Эскорт для сводных - Бетти Алая

— О чем ты? — улыбается она, — я лишь преподаватель.

— Ну как. Сначала я, потом вот этот несчастный, — сводный указывает на белого, как полотно, Костика, — он прозреет, другого наивного дурачка найдешь.

— Это клевета!

— Да неужели! Эй ты, любовничек! — Кир зовет моего бывшего, — ты же тоже был ее жеребцом, да?

— Кирилл! — верещит Настасья Павловна, — что ты такое говоришь?! Костя, не слушай его! Бред какой-то!

— А то, что ты как черная, блядь, вдова, — выплевывает Трофимов-младший, — опутываешь, впрыскиваешь свой яд. А потом убиваешь.

— Я не намерена это терпеть! Костя, пойдем! — она гордо направляется к выходу, но Костик стоит, как вкопанный.

— Это правда? — спрашивает ее, — ты трахалась с другими? И с ним?

Кир довольно ухмыляется. А мне немного жаль бывшего. Он ринулся с головой в эти чувства и теперь ему предстоит ощутить на своей шкуре боль измены. Ничего, поделом. Мне тоже больно было.

— Нет, конечно! Это всё выдумки, мой хороший. Пойдем!

— Подумай хорошенько, — тянет Кирилл, — она же тебе ничего не обещала? И не планировала никакого будущего. Ты уже запланировал знакомство с родителями, настроил воздушных замков, что ради этой женщины порвешь все жилы...

— Что...

— А то, что она тебя трахает. И как надоешь, найдет нового. Меня она тоже так облапошила. Влюбленный был идиот, совсем мозги потерял. Довел себя до психушки. Тебе оно надо?

— Нет! — выпаливает Костик, пучит глаза, отходит от нашей деканши, — знаете, Настасья Павловна, езжайте одна.

— Ох. Мальчики, ничего вы не понимаете, — театрально вздыхает она, затем откидывает белые волосы, высокомерно глядя на меня, — такие девочки-конфеточки в постели ничего вам не дадут. Вот ты, Кир, я ведь всему тебя научила. Нужно быть благодарным.

— Слишком высоко оцениваешь свои способности, Настя, — издевается парень, — ты научила меня лишь тому, что просто трахаться это тупо и невкусно. А самый ахуенный и крышесносный секс...

Он крепче прижимает меня к себе.

—... с той, кого любишь. Я люблю Катюшку. И с ней мне пиздец как круто. И она научила меня, что в жизни можно встретить родную душу. А ты так и продолжай раздвигать ноги перед каждым симпотным студентиком.

Деканша яростно глядит на Кирилла. Затем фыркает и гордо уходит. Костик прислоняется спиной к стене.

— Норм? — спрашивает его Кир.

— Пиздец... какой тут норм, — стонет он.

— Ничего, оправишься. Ты главное, эту самку богомола к себе не подпускай. И еще...

Кир отпускает меня, подходит вплотную к Костику.

— Еще раз рядом с Катюшкой увижу, башку отвинчу. Ясно?

— Угу... — бывший понуро бредет к лестнице.

— Вот ты речь задвинул, — смеюсь, — знаешь, я, пожалуй, напишу на неё докладную.

Кирилл как-то хитро глядит на меня. Сует руки в карманы, а его губы растягиваются в обаятельной улыбке.

— Что? — хватаюсь за ручку двери, — пойду, сдам отчет по практике.

Конечно же, декан в восторге. Он долго меня хвалит, ставит «отлично» и отсылает восвояси. Кир всё еще у дверей. Ждет. И хитро лыбится.

— Что ты задумал? — спрашиваю, когда мы идем к машине.

— Ничего, — пожимает плечами.

— Кир, ты не умеешь в конспирацию. В чём дело?

— Всё вечером, Катюшка. А пока...

Мы отъезжаем за угол здания. Он тормозит. Разворачивается и полным жажды взглядом таращится на меня. А я вспыхиваю.

— Кииир...

— Иди ко мне, — рычит, расстегивая ремень джинсов, — хочу в твою киску... не могу терпеть... быстро!

Запрыгиваю на сводного, мы сливаемся в горячем поцелуе. Он пальцами поглаживает мои складочки через белье.

— Уже мокрая... я знал, — улыбается, затем продолжает целовать, — сестричка... моя горячая девочка...

— Киир! — стону, когда его член входит в меня.

Парень явно сдерживается. Боится навредить малышу. Это так мило! Обнимаю его, глажу бритую голову.

— Милый... божечки... как же круто! — вопреки всем страхам во время беременности я стала постоянно голодной до членов своих братишек.

— Мокро... узко... горячо... — бормочет он, — дай своих девочек, быстро!

Стягивает лямки платья, сминает грудь. Мы тяжело дышим, двигаемся быстро. И очень скоро кончаем. Вместе.

— В тебе так жарко, малышка... Катюшка... блядь, я не могу... люблю тебя...

— И я тебя, — целую сводного в лоб.

Кир невероятный. Милый, добрый. А как он любит! Отдаёт всего себя!

Вечером мы с братьями собираемся за столом. Влад выглядит напряженным. После душа он долго что-то делает в спальне, пока мы с Киром наворачиваем вкусняшки из ресторана.

— Нужно нанять будет домработницу, — заявляет младший, — не хочу, чтобы наша Катюшка тратила силы на готовку и всю эту херню. Её киска всегда должна быть свежей и готовой...

— Кир! — толкаю его в плечо, — что ты такое говоришь?

— А я согласен, — задумчиво произносит Влад, — домашние дела очень выматывают. Тебе это не нужно.

— Мне, конечно, приятно, — откладываю вкусности, — но...

Они оба смотрят на меня. Странно так смотрят. Первым отмирает старший.

— Катя... я... в общем... блядь... — хватается за голову, затем встает, подходит и плюхается передо мной на колени, — выходи за меня замуж!

Достает кольцо из кармана. Кир возмущенно фыркает, подрывается и присаживается с другой стороны.

— Нет, за меня! Катюшка, стань моей женой! — тоже протягивает кольцо.

Оба украшения безумно красивые и дорогие.

Упс! И что мне теперь делать?

Вот же ситуация! И в один вечер! Перевожу взгляд с одного брата на другого.

— Эм...

— Тебе решать, Катя.

— Не могу, простите, — закрываю лицо руками, — я не хочу выбирать!

— Эй! Малыш, взгляни на меня! — Влад отрывает мою руку от лица.

А мне хочется разрыдаться. Не могу я выбрать! Не получается! Думая о браке с Владом, душа воет и хочет к Киру. А свадьба с младшим кажется нечестной и жестокой по отношению к старшему.

— Нет, — глухо отвечаю, — я не выйду замуж ни за одного из вас. Простите.

Встаю и иду в спальню. Вот они, отношения втроём. Куча проблем с регистрацией брака. Слышу, как внизу братья ругаются. Блин! Нужно что-то с этим сделать!

Мечусь по спальне, не в силах вынести эти терзания.

Раздается робкий стук в дверь.

— Если вы опять о выборе, то не надо мне! — кричу.

— Нет, мы тут посовещались! — через дверь орет Кир.

Это они называют совещались? Орали друг на друга полчаса. Вздыхаю, иду открывать. Встаю в проёме, скрещиваю руки на груди. Оба брата напоминают нашкодивших щенков.

— Прости, Катюша, мы как-то не подумали, — чешет голову младший, — просто...

— Вы специально это сделали? — сурово спрашиваю, — вместе? Чтобы заставить меня выбирать?

— Нет, — серьезно говорит Влад, — это правда, что мы оба хотим тебя в жены, но кольца даже в разных ювелирках купили. Честное слово!

Кир неистово кивает в знак согласия. Вздыхаю. Я