Брак по расчету - Анна Мишина

Выходим из лифта и останавливаемся у двери.

– Ключи в кармане брюк, помоги, – прошу девушку и поворачиваюсь к ней той стороной, где лежат ключи.

Румянец тут же вспыхивает на ее щеках. Но, ничего не сказав, подходит ко мне и осторожно запускает свою ладонь в карман. Подцепив ключи, тут же вытаскивает их и быстро отступает на шаг.

– Открывай, у меня руки заняты, – усмехаюсь, кивнув на сладко сопящего ребенка.

Юля кивает и открывает дверь, достаточно быстро справившись с замком, пропускает меня. Вхожу и слышу, как за спиной закрывается замок. Сам же не разуваюсь, прохожу в гостиную.

– Юль, – зову девушку.

Она тут же оказывается рядом. Уже успела снять верхнюю одежду.

– Раскидай подушки, уложим пока тут.

Слушается и быстро выполняет мою просьбу. Укладываю осторожно девочку. Юля обкладывает ее подушками.

Возвращаюсь в прихожую, снимаю ботинки. В ванной мою руки и прохожу в кухню.

Юля за мной.

– Так, смотри, – начинаю говорить, чтобы нарушить тишину, которая уже давит на перепонки своей тяжестью. – Здесь разбирайся, хозяйничай. Холодильник, – показываю на встроенную технику. – Все, что нужно купить, говори. Доставку закажу. Пойдем, – махнул рукой, приглашая последовать за мной.

Проходим гостиную мимо спящей на диване девочки по коридору.

– Здесь моя комната, – показываю на дверь. – Тут –гостевая, – открываю дверь напротив. – Там, – киваю в сторону, – мой кабинет.

Юля проходит в комнату. Включаю свет, щелкнув выключателем на стене.

Просторная, светлая. Кровать, шкаф встроенный, телевизор на стене. Единственный, оставшийся в целостности после погрома Виолы.

– Телек рабочий, пока только тут. В гостиной нет техники. Еще не приобрел, – говорю.

– Спасибо, – еле слышно отвечает Юля.

– Завтра ваши оставшиеся вещи привезет водитель, я распоряжусь. Если нужно что-то еще, не стесняйся, говори. Купим. Девочке и тебе должно быть комфортно тут.

– И надолго нам придется жить здесь? – удивляет своим вопросом.

– Не знаю, как решим вопрос с белобрысым, – отвечаю размыто.

– Просто я не хочу вас стеснять. Все же это ваш дом. А тут мы с дочкой.

– Все, больше ничего слышать не хочу, – отвечаю резко, разворачиваюсь и направляюсь в кухню.

Открыв холодильник, плескаю в стакан апельсиновый сок и выпиваю его залпом. Возвращаюсь в гостиную. Юля, увидев меня, встает с дивана.

– Владимир, – торможу, дожидаясь ее. – Лию завтра в детский сад. Нужно будет время скорректировать с вашим водителем. Да и сказать, где мы находимся.

– Думаю, не стоит ее водить в тот сад, – направляюсь к своей комнате, девушка за мной. – Он может караулить тебя там. И кто его знает, что он придумает еще.

– Но мне ее не с кем будет оставить завтра.

– Останешься дома. Поищи, куда можно перевести. Здесь поблизости должен быть сад. Не интересовался. Но говорили, что все есть в пешей доступности, когда покупал квартиру. Но, – торможу у двери и оборачиваюсь, – наверное, стоит поискать няню. Сад обязательно? – спрашиваю.

– Там сверстники, общение, – пожимает плечами девушка.

– Это временное решение. Да, так и поступим, Юль. Я узнаю, может, кто из сотрудников посоветует.

– Хорошо, но… а как же вы без секретаря? – поднимает взгляд, и я зависаю.

Голубого цвета глаза смотрят на меня так открыто, что в груди что-то защемило. А еще в них светится надежда. Да, что-то такое. Не знаю, откуда такие мысли в моей голове, но почему-то кажется, что так и есть. Желание помогать – это у нас в крови? По наследству передается? Или девочка эта так действует? Жаль, ответа от отца не получить.

– Справлюсь.

– Ма-а-а-м, – доносится детский голос.

Взгляд Юли на меня, и она срывается к ребенку в гостиную.

А я захожу в спальню и закрываю дверь.

До чего ты, Вова, докатился? Привез к себе девчонку с ребенком. Жениться на ней собрался. Да, для решения проблемы. Но со стороны выглядит интересно и не однозначно. Родные будут в шоке, мягко говоря. Мать, Рус… будет грандиозный скандал. Уже вижу, как ржет брат. А мать орет ультразвуком. Но главное, я еще не решил, что делать с Ланским. И с молодым, и с его отцом. Там явно все не так просто, как кажется. Парень проблемный, а папаша покрывает его делишки. Копаться в этом дерьме нет никакого желания, но страшно представить, что Юля могла оказаться не единственной, с кем парень так мог поступить. И либо мажора папаша отмазывал, либо никто и не жаловался, так как семейка откупалась. А тут попалась строптивая девушка. Да еще и с ребенком в итоге. Хотя они пока наверняка не знают.

Сажусь на кровать и потираю лицо ладонями. Прислушиваюсь к тишине в квартире. До слуха доносятся еле уловимые звуки, подтверждающие то, что я здесь больше не один.

Улавливаю смех девочки.

Усмехаюсь.

Ну вот, а я кота хотел завести.

Глава 20

Юля

Жить под одной крышей с мужчиной непросто. А точнее – не по себе. Тем более, когда речь идет о Владимире. Не знаю, почему, но я никак не могу привыкнуть к тому, что он рядом. Всегда. И на работе, и теперь тут, дома. У него дома. И чем больше времени мы находимся рядом, тем чаще я ловлю его задумчивый взгляд на себе. Но при этом он ведет себя так, как и до этого. И на работе никто еще не знает, что буквально через пару дней у нас роспись. Среди недели. Мы просто приедем в обеденный перерыв и распишемся.

Ох, Сашка узнает – обалдеет. Еще и отругает меня за необдуманные шаги. А может, наоборот, обрадуется. Хотя я сама прекрасно понимаю, что радоваться тут нечему. Да, он поможет. Но… я стану ему обязанной по гроб жизни. А расплачиваться мне с ним нечем.

– О чем задумалась? – оглядываюсь.

Ярцев стоит в дверном проеме. Прислонился плечом к стене, сложил руки на груди. Он в домашней одежде. Первый раз вижу его в таком виде. Футболка и брюки. Рукава футболки натянулись на плечах. Видно, что он в хорошей физической форме.

Сама не понимаю, почему об этом сейчас думаю.

– О том, что… – пытаюсь придумать, – что нужно купить к зиме Лие, – все-таки нахожусь с ответом.

– М-м-м, – тянет он, кивнув. – Это важно. Очень, – усмехается. – Что даже мясо начало пригорать.

Говорит, и я только сейчас улавливаю запах горелого. Устремляю взгляд на сковороду и понимаю, что сожгла наш ужин.

А ведь он предлагал заказать доставку. А я, как умная, уверила, что