Рейс на любовь - Алеса Ривер

Бурак стоял напротив окна спиной ко мне широко расставив ноги. Его плотно сжатые руки за спиной и поза выдавали напряжение. Мне вдруг стало страшно. Страшно за нас и наши отношения. С одной стороны, теперь я точно была в безопасности. Джан и Мерт совершили необдуманное вооруженное нападение на мой дом. Джана взяли и уже не важно спасет ли его отец от уголовного дела. Мерта вскоре возьмут, это вопрос времени. Но вот встает новая проблема - мать Бурака.

Судя из того, что я увидела и услышала она больше всего на свете любит своего младшего сына и готова будет уничтожить всех, кто его обидит. Она не признает его вины ни в чем, даже если сама увидит его за совершением преступления. Может, я преувеличиваю, но мне так кажется. Она так же ясно дала понять, что не даст нам с Бураком спокойно пожениться. Остается лишь узнать, насколько сильной является власть отца Бурака в этом доме. Насколько эта госпожа Хюмашах его уважает и слушает.

- Бурак… - я хотела спросить, как он, но он повернулся ко мне с какой-то грустной улыбкой на губах и перебил.

- Не хочу обсуждать произошедшее. Но я тебе обещаю, что больше тебя никто не обидит под моей крышей. Отец все уладит.

- Как скажешь, я лишь хотела предложить тебе расслабиться. Может я сделаю тебе массаж? - Я быстро сообразила, что мужчина не готов делиться своими переживаниями и предложила это до того, как вспомнила о наличии лишь одной здоровой руки.

Как и ожидалось - скепсис на его лице, но затем хитрая улыбка и он стал медленно расстегивать свою рубашку:

- Seni seven ben değil — kalbim.

- Не я тебя люблю — моё сердце, - Тут же перевела я вслух.

- Seni arayan ben değil — ellerim, - продолжил он расстегнув до конца пуговки.

- Не я тебя ищу — мои руки, - мой голос дрогнул от нахлынувших чувств страсти.

- Seni hasret özlemiyle arayan ben değil — gözbebeğim, - Он скинул с себя рубашку бросив ее к ногам.

- Не я в тоске тебя ищу — мои глаза, - продолжала я зачем-то переводить такие глубокие слова полные любви не только в его голосе, но и в его глазах.

- Sana dokunmak için yanan ben değil — yüreğim. - Он встал на колено на кровати и потянул меня за ногу ближе к себе.

- Не я сгораю от желания тебя коснуться — моя душа. - Закончил Бурак стих и навис всем телом надо мной.

- Кто это написал? - шепотом спросила я.

- Мухибби, - хитро улыбнулся он.

- Так ты все - таки смотрел “Великолепный век”!

- Да так, видел пару серий. - Не желал он сознаваться, что смотрел куда больше, чем говорит. Если бы он смотрел одним глазком и пару серий, он бы не знал, что именно так ответил Сулейман своей Хюррем. Он тоже читал ей стихи, после чего она спросила, кто это написал.

Мы целовались как безумные. Я все больше убеждалась, что выбрала того самого мужчину. На каждое его действие отзывался мой организм и моя душа дуэтом. Я наслаждалась его интимными ласками. Каждый его поцелуй вырывал стон из моего горла. Он будто выпивал мои стоны целуя в губы с еще большей страстью. С ним я забыла о стыде и скромности с первого нашего поцелуя. Этот мужчина вызывал во мне какой-то животный инстинкт обладать им. Я хотела ощущать его в себе и не могла насытиться этим чувством. Мне даже не мешала моя нога в гипсе, которая лежала безвольной куклой на кровати. Я обхватила бедра Бурака здоровой ногой прижимая его к себе еще ближе. Я чувствовала, что горю вся изнутри от желания. Его пальцы в моих трусиках выделывали невероятное и я ощущала, что приближаюсь к взрыву. Но стоило мне произнести с мольбой его имя, как он исполнил мою просьбу.

- Не закрывай глаза. Я хочу тонуть в омуте твоих глаз. - Ну как тут не растаять от этих слов? Риторический вопрос.

Я не сводила взгляда с его лица, пока он интенсивно двигался во мне. Мы танцевали в одном такте. Дрожь предвкушения прошла по моему телу и его горячий рот прижался к моей шее. Мы достигли вершины наслаждения вместе.

- Отныне, мы все будем делать вместе, душа моя.

Бурак был в душе, когда в нашу комнату кто-то постучал и передал приглашение к ужину. Я ответила, что мы скоро спустимся и пропрыгала на одной ноге к душевой. Через пол часа мы с Бураком были одеты и спустились вниз.

- Я услышал от Бурака, что тебе пора сделать контрольный рентген и заказал на утро завтрашнего дня. Надеюсь вы оба не против? - Сообщил нам отец Барыш за ужином. Мать Бурака к ужину не спустилась, сославшись на разыгравшуюся мигрень. Отец Бурака извинился перед нами за поведение жены и далее ужин прошел в дружелюбной и непринужденной атмосфере. Казалось, даже Бурак расслабился и мог спокойно обсуждать дела холдинга с отцом.

Когда с ужином было покончено, и мужчинам разлили в бокалы чего-то крепкого, я решила ретироваться. Мужчинам ведь нужно обсудить свои дела, и я сомневалась, что они смогут это сделать при мне. А судя по изобилию тем предложенных для обсуждения отцом Бурака, они давно не виделись.

- Пожалуй, я оставлю Вас. Благодарю за ужин, все было очень вкусно. - Улыбнулась я отцу Барышу.

- Может посидишь с нами ещё немного? - Спросил Бурак, и мне показалось даже искренне желая, чтобы я осталась, но … Так будет правильно.

- День был слишком утомительным. Прошу меня простить.

Я и сама не заметила, как перешла на светский тон. Наверное, так повлияла на меня обстановка этого дома. Да и отец Бурака общался без деревенского говора и просторечия. Будучи стюардессой первого класса, я в совершенстве владела и этим стилем общения. Все таки интересная у моего жениха семья. Кажется, госпожа и господин Демирэль совсем из разных слоев общества.

- Тогда, не смеем задерживать дорогая. Тебе нужно отдохнуть. Завтра большой день. Возможно тебе снимут гипс и мы отправимся праздновать твое выздоровление.

Не подобрав слов, я искренне тепло улыбнулась ему и поцеловав в щеку Бурака похромала к себе. Бурак только начал вставать, видимо мне в