Брак по расчету - Анна Мишина

– Подождите, – догоняю уже на улице.

Сбегаю по ступенькам и, споткнувшись, цепляюсь за локоть Ярцева. Он подхватывает меня, не давая упасть.

– Я спасибо должна вам сказать, – говорю, еле переводя дыхание.

– Пожалуйста, – как ни в чем не бывало, отвечает.

– Не только за то, что не дали разбиться. За то, что согласились мне помочь.

– А тут пока не за что. Поехали, еще нужно заехать в ювелирку, а потом вернемся в офис. Работу никто не отменял.

– А зачем?

– Кольцами обменяться все же нужно будет, а то нас не поймут, – отвечает на мой вопрос и открывает дверь передо мной.

Выбор кольца для меня оказался пыткой. Посещение ЗАГСа еще цветочки были. Блеск золота, камней. Ценники! И все ради чего?

– Владимир, – беру его под руку и тяну на себя, чтобы он наклонился.

– М? – его лицо оказывается напротив моего.

– Зачем? – снова повторяю свой вопрос.

– Моя невеста должна носить самое красивое кольцо, – говорит громче, чем следовало бы.

Девушки консультанты улыбаются ему.

Раздражают.

– Нет, – шиплю, возвращая свой взгляд на мужчину. – Я не настоящая невеста, – напоминаю ему. – Зачем так тратиться?

– Чтобы все поверили, – выпрямляется и теперь сверху вниз смотрит на меня. – Моя невеста не может носить дешевую бижутерию.

– Есть дорогая бижутерия, но все же гораздо дешевле того, что вы там выбираете, – продолжаю настаивать на своем.

– Юля, – делает паузу, чтобы я наконец замолчала и посмотрела на него, – если ты хочешь, чтобы я тебе помог, придется играть по моим правилам.

Темные глаза будто сверлят во мне дыру. И идти в попятную уже не вариант. Да и не придумать мне выход из всего происходящего.

Как сказала бы моя бабуля – поздно пить Боржоми…

Черт!

Вздыхаю.

– Хорошо, – приходится смириться.

– Вот и отлично. А теперь верни улыбку на свое личико и пойдем примерять, – ухмыляется и берет меня за руку.

Мне жутко неудобно за такую трату сумасшедшей суммы денег. Но Владимира это, кажется, не волнует.

– Выдохни уже, – говорит мне, когда оказываемся в машине.

Ага, куда там? На ту сумму, что потратил он, можно было бы жить полгода точно, если не больше!

На работу возвращаемся к обеду. Когда только время так успело пролететь?

Стоит оказаться на этаже нашей фирмы, как я тороплюсь к своему месту. Владимира кто-то из сотрудников остановил. И хорошо, будет время дух перевести.

По привычке ставлю чашку в кофемашину. Нажимаю кнопку.

Тишину нарушает жужжание аппарата.

Я сажусь за стол и, включив компьютер, просматриваю список дел, которые нужно сделать в ближайшее время.

Когда в приемной появляется Ярцев, я подскакиваю со своего места, вспомнив про кофе.

– Благодарю, – берет чашку и скрывается в своем кабинете.

Я же прислоняюсь спиной к двери и обхватываю себя за плечи.

Что из этого всего выйдет? Получится ли отделаться от Ланского? Лишь бы получилось, иначе я никогда не смогу расплатиться за такие траты с Ярцевым.

Владимир

Работаю. Отвлекаюсь на телефонный звонок и после короткого разговора откладываю телефон в сторону. Берусь снова за бумаги и тут же откладываю их. Откидываюсь на спинку кресла, тру лицо руками. И откинув голову на подголовник, закрываю глаза, уставляюсь в потолок.

Женюсь.

Как только эта мысль могла прийти мне в голову?

Нет, отступать я не намерен. Вариант идеальный. Все вроде бы складывается так, как нужно. Есть только одно “но”. НО! Почему я чувствую ответственность за эту девушку? Почему внутри засели чувства – защитить и спрятать?

Запускаю пятерню в волосы.

Стоит только вспомнить ее испуганные глаза у ЗАГСа. А потом и в ювелирном. Ее просьбу не тратиться на кольца.

Любая другая была бы рада оказаться на ее месте. Виола уж точно не пикнула бы по поводу ценника. Чем больше нулей, тем статусней в лицах других будет выглядеть она.

А тут совершенно противоположная реакция.

Из внутреннего кармана пиджака достаю бархатную коробочку. Кручу перед глазами и открываю.

Два кольца. Мое – большего размера. И ее – пятнадцатый. Оказывается, ее пальчики очень тоненькие. И ладонь Синицыной изящно лежит в моей.

Да уж, отец. Подкинул же ты мне забот. Почему не поступил иначе, а оформил девочку на себя? Зачем?

Как только на часах стрелки показывают шесть, закругляюсь быстро и тороплюсь выйти из кабинета.

Юля как раз быстро шагает по коридору. Явно хочет уйти раньше меня. Или мне кажется?

Ну раз так, то даю девчонке фору. Притормаживаю и наблюдаю, как заходит в лифт.

Даю ей уехать с водителем. И сам еду за ними.

Зачем?

А черт его знает. Что-то тянет меня проследить за тем, чтобы она спокойно вошла в подъезд дома.

Сначала заезжают в детский сад. Наблюдаю, как Юля несет на руках девочку. Улыбается дочке. Сияет.

Залипаю.

Прихожу в себя, когда машина отъезжает.

Тут буквально пару минут. Хорошее расположение инфраструктуры.

Подъезжаем к дому. Машина останавливается у подъезда. Я паркуюсь недалеко, чтобы видеть девочек.

Синицына что-то говорит водителю. Улыбается.

Не нравится мне, как она ему улыбается. Но отмахиваюсь от этой мысли. Мне должно быть все равно.

Машина отъезжает. И я наблюдаю, как девушка ведет за ручку дочку. Идут медленно, не торопясь. Ребенок маленький, шагает осторожно.

Собираюсь уже уезжать, как замечаю, что девушка остановилась и оглянулась. Я осматриваюсь и замечаю белобрысого, торопящегося к ней.

Сжимаю руль крепче.

Что этот урод тут забыл? Он явно что-то задумал. Вот только что? С какой целью прилип к ней? Это предстоит узнать. Сомневаюсь, что торопится стать отцом.

Замечаю, как Синицына бледнеет.

Паркую все же машину как положено и выхожу. Направляюсь к ним.

– Отцепись от меня, – доносится голос Юли.

– И не подумаю, – наглая улыбка придурка.

– Юль? – вмешиваюсь.

– О, – только и выдает Синицына. Она явно удивлена моему присутствию. – А…

– Задержался немного, – улыбаюсь ей. – Старый знакомый? – смотрю на Ланского, и мне нравится видеть реакцию на его физиономии.

– Ага, – мямлит Юля.

– Привет, принцесса, – обращаюсь к девочке, которая во все глаза смотрит на меня, приоткрыв ротик. Забавная.

Давай, девочка, не подведи.

– Пи-ет, – тянет тоненьким голосом.

– Иди ко мне? – присаживаюсь рядом с ней, и девчушка тянет ко мне ручки, удивляя не только меня, но и свою мать.

Подхватываю ее, чувствуя, как теплые детские руки обхватывают меня за шею.

– Ну что, домой? – спрашиваю Юлю.

– А? Да-да, – кивает. – Пойдем, – на щеках горит румянец.

И не сказав ни слова белобрысому, торопится открыть подъездную дверь, пропуская нас с девочкой вперед.

Ну что ж, Вова, влез в это дело,