Влюбляться нам нельзя - Кира Фарди

– Светлана, как ты можешь так называть Галину Николаевну! – одергивает Михайлову Пифа.

– Ой, простите, вылетело, – закрывает ладонью рот Стилус и хихикает.

Но сценку все же меняем. Делать это в последний момент плохо, но выбора нет.

– Ну, довольны? – Марина Николаевна все еще хмурится. – Теперь у нас в сценарии дыра. Чем прикажете ее заполнить?

– Мы придумали сценку о первой любви, – поднимает руку Настя Завьялова.

– Кто мы?

– Ну, я и Юрка.

– Ага, – привстает Юрка и подмигивает мне.

Мое веселое настроение будто ветром сдувает, Сашка тоже напрягается.

– А на последнем звонке это нужно? – спрашивает он. – Мы же прощаемся со школой.

– Идея хорошая, – не соглашается с ним Пифа. – Учеба, школа, первые радости и потери, первая любовь – это и есть ваша жизнь. Показывайте.

– Ну, мы еще только текст набросали…

– Давайте! – выкрикивает Пашка.

Юрка и Настя выходят с листочками к доске, ставят два стула, садятся. Юрка разлохмачивает волосы, дергает галстук, чтобы узел слегка свисал, бросает на пол спортивную сумку.

– Здесь будет бодрый музон, – поднимает палец Оганесян, осанивается, разглаживает листок, призывно смотрит на Настю и басит, подергивая бровями: – Завьялова, дай списать.

– Обломись!

Я чувствую, как по спине бежит капелька пота, уже первые слова напоминают наши с Сашкой ежедневные баталии.

Юрка закатывает глаза и продолжает:

– Завьялова, а помнишь, как в третьем…

– Нет!

– Настя, давай сумку помогу донести.

– Отстань!

И тут Юрка вскакивает, обегает стулья и садится уже другим человеком. На голове прическа, галстук поправлен, выражение лица спесивое и гордое.

– Настя, видишь, – Юрка показывает на потолок. – Там звезда. Большая, яркая, светится… Это ты.

Настя делает вид, что смущена.

– Скажешь тоже!

– А вот видишь, маленькая, тусклая звездочка, опускается.

– Ага.

– Это твой Макаров после выпускного.

– Что ты привязался к Макарову? – Настя хлопает Юрку по плечу.

– А что он к тебе все время клеится?

– Он не клеится. Мы с ним враги.

Сашка вскакивает, сжимая кулаки, но весь класс весело смеется, я дергаю его за руку.

– Видишь, шрам? – продолжает Юрка и закатывает рукав, Настя делает вид, что разглядывает и хмурится. – Это я за тебя с Макаровым дрался.

– Когда? – охает Завьялова.

– А этот видишь? – он кладет ногу на ее колено. – Это Макаров за тебя дрался.

– Да вы спятили! – притворно ужасается Настя.

– А это видишь? – Юрка тычет пальцем себе в живот.

– И это тоже Макаров? Ножом? – на лице Завьяловой написан ужас.

– Нет. Это аппендицит.

Одноклассники покатываются со смеху, улыбается и Пифа.

– И Макаров тут ни при чем? – уточняет Настя.

– Это он вырезал.

Минуту класс смеется. Юрка строит просто умильные рожицы, Настя закатывает глаза, изображая парочку.

– А хочешь хохму? – встряхивается Оганесян, как только наступает относительная тишина.

– Хочу.

Оганесян задумывается и машет рукой.

– Нет, хохму я не знаю. Зато могу рассказать стихотворение.

Я немного выдыхаю. Напряжение, висевшее в воздухе, рассеивается. В принципе, Настя с Юркой ничего плохого не сказали, поймут скрытый смысл юморески только посвященные. Оглядываюсь: Влад сидит с вытянутым лицом, рядом Ритка вцепилась в его руку. Для них выступление ребят тоже стало неприятным сюрпризом.

И тут Козловский ловит мой взгляд и шепчет одними губами поверх головы Ритки:

– Выйдем?

– Нет, – отрицательно качаю я головой.

Каждый такой призыв заканчивался катастрофой, больше не хочу. Мы расстались, обратной дороги нет.

– Ты чего? – спрашивает Сашка, заметив мое движение, и оглядывается. – Опять Козловский достает?

– Нет, все нормально. Немного сценка напугала.

– Хочешь, я попрошу ее не показывать?

«Хочу!»– кричит все внутри.

Но как представлю, что Юрка с Настей весь вечер сидели, сочиняли, думали, что удивят всех, так сомневаюсь, стоит ли портить настроение одноклассникам своими придирками.

– Нет, не надо. Завтра выступим и разойдемся на подготовку к ЕГЭ. Останется только пережить выпускной.

Сашка сжимает мои пальцы. Я знаю, что он готов встать против всего мира ради меня. Теперь знаю. Я кладу ему голову на плечо, никого не стесняясь. Уверена, мы вместе и надолго. Ничто нас теперь не разлучит. Если Сашка поступит в другой город, я поеду за ним, уже рассматривала подобный вариант. Или он за мной. Все будет зависеть от результатов экзаменов.

– Ребята, останьтесь на минутку! – кричит Марина Николаевна после репетиции. – Есть важный вопрос.

– Ну, в-о-о-о-т! – раздается дружный возмущенный возглас.

Многие уже были почти у выхода из актового зала, а тут новая задержка. Вздыхая и ворча, одноклассники возвращаются.

– Родители предлагают нам отправиться на сплав по реке, – невозмутимо вещает со сцены Пифа. – Что вы думаете?

– Сплав? – я смотрю на Сашку.

Мне совершенно не нравится эта затея перед экзаменами, но его глаза сияют, он воодушевлен предложением.

– Ура! Согласны! – кричат мальчишки.

– Класс! – прыгает Стилус.

– А это не опасно? – осторожно гашу всеобщее возбуждение я.

– Ой, Заречная! – фыркает Настя. – Вечно ты со своими загонами!

– Точно! Не хочешь, сиди дома!

– Я просто спросила, чего сразу набрасываетесь, – обижаюсь я. – Не хотите слушать голос разума, буду вообще молчать!

– Поль, не кипятись, – Сашка обнимает меня за талию, – Давай дослушаем инфу.

– Разумное предложение, Макаров. Группы школьников сплавляются постоянно, – Марина Николаевна поднимает руку. – Тихо! Тихо! Нас будут сопровождать профессиональные инструкторы. Не волнуйтесь. Вы наденете каски и жилеты.

– Фу, сыро и страшно, – поджимает губы Рита. – Мы с Владом, наверное, пас. Да, котик?

Она ласково заглядывает в глаза бойфренду, но он не реагирует на зрительный призыв.

– А что ты за меня отвечаешь? – неожиданно грубо для влюбленного басит Влад.

Он хмурится, лицо сосредоточено. И, хотя в последнее время держится от меня и Сашки в стороне, я все время настороже, не доверяю ему.

– Ну, котик… – Ритка тоже теряется от его напора.

– Я хочу поехать, – решает Влад. – Будет что вспомнить.

– Куда тебе? Еще даже гипс не сняли, – вскрикивает Ритка.

– Это же отлично! Зато грести не заставят.

– Да, Владислав, – соглашается с Ритой классуха. – Посоветуйся с родителями.

– Не волнуйтесь, все будет хорошо.

Идя домой, я еще кручу в голове предложение Марины Николаевны, но вскоре тревога вылетает из головы и сердца, словно ее и не было. Вечер предстоит хлопотный: нужно сделать прическу, отгладить коричневую школьную форму, примерить кружевной фартук. Мы с девчонками решили, что на последний звонок оденемся в стиле семидесятых годов.

– Ой, – вскрикиваю я уже у подъезда. – Ленты!

– Что ленты? – останавливается Сашка, мы теперь с ним неразлучны.

– Забыла купить.

– Вот тетеха!

– Я не тетеха! – надуваюсь я как мыльный пузырь.

– А как тогда твоя забывчивость называется?

Он обнимает меня за талию и тянет к торговому центру. Пару часов мы бродим там