Королевство руин - Кей Си Кин

Я чувствую, что она хочет получить какое-то объяснение, почему я не в духе, но ей не нужно знать о моей сестре. Поэтому я даю ей кое-что другое. То, о чем она уже частично знает.

— Это все из-за Броуди, — бормочу я. Выбил ли он меня из колеи? Безусловно, но это далеко не все.

— Это очень быстро превратилось из горячего секрета в ледяной, — замечает она, и я усмехаюсь.

— О, оно так и не стало горячим. — Я запихиваю в рот дольку шоколада, чтобы на мгновение заткнуться, и ее глаза сужаются.

— Что я упускаю? — она подталкивает меня, и я качаю головой.

— Очень, очень многое.

Она прочищает горло и переплетает пальцы на коленях. — Ну, если хочешь поделиться, я здесь. Я не заставляю, но мне кажется, иногда легче снять груз с души.

— Спасибо, — выдыхаю я, слегка шокированная. Я была уверена, что она собирается засыпать меня вопросами, но вместо этого она позволяет мне задавать темп. Возможно, именно это отличает ее от Норы. Нора никогда не оставила бы меня в покое, когда есть что узнать.

Стук в дверь прерывает этот момент, и Флора спешит открыть, обнаруживая за порогом Арло с пакетом еды.

Его глаза на мгновение сужаются, как будто он концентрируется, прежде чем они расширяются от возбуждения. — Это что, «Офис»? — спрашивает он, передавая пакет Флоре.

— Да, но ты не приглашен, — парирует она, и он хмурится.

— Что? Почему?

— У нас девичник, — отмечает она, как будто это действительно так просто. Я не против, если он останется, но не хочу говорить это, если она хочет побыть без него.

— Я могу вписаться в девичник, — настаивает он, и она с легким смешком качает головой.

— Я вижу очертания твоего члена через спортивные штаны. Ты определенно не впишешься, — заявляет она, прежде чем захлопнуть дверь у него перед носом. Она поворачивается ко мне со знакомым румянцем на щеках и направляется к кровати.

— Что я упускаю? — спрашиваю я, возвращая ей ее же слова.

— Что ты имеешь в виду? — Она не смотрит на меня, предпочитая вместо этого разбирать еду.

Пожав плечами, я оглядываюсь на дверь, ожидая очередного стука, но ничего не происходит. — Не знаю. Ваши отношения кажутся совсем другими, чем… у сводного брата и сестры, — признаю я, и она вздыхает.

— Да.

Несмотря на то, что в воздухе между нами витает так много невысказанного, мы погружаемся в уютное молчание, пока едим и сосредотачиваемся на «Офисе». Признаться, этот сериал заставляет меня улыбаться чаще, чем я могла бы ожидать, и в какой-то момент я почти смеюсь, но отказываюсь это признавать.

— Я знаю Арло с пяти лет, — заявляет она, глядя на оставшиеся у нее несколько ломтиков картошки фри. — Я полюбила его в восемь лет, или мне так казалось. По крайней мере, так я так чувствовала, — признается она. — Я поняла, что сильно влюбилась в него, когда мне было четырнадцать, а когда мне исполнилось двадцать… мой папа женился на его маме.

— Вот черт, — выпаливаю я, заслужив улыбку от поверженной рыжей девушки рядом со мной.

— Да, именно.

— Вы, ребята, когда-нибудь говорили об этом?

Она качает головой. — Нет, но я уверена, что для него это очевидно. Просто он слишком мил, чтобы создавать неловкость.

— Это чушь собачья, — парирую я, сожалея об этом в тот момент, когда она морщится, но, когда она поднимает на меня растерянный взгляд, я понимаю, что в нем присутствкет проблеск надежды.

— Правда?

— Если бы он действительно так поступает, то я бы сказала, что это чертовски подозрительно, но в его отношении к тебе есть забота. Я не могу разобраться ни в тебе, ни в нем достаточно, чтобы понять что-то большее. Но у меня нет ощущения, что он намеренно избегает очевидного, чтобы не смущать тебя, потому что мы все знаем, что в конечном итоге это приведет к катастрофе.

Она усмехается, беспомощно глядя в потолок. — Расскажи мне об этом. Я фейри разума, и не могу прочитать его мысли с тех пор, как научила его пользоваться щитом в двенадцать лет.

— Черт, прошлая Флора хорошенько подставила будущую Флору, — заявляю я, и она хихикает.

— И не говори, да?

Мы смеемся, кажется, целую вечность, и тяжесть с моих плеч немного спадает. Я чувствую себя легче, а мы обсуждали даже не мои проблемы. Мне странно, что она так открыто обо всем рассказала, и в моей голове всплывают ее слова.

— Я согласилась на свидание с Броуди, чтобы он усилил защиту моей комнаты. Очевидно, та, которой нас учили, недостаточно сильна, чтобы противостоять магам, — признаю я, и она удивленно смотрит на меня. — Знаю.

— Как прошло свидание? — спрашивает она с задумчивым романтическим блеском в глазах.

— Ну, я невольно сразилась на дуэли с волчицей по имени Летиция. Я выиграла, но награда… оказалась еще большей неразберихой, чем та, в которой я уже была, — признаю я, отводя от нее взгляд.

— Дуэль. Черт возьми, Адди, они…

— Серьезные, я знаю. Это было серьезнее, чем я думала, но в тот момент я действовала импульсивно, отчаянно пытаясь защитить себя.

— Из-за кого была дуэль?

Это самое худшее. Произнести это вслух — все равно что привести в действие бомбу замедленного действия, но я делаю глубокий вдох и выпаливаю это, прежде чем успеваю передумать. — Из-за Кассиана Кеннера.

— Ты гонишь. Самый завидный волк в кампусе?

Я хмуро смотрю на нее и качаю головой. — Нет, это не так.

— Да, так, — настаивает она, приподнимаясь и поворачиваясь ко мне. — Его отец — тот самый загадочный ублюдок, который поставил стаю Кеннеров превыше всего, а его сын ушел, чтобы быть здесь.

— Откуда ты это знаешь? — ошеломленно спрашиваю я. Я сама узнала об этом только тогда, когда оказалась свидетельницей всего происходящего.

— Тебе стоит лучше прислушиваться к сплетням, — говорит она, качая головой, и я вздыхаю.

— Похоже, это более тяжелая работа, чем та, на которую я готова пойти, — отвечаю я, и она смеется.

— Я сосредоточусь на сплетнях. А ты сосредоточься на том, чтобы уберечь себя от возможных неприятностей. — Ее многозначительный взгляд заставляет меня прикусить язык и кивнуть.

Она права, в этом нет сомнений. Но почему это звучит проще, чем есть на самом деле? С момента моего появления в кампусе я только и делаю, что влипаю в неприятности.

ДВАДЦАТЬШЕСТЬ

АДДИ

И

меть подругу, которая не является Норой, странно, но успокаивает. Я чувствую себя ее защитницей, но не так, как если бы это была Нора, идущая со мной в столовую