарный проект» — это то, на что ты согласился, когда принял