Влюбляться нам нельзя - Кира Фарди

– Ребята, – прерывает ворчание Марина Николаевна. – Давайте послушаем инструкторов.

– Да ну!

– Что там слушать?

– И так все понятно! – выкрикивает нетерпеливый Юрка.

Горячая южная кровь так и бурлит в его венах. Была бы его воля, он бы уже забрался в лодку и поплыл. Любая задержка раздражает и заставляет сгорать го нетерпения.

– И что тебе, молодой человек, понятно?

К нам подходят двое инструкторов. Один, невысокий, русоволосый парень, раскладывает на столе папки и инструменты, поворачивает к нам магнитную доску для записей. А второй – рослый мужчина с сединой на висках – насмешливо смотрит в упор на Юрку.

– Вот это все… – теряется тот и взмахивает неопределенно руками.

– Сколько раз ты сплавлялся? Десять, двадцать? По этой реке или по другой?

– Ну, – теряется Оганесян, – мы были на отдыхе в Сочи.

– А, все ясно, – ехидно улыбается инструктор и делает серьезное лицо. – А теперь послушайте меня. Я Олег Михайлович, это к сведению, как обращаться, если что. Мой напарник – Сергей. Он вам сейчас расскажет о реке.

– Не смотрите, что Чернушка сейчас тихая и спокойная. После вон того поворота, – Сергей показывает рукой куда-то вдаль, – русло реки сужается, оно протекает между двух горных стен, а вода разгоняется. Начинаются пороги, и нам нужно пройти через этот опасный рукав без потерь, истерики и паники. Всем понятно?

Притихшие одноклассники кивают и дальнейший рассказ слушают молча. Инструктор рассказывает, как вести себя во время сплава, как сидеть, за что держаться и дышать, если случайно окажешься под водой.

– Вы можете оказаться за бортом и, главное, не паникуйте. Инструкторы вытащат вас мгновенно. Этот маршрут не такой опасный, он специально выбран для школьников.

– Что-то мне страшно, – шепчет Полина.

– Садись в лодку рядом со мной, – отвечает ей Влад.

– Ага, однорукий защитник нашелся! – парирует Полина.

– Зато гипсом можно от камней отталкиваться и ветки отодвигать, – смеется Влад.

– Владик, а как же я? – надувается Ритка.

– Ты шуток не понимаешь, что ли? – косится на нее Козловский.

– Варежку захлопни! – шепотом рявкаю на него я. – Рыцарь!

– Да пошел ты!

– Макаров, Козловский, что там у вас? – поворачивается Пифа.

Мне не нравится настроение Влада. Очень не нравится. Он опять к нам цепляться начал, а это не к добру.

«А если он вытолкнет Полину из лодки?» – приходит вдруг мысль, и мгновенно потеют ладони. Я поднимаю руку.

– Как мы будем распределяться по лодкам?

– Для сплава приготовлены четырехместные катамараны и двухместные байдарки и каноэ. В каждой лодке будет свой инструктор.

– А могу я сплавиться сам? Есть опыт.

– Ты ведь Макаров? Так? – спрашивает Олег Михайлович.

– Да, уже несколько раз проходил этот маршрут с отцом и в качестве пассажира, и в качестве ведущего.

– Хорошо, кого возьмешь в напарники?

– Ее, – поднимаю руку Полины.

– А не опасно? – сомневается инструктор.

– Я пройду вдоль левой стены, там нет подводных валунов.

– Ого! – хлопают в ладони одноклассники.

– Да среди нас профи! – вопит Светка Михайлова. – Сань, возьми меня под крылышко!

– И меня! – поддерживает подружку Настя.

– Тихо! – стучит по столу Марина Николаевна. – Вам все шуточки, не понимаете серьезность ситуации?

– Окей. Посмотрим по рассадке, – кивает Олег.

– Хорошо.

Я выдыхаю: за себя могу ручаться, что ни за что не выпущу Полину из виду!

Глава 27

Шумной толпой мы отправляемся к лодкам. Сергей руководит одноклассниками, старается посадить их в катамараны, где помещается четверо человек и пятый инструктор. Я не тороплюсь, смотрю, что останется.

– В двухместную байдарку сядешь? – спрашивает меня Сергей.

– Покажите, в какую?

Он подводит меня к оранжевой надувной лодке. Я оглядываю ее со всех сторон, проверяю днище, весла, сиденья.

– Не волнуйся, лодка легкая, но маневренная, выдерживает высокие волны и давление.

– Как насчет повреждений, проколов?

– Сам посмотри, ни одного еще не было.

Это успокаивало. Я чувствовал, как волнение стискивает грудь, и предвкушал удовольствие, которое я смогу доставить Полине. Я не собирался лезть в круговорот порогов, рассчитывал пройти вдоль скальных стен, где вода более спокойная.

– Ребята, на обед, живо! – позвала всех Марина Николаевна.

– Иди, подкрепись хорошенько, через полчаса выдвигаемся, – улыбается Сергей.

Мы весело стучали ложками по длинному столу, хвалили уху, которой нас кормила повариха, и замечательную гречневую кашу с тушенкой. Даже мажористый Козловский наворачивал ее за обе щеки.

– Где у вас туалет? – спросил он инструктора.

Тот показал на дверь. Влад сорвался с места, Ритка за ним. Но у дверей он ее остановил вытянутой рукой с гипсом.

– Котик…

– Может, ты еще бумажку для меня подержишь? – фыркнул он.

Парни покатились со смеху.

– Слушайте, это не смешно! – вспыхнула Полина. – Не за столом же такие шутки!

Она смотрит на расстроенную Ритку. Та, поймав сочувственный взгляд, тут же садится рядом.

– Слушай, Влад всегда так себя ведет? – зашептала она на ухо Полины, словно меня рядом и не было вовсе.

Меня царапает такое откровенное пренебрежение, и я не выдерживаю:

– Рита, мы обедаем. Разбирайся со своим парнем сама.

Ритка обиженно дергает плечом и вскакивает. Полина сжимает мои пальцы.

– Зачем ты так? Неужели тебе не жалко ее?

– Нет, нисколько. А ты не видишь, что она постоянно пользуется тобою как спасательной подушкой, а потом, когда ты уже не нужна, пакостит вместе со своим Владичкой.

Раздражение так и клокочет в груди, что-то сегодня весь день нас эта парочка цепляет.

– Да ты ревнуешь! – смеется тихо Полинка.

– Нет, не придумывай!

– Точно ревнуешь!

Она заглядывает в глаза, я отворачиваюсь, чувствую, она поймала меня и теперь не отвяжется. Я встаю из-за стола первым, иду к выходу, в дверях сталкиваюсь с Владом. Он намеренно застывает в проходе, не пропускает меня. И вновь волна раздражения поднимается из глубины нутра.

– Дай выйти! – резко говорю ему.

– А ты в щелку пролезай, – нагло улыбается в лицо он.

– Что это у тебя? – делаю вид, что принюхиваюсь. – Новый парфюм или запах зависти?

Влад дергается как от удара, но за моей спиной уже появляются Пашка и Юрка, и он делает шаг в сторону.

– Еще не вечер, – вдруг напевает он. – Еще не вечер…

Что дальше – уже не слушаю: мне срочно нужен свежий воздух, пока я не взорвался окончательно. Стою на крыльце, глубоко дышу, наполняю кровь кислородом. И злость испаряется, растворяется в свежем речном воздухе, плывет легкими облаками оп небу.

Сзади меня обнимают теплые руки – Полинка. Я захватываю ее пальцы, прячу в ладонях.

– Не обращай на него внимания, Саш, – бубнит мне в спину она. – Завтра мы разойдемся, и будем встречаться только на