Развод по ее правилам - Александра Багирова

Я быстро одеваюсь, замазываю синяки под глазами консилером и еду в нашу квартиру, в которой не могу жить из-за Катьки. Как оплачивать следующий месяц я тоже не представляю. Потому нам с любимым надо многое обсудить. Пусть для него деньги — это грязная энергия, но квартира сама себя не оплатит.

Тихонько, своим ключом, открываю входную дверь. Я хочу сделать ему сюрприз. Возможно, он как раз в медитации, и я просто сяду рядом, впитывая его свет. И мы все наконец-то спокойно обсудим.

Но вместо мантр и запаха сандала из гостиной доносятся вопли. Причем кричат на незнакомом мне языке. Голос звонкий, пронзительный, женский. И временами слышатся какие-то глухие шлепки.

Я скидываю туфли и на цыпочках, замирая от ужаса, подкрадываюсь к приоткрытой двери гостиной. Заглядываю внутрь и… столбенею.

Посреди комнаты возвышается монументальная, необъятная женщина. На ней надето невероятно яркое, расшитое золотом сари цвета фуксии, на руках звенят десятки браслетов, а в ушах болтаются массивные серьги. Она выглядит как разъяренное индийское божество, спустившееся с небес для карательной операции.

А у ее ног, стоит на коленях мой Раджив. Мой гуру! Мой свет! Он сжался в комочек, закрывая голову руками, и в его глазах плещется такой животный, панический ужас, какого я никогда и ни у кого не видела.

Женщина замахивается и со смачным звуком опускает ему на спину... обычный резиновый тапок!

Она продолжает что-то быстро говорить на непонятном языке, но тон ее голоса, заставляет даже меня сжаться от страха. Потом она поднимает руки вверх, поворачивает голову и замечает меня, тут же переходит на наш язык, с сильным акцентом, но говорит так же быстро и эмоционально.

— Ты говорил мне, что поехал на стройку! На заработки! Обещал деньги семье каждый месяц слать! А ты тут сидишь в шелках! А мы с детьми как? Ты про нас подумал?

— Гита, любовь моя, умоляю, это ошибка! Это кармическое испытание! — жалобно скулит мой гуру. Он смотрит только на нее, ничего не замечая вокруг.

Я делаю осторожный шаг в комнату. Мне дико страшно, но я не могу просто так уйти не разобравшись. Женщина-гора мгновенно оборачивается ко мне. Ее черные глаза-маслины впиваются в меня, сканируя с ног до головы.

— О, — она упирает руки в необъятные бока. — Еще одна дура-богиня пришла. Еще не всех я вас разогнала.

Глава 58

— Я... он... мы... - ловлю ртом воздух, чувствуя, как комната начинает плыть перед глазами. — Он мой гуру. Он Раджив. Мы ждем ребенка... И скоро улетим на острова. А вы, наверное, его бывшая жена, — в голову приходит спасительная догадка.

Индианка издает такой раскатистый, громоподобный хохот, что у меня на голове шевелятся волосы.

— Гуру?! Ой, не могу! — она вытирает слезу, выступившую от смеха, и снова замахивается тапком на сжавшегося мужика. — Какой он Раджив?! Он Раджу! Мой законный муж! У нас шестеро детей в Дели! Он сбежал на заработки и пропал! Я его через диаспору еле нашла!

— Шестеро детей?.. — мой голос становится тонким писком. Я смотрю на своего йога, который теперь выглядит просто как очень напуганный, щуплый гастарбайтер в дурацких шароварах. — Но он же... он же мастер духовных практик! Он читает ауру!

Я все еще не могу поверить, что просветление, дыхание маткой, все его учения… это… обман? Не может быть. Он был слишком убедительным. Он стольким помог.

— Ауру он читает! — женщина презрительно фыркает. — Он лук режет! Он пять лет в забегаловке помощником повара работал! Посуду мыл да овощи чистил! А потом скатерть со стола украл, штаны из нее сшил, точку на лоб поставил и пошел вас, дурочек разводить на чакры-макры!

Она снова бьет его тапком по плечу.

— Вставай, духовный учитель! Собирай свои пожитки! Поедешь домой, будешь долги отрабатывать!

— А мои деньги! Раджив, верни мне деньги! Ты брал их очищать! — всхлипываю. — Они мне сейчас нужны!

— Деньги все нужны, — хмыкает женщина. — А тебе, дуре, будет наука, нечего на чужих мужей засматриваться. А деньги пойдут на благое дело! На наших детей!

— Отдайте! — топаю ногой. — Раджив, скажи ей! У нас тоже ребенок будет!

Он, потирая ушибленное плечо нехотя смотрит в мою сторону. И глазах испуг, но не из-за меня, а потому что над ним возвышается эта женщина. А на меня он смотрит с раздражением.

— Ульяна... - бормочет обычным, писклявым голосом. Никакого бархатного баритона. — А ты... ты почему живая? Тебя что, те бешеные тетки не растерзали?

Моргаю, чувствуя, как немеют кончики пальцев.

— Какие тетки? Раджив, о чем ты?

— Раджу! — рявкает индианка, отвешивая ему звонкий подзатыльник, а потом поворачивается ко мне. На ее лице появляется брезгливая усмешка. — Тебя искали какие-то тетки в сети. И мой муж, никогда не страдал излишним состраданием. Он сдал им твой адрес за скромный перевод. И потом мне этим хвастался, желая задобрить. Правда он не сказал, что и тебя успел обрюхатить, — снова йогу прилетает подзатыльник.

— Но как?! — шепчу, глядя на этого жалкого человечка на ковре. — Откуда ты знаешь адрес? Я же не говорила, где живу…

Я это тщательно скрывала, чтобы мой Раджив не узнал про Колю, про мое положение. Он бы не простил мне другого мужчину.

Он трусливо вжимает голову в плечи и шмыгает носом.

— О, Ульяна... Я же мастер выживания. Ты думаешь, я не знал, что ты путаешься с этим боксером Колей? Пока ты приносила мне его деньги, мои чакры были абсолютно спокойны, и мне не было до этого дела. Но когда денежный поток вдруг иссяк, я пошел в его спорт-клуб... проверить ауру. А там уже и не тренажерный зал, а фитнес-клуб. А девочки на ресепшене там так ржали! С удовольствием мне рассказали, что твой Чемпион давно обанкротился и живет с какой-то девкой в коммуналке.

— Слушай, слушай, дура! — усмехается женщина.

— Раджив… я думала ты меня любишь? — вытираю слезы, которые катятся из глаз непрерывным потоком.

— Кого мне любить? — окидывает меня брезгливым взглядом. — Я люблю только свою жену Гиту, — поднимает голову и заискивающе смотрит на нее. — А когда прошлый раз ты пошла в туалет смывать карму, я залез в твой телефон. Пароль я раньше подсмотрел. И проверил приложение такси. Так узнал адрес. Как чувствовал, что он мне понадобится.

Он рад своей находчивости… гордится ею…

Воздух окончательно покидает мои легкие. Я ради него