Недотрога для ректора. Академия Даркайна - Алина Панфилова

Выпалив всё, что накопилось, я резко отвернулась. Слёзы жгли глаза, но я не собиралась доставлять ему удовольствие видеть мою слабость.

Надо собирать вещи и уходить. Подальше отсюда, и в первую очередь от него…

Уеду из Даркайна вместе с мамой и братом.

– Я бы послал ко всем демонам этикет, когда во дворец влетел Фьюрран и сообщил, что одну хорошо известную мне студентку толкнули под копыта коня Иль Кана, а после этого её уволокла стража, – голос Даррайна прорезал тишину, заставив меня застыть на полушаге. – И даже если бы король оказался столь недальновидным и попытался меня остановить, я бы послал его куда подальше, лишь бы она ещё сильнее не пострадала.

Стоп.

Что?

Он говорит... обо мне?

Я медленно обернулась. Лицо Орхарда застыло в напряжении и только синие глаза, глубокие как море, выдавали огонь, бушующий внутри.

– Я правда вам настолько дорога? – вопрос соскользнул с губ едва различимым шепотом.

– Больше, чем настолько, Дельвиг, – отрезал ректор, и желваки проступили на его скулах. – Но какая теперь разница, если тебе интереснее общество смазливого сопляка-аристократа?

Под рёбрами забилась стая вспугнутых бабочек, а в животе разлилось непривычное тепло, прогоняя ужасы прожитого дня.

– Значит, я вам нужна не просто для… утех? – осторожно полюбопытствовала я, боясь одним неверным словом разрушить это хрупкое мгновение.

Глаза Даррайна расширились, точно я предложила ему пройтись по тонкому льду со связанными руками и закрытыми глазами.

– Дельвиг, если я говорю, что ты мне нужна, значит нужна целиком и навсегда. Что тут непонятного? Со свадьбой, детьми и совместной встречей старости. Ты вообще чем меня слушала, а?

Я ощутила, как с души падает камень размером с гору. Внутри расцветало ослепительное, невыносимо яркое чувство, от которого хотелось закружиться в безумном танце!

– Ну извините, – фыркнула я, их последних сил сдерживая смех, – кто вас вообще научил так объясняться?

Ответом Орхарда был поцелуй.

Нежный и сладко-неторопливый, от которого по телу пробегали чувствительные искорки-разряды. Тёплые, жёсткие губы дарили ощущение полёта, а кончики моих пальцев с упоением скользили по твёрдым и крупным мускулам Даррайна, восхищаясь его мощью.

– А теперь точно иди в комнату, пока всё не зашло туда, куда ещё рано, – прошептал он, с трудом оторвавшись от моих губ.

– Ой! – осознав, что он имеет в виду, я тут же отстранилась, торопливо расправляя складки на и без того пострадавшей кофте.

Ректор тихо рассмеялся. Сейчас в его глазах, цвета летнего неба, плескалась нежность, смешанная с чем-то более глубоким. И только сейчас я по-настоящему осознала: его злость была обусловлена страхом за меня.

– Завтра торжество – день рождения королевы, – он ласково коснулся моей щеки, отводя непослушную прядь за ухо. – Велика вероятность, что заговорщики проявят себя. Ты должна быть рядом всё время и не отходить от меня ни на шаг.

Я закусила губу, всё ещё ощущая вкус его поцелуя.

– А меня пустят во дворец? Я же дочь... Хотя да, я же наживка...

– Пустят, Эверли, – решительно перебил меня Орхард. – Ты будешь со мной не как наживка. А как моя пара.

Глава 55

Я нетерпеливо переминалась с ноги на ногу, чувствуя себя жутко неуютно, пока Мэйв с решительным видом поправляла мне кружева на платье.

Мышцы затекли от долгого стояния в одной позе, а затылок ныл под тяжестью замысловатых локонов, щедро покрытых специальным составом. В горле пересохло от волнения, но даже робкая попытка вымолить у Андор глоток воды встретила яростное сопротивление.

– Никакой воды! Нам отёки не нужны! Вернёшься и попьёшь, это тебе не встреча в таверне с подругами!

Я даже сопеть обиженно не могла – дышать в жестком корсете было весьма проблематично.

– Прекрати дёргаться! – буквально прорычала Мэйв, когда я попыталась размять затекшую шею. Удивительно сильные для худенькой девушки пальцы впились мне в плечи, возвращая в исходное положение. – Хочешь всё испортить? Ладно ты сама по себе – голову помыла и ладно, плевать! Но я в долгу перед дядей Даррайном и не допущу, чтобы его невеста пошла во дворец абы как.

– Я не невеста, – жалобно возразила ей, сдерживая отчаянное желание потереть зудящий кончик носа. – Мы просто вместе.

Андор фыркнула так, что воздух всколыхнул выбившуюся из-за уха прядь волос.

– Ректор Орхард и "просто вместе" – это сказки. Не сказать, что я в восторге от его выбора, – взгляд аристократки, острый как лезвие, оценивающе прошёлся по мне сверху вниз, – но это ему с тобой жить, а мне принимать тебя у себя в гостях. Так что стой и терпи, ясно?

Ещё полтора часа мучений растянулись в вечность. Мэйв командовала, подкручивала, подтягивала, перешивала. Шпильки впивались в кожу головы как наконечники острых стрел, а сладковатый запах пудры и духов кружил голову до красных и жёлтых кругов перед глазами.

Наконец, она отступила на шаг и с довольным видом кивнула.

– Вот другое дело. Сразу видно, что в тебе есть кровь аристократки. Кстати, если королева Сарайя спросит, кто помогал тебе с причёской, макияжем и платьем, что ты ответишь? А-а-а?

Я устало вздохнула, ощущая, как края корсета впиваются под рёбра.

– Мэйвен Андор. Довольна?

– Больше энтузиазма в голосе и радости, – парировала она, бросив взгляд на своё платье, аккуратно разложенное на кровати. Конечно же, её семья была тоже приглашена, как и влиятельные семьи других учащихся. – Дельвиг, ты должна сиять от счастья, называя имя той, кто преобразил скучную мышку в роскошную пташку.

– Угу, – время от времени кивая я, с тоской предполагая, что так будет каждое мероприятие. Даррайн ведь правая рука короля, а значит, подобные пытки будут чаще.

– Бьюсь об заклад, дядя Даррайн окажется на седьмом небе от счастья, увидев какой красивой ты иногда бываешь. Иди давай, через пять минут он будет у ворот, а ректор у нас пунктуальный. И Дельвиг, это тебе не форма, которую можно взять и постирать. Упаси тебя высшие силы по