Сначала свадьба - Мэри Бэлоу

Счастье не всегда измерялось краткими мгновениями. Порою оно длилось и не спешило заканчиваться.

Ванесса, конечно, не питала иллюзий. Брак не был заключен по любви и никогда не планировался в качестве союза сердец. Эллиот не любил ее, а она не любила его — во всяком случае, всерьез.

И все же она испытывала к мужу пылкую страсть. Странно и удивительно, но и он тоже сгорал от желания.

За три дня и четыре ночи они то и дело бросались в объятия друг другу — счет огненным порывам был давно потерян. Ну а если признаться честно, то Ванесса все-таки сосчитала: тринадцать раз. Сосчитала и подумала, что если бы верила в дурные приметы, то число могло бы показаться зловещим. Так что надежнее было его забыть.

Ничто в жизни еще не приносило ей наслаждения столь острого, как эти тринадцать любовных воздаяний.

Они вместе ели, а во время еды увлеченно беседовали. Разговаривали о прочитанных книгах и выяснили, что у каждого был собственный круг чтения. Но это несоответствие вполне поддавалось исправлению.

— Обязательно прочитаю все книги, которые читал ты, — отважно заявила Ванесса. — И тогда сможем их обсудить.

— А вот я твои книги читать не готов, — упрямо возразил Эллиот. — Никогда не любил историю. Так что лучше просто расскажи о тех событиях прошлого, которые, по-твоему, необходимо знать.

— Вот так задача! — воскликнула Ванесса. — С чего же начать?

— Может быть, сначала? — предложил Эллиот. — С Адама и Евы?

— Нет, лучше с завоевания Британии римлянами, — решила Ванесса. — О тех племенах, которые жили здесь раньше, известно совсем мало. Римляне великолепны, Эллиот. Их жизнь была во многих отношениях более утонченной и роскошной, чем наша. Вот мы высокомерно считаем, что существуем в развитой цивилизации. А известно ли тебе, например, что римляне умели обогревать дома, не строя в каждой из комнат камин или очаг?

— Нет, неизвестно, — признался Эллиот.

Он с нескрываемым интересом слушал увлеченный рассказ о быте римской Британии и о том, каким образом римляне повлияли на дальнейшее развитие страны.

— Особенно ярко влияние римлян заметно в языке, — пояснила Ванесса. — Множество наших слов берет начало именно в латыни.

— Так что же, не явись к нам римляне, мы так и жили бы молча? — шутливо возмутился Эллиот. — Или, не дай Бог говорили бы на валлийском или на гэльском?

Ванесса рассмеялась.

— Видишь ли, язык непрестанно растет и развивается. А без римлян английский просто был бы другим.

Ванесса подозревала, что на самом деле исторические познания мужа значительно глубже, чем он пытался показать. В конце концов, ни один образованный джентльмен не мог находиться в полном неведении относительно прошлого собственной страны и цивилизации в целом. Скорее всего Эллиот просто притворялся, чтобы подразнить. История была ее страстью, однако далеко не всегда удавалось найти людей, готовых слушать рассуждения о седой старине.

Склонность Эллиота к невинному лукавству казалась забавной.

Супруги подолгу гуляли, наслаждаясь чудесной погодой. Несмотря на раннюю весну, солнце празднично сияло, небо безмятежно голубело, а напоенный ароматами просыпающейся земли воздух дарил ласковое тепло. Природа решила сделать молодоженам подарок.

Они с удовольствием выходили на пустынный берег озера и радовались тишине: близкие уважали их уединение.