Двоечница для архимага. Академия запрещённой магии - Ольга Арунд

— Знаешь, в чём твоя проблема, Моррисон? — прошептала ласково, чувствуя, как всё внутри кипит от ярости.

Абелия попыталась отстраниться, но уже я держала её, схватив второй рукой за плечо.

— Пусти, идиотка, — прошипела та.

Но чего я только не пережила за последнее время, так что выходки какой-то завистливой студентки пугали меньше всего. Бесили — да, но страха больше не было.

— В том, что тебя не хотят даже в игрушки.

А потом, не отпуская её руки, поднырнула вправо и провернулась так, как нас учили.

Крик, хруст.

И вопящая Абелия с широко открытыми глазами, баюкающая левую руку.

— Ты… ты! — она задыхалась одновременно от боли и возмущения. — Тварь! Ты… ты сломала мне руку!

Только руку?

Чувствуя, как сознание затянула тёмная пелена, шагнула к ней. Не знала для чего, но очень хотелось сделать что-нибудь… эдакое. Порадовать внезапно найденную в себе ярость.

— Миранда!

Вот только мне помешали. Ави перехватил за талию, оттащил от скулящей Моррисон в окружении своих подпевал.

— Пусти. Я ещё не закончила!

Чувствовала, что могу отбиться и от него. Останавливало то, что Ави точно ни в чём не виноват и причинять ему боль не хотелось. Поэтому я отбрыкивалась, но постольку-поскольку.

— Я тебя уничтожу! — голосила Моррисон.

А мне очень хотелось ответить, чтобы она радовалась — за Беату отомстила я, а не взбешённый Леон. Но и этого я не сказала по очень простой причине — кто-то закрыл мне рот ладонью.

— Спасибо, Каппель. Свободны.

Руки сменились руками, а я задохнулась от ощущения силы и власти, которое исходило от держащего меня.

Вот и встретились. Теперь не придётся бегать по всей академии в поисках.

— Моралес, отведите Моррисон в лазарет. Каппель, проследите.

Голос, холодный и пустой, пробирал до мурашек. Но я точно знала, что не дам ему уйти от разговора. Не в этот раз.

Что-то внутри меня бушевало и требовало ответа. От всех. ЧТо-то, чему оказалось трудно, практически невозможно сопротивляться.

Да я и не хотела.

— Она сломала мне руку! — повернувшись, успела выкрикнуть Моррисон.

— Чего только не бывает на физподготовке, — равнодушно отозвался Карсер.

А мне до дрожи захотелось укусить ладонь, всё ещё закрывающую мне рот. Просто чтобы убрать эту ледяную бесчувственность из его голоса.

Радовало одно — появление ректора мгновенно разогнало студентов по своим делам, так что в зале мы остались вдвоём. Прекрасная возможность, чтобы поговорить.

Ещё бы так не кипело внутри…

Додумать мысль не успела.

Карсер вдруг легко оттолкнул меня, заставляя сделать пару быстрых шагов.

А следом с громким грохотом закрылись двери зала.

Глава 24

Я резко обернулась. Достаточно быстро, чтобы увидеть, как двери на мгновение окутало тёмно-синей дымкой. Снова заклинание Изнанки?

Но потом столкнулась с тёмным взглядом Карсера и забыла обо всём.

— Плохо? — склонив голову набок, поинтересовался он.

— Местами, — хмыкнула в ответ. — Теми, где ты избегаешь меня и разговора.

Выпрямилась, осознавая, что приняла атакующую позицию, и прямо посмотрела на него.

— Тебе показалось.

Ага. Только мы оба знали, кто здесь врал.

— Тогда зачем всё это?

Я обвела рукой закрытые двери.

— Для твоей безопасности.

Дурацкий разговор. И я готовилась сделать его ещё хуже.

— Ты убил отца. Почему?

Никогда не замечала в своём голосе такой требовательности. Оказалось, что я вообще многое в себе не замечала — например, желания сломать кому-то руку.

На мгновение пришёл ужас от содеянного, но он быстро сменился удовлетворением.

Абелия виновата. И заслужила. Как минимум за Беату, как максимум — за всё, что исполняла эти годы.

Но гораздо больше этого волновало молчание Карсера.

Настолько волновало, настолько хотелось пробить его равнодушие, что я не выдержала.

— Отвечай!

И ахнула, когда вместе с криком из меня вырвался огромный тёмный сгусток силы, который рванул к Карсеру.

Ужаснулась, дёрнулась, чтобы сделать хоть что-то. Спасти Карсера, который даже бровью не повёл — так и стоял, широко расставив ноги и заложив руки за спину. Как квадры на плацу.

— Карсер, — прошептала в тот момент, когда чуждая магия коснулась его груди…

Но не причинила вреда. Вместо того чтобы разнести по кусочкам, магия впиталась в Карсера, словно только этого и хотела. А я посмотрела на свои руки.

Это я? Вот так?

Я же никогда и никому…

— Наш с Орельеном отец не умел останавливаться, — усмехнулся вдруг Карсер.

Я подняла взгляд — сюртук на нём дымился, а металлические вставки раскалились докрасна. Впрочем, его это, похоже, не смущало. Карсер расстегнул мелкие пуговицы и сбросил испорченную вещь. А потом принялся за рубашку.

— Что?

В голове помутилось: смешались дикая ярость, растерянность, сожаления и смущение от его полуголого вида.

— Ты хотела знать, — ровно напомнил Карсер.

Казалось, его ничего в этой жизни не волновало.

— Его величество Алрик не просто поставил все возможные опыты над своими сыновьями. В конце концов, он спятил настолько, что решил принести нас в жертву. Бесам, — усмехнулся Карсер. — Он считал, что это задобрит ту часть мира, и древние чудовища оставят Риот в покое. К этому моменту у Алрика сильно хромала логика, зато рвения было хоть отбавляй.

Тряхнув головой, отступила на шаг.

Карсер сбросил рубашку поверх сюртука.

— Как давно ты звала Мию?

— Ч-что?

Ещё шаг назад.

— Как давно, Мира?

— Н-не знаю.

Хотелось упасть на колени и схватиться руками за голову, но я терпела. Понимала, что не могу выпускать из поля зрения опасного, сильного дракона.

Небеса, я что, боялась Карсера? Всерьёз думала, что он причинит мне вред?

Да! Он сильнее! Надо держаться от него подальше!

Или убить.

Бесы и их предки!

— Что происходит? — спросила испуганно.

И подскочила, столкнувшись со стеной.

Я столько отступала, что не заметила, как загнала себя в угол?

— Алрик знал, что не справится с нами обоими, поэтому запер меня в темнице и принялся за Орельена. Возможно, именно после пыток у него испортился характер, — мрачно усмехнулся Карсер.

Он был так близко, что я видела каждый шрам, мелкой сетью покрывающих его левое плечо.

— И что было дальше?

Нервно сглотнула, задыхаясь от близости горячего сильного тела в каком-то шаге.

О, уже не шаге.

— Я вырвался, Мир-ра, — шепнул Карсер, упираясь в стену по обе стороны от