Пара для Дракона: Секрет Попаданки - Алекса Рид

— Калеб, нет! — крикнула она.— Да! — рявкнул он и ударил.

Ослепительная вспышка. Грохот. Крик Вейлора. Когда я проморгалась, эльф-учёный лежал на полу, опутанный светящимися цепями. Калеб стоял над ним, шатаясь от истощения.

— Готов, — выдохнул он и рухнул на колени.Бренда бросилась к нему. Мы все выдохнули. Получилось. Мы сделали это.— Фрида, — позвал Амель, и я обернулась.

Он стоял у входа, и в свете уцелевших ламп я увидела кровь. Много крови. Она текла из глубокой раны у него на боку, заливая пол.— Амель! — я рванула к нему, упала на колени, прижала руки к ране. Кровь хлестала сквозь пальцы, горячая, липкая, пугающая.

— Всё хорошо, — прошептал он, но его лицо было белым как мел. — Просто поцарапали.— Заткнись! — заорала я, чувствуя, как паника застилает глаза. — Не смей!

И вдруг тепло вспыхнуло в груди. Сильнее, чем когда-либо. Оно растеклось по рукам, сконцентрировалось в ладонях. Я закрыла глаза и представила, как рана затягивается, как сосуды срастаются, как кожа становится целой.

Я не знаю, сколько это длилось. Минуту? Вечность? Когда я открыла глаза, крови не было. Остался только розовый шрам, который на глазах бледнел и исчезал. Амель смотрел на меня, приоткрыв рот.

— Ты… — выдохнул он.— Я тебя люблю, — сказала я. — И не позволю тебе умереть. Ты так легко от меня не отделаешься, Дракон!

Он улыбнулся, притянул меня к себе, поцеловал.— Ну вот, — раздался слабый голос Калеба. — Теперь мы квиты. Ты спасла дракона, я спас мир. Всё честно.Мы рассмеялись. Сквозь слёзы, сквозь усталость, сквозь всё. Мы сделали это.

— Надо уходить, — Кларис поднялась, оглядывая разгромленную лабораторию. — Пока не пришли…Она не договорила.

Потому что двери с грохотом распахнулись, и в помещение ворвались вооружённые люди. Много. В форме королевской стражи, с арбалетами и наручниками.

— Никому не двигаться! — рявкнул командир, высокий мужчина с нашивками. — Именем короля, вы арестованы за незаконное проникновение, применение магии без разрешения и нападение на подданного короны!

— Что? — я уставилась на него. — Вы с ума сошли? Он держал людей в клетках! Он проводил незаконные эксперименты!— Это мы разберёмся, — командир даже не взглянул на меня. — Вейлор, уважаемый учёный, работающий на благо королевства. А вы, преступники, о которых поступил сигнал тревоги.

Вейлор, всё ещё лежащий на полу в магических цепях, рассмеялся. Хрипло, торжествующе.— Видите, дети мои? — прохрипел он. — У меня везде друзья.

— Заткнись, — рявкнул Калеб, но стражники уже окружили нас, наставляя арбалеты.— Сдавайтесь, — приказал командир. — И, возможно, вам сохранят жизнь.

Я посмотрела на Амеля. Он был бледен после ранения, но в глазах горел тот самый драконий огонь. На Калеба, который еле стоял на ногах. На Бренду, сжимающую разряженный арбалет. На близнецов, которые, кажется, только и ждали сигнала, чтобы броситься в драку. На Кларис, стоящую с каменным лицом.

Мы проиграли. В самый момент победы.Вейлор смеялся, и его смех эхом разносился по залу, перекрывая даже тяжёлое дыхание стражников.

Глава 32 "Казнь"

Наручники были холодными и тяжёлыми. Магические, с пульсирующими рунами, такие же, какими меня сковали в лаборатории Вейлора в первый раз. Я чувствовала, как они высасывают силы, блокируют ту самую искру, что только недавно научилась контролировать.

Нас выволокли из разгромленной лаборатории, как мешки с мусором. Близнецов, Бренду, Калеба, Кларис, пятерых освобождённых попаданцев, которые не успели убежать. И меня. Амеля тоже сковали, но вели отдельно, видимо, дракона побоялись смешивать с остальными преступниками.

Я видела, как он обернулся на меня перед тем, как его увели в другую сторону. В его глазах горела такая ярость, что стражники попятились. Но даже драконья сила не могла пробить магические кандалы, напитанные специально против его рода.

— Не вздумай! — крикнула я ему, когда он рванулся в мою сторону. — Амель, не надо!Он замер. Посмотрел на меня долгим, тяжёлым взглядом, в котором смешались боль, любовь и обещание. А потом стражники уволокли его в темноту коридора.

Вейлора вели отдельно, но в отличие от нас, без наручников. Он шёл с гордо поднятой головой, и даже магические цепи, которые наложил Калеб, не могли скрыть его торжествующей ухмылки.

— До скорой встречи, Фрида, — бросил он мне, проходя мимо. — Уверен, мы ещё поговорим.— Мечтай, — плюнула я в его сторону, но стражник дёрнул меня за плечо, и я споткнулась.

Нас вывели наружу. Ночь уже кончилась, над горами вставал хмурый рассвет. Военный фургон, обитый железом, ждал у входа. Нас загрузили внутрь, как скот, и повезли в столицу.

Дорога была долгой и мучительной. Фургон трясся на ухабах, наручники впивались в запястья, а в голове билась одна мысль: мы проиграли. В самый момент победы. Стража королевства, которая должна защищать, пришла арестовывать нас.

— Фрида, — тихо позвала Бренда из темноты фургона. — Ты как?— Хреново, — честно ответила я. — А ты?— Жива. — Она помолчала. — Калеб без сознания. Истощился.

Я сжала зубы. Если бы не наручники, я бы попробовала ему помочь. Но магия была заблокирована.— Близнецы? — спросила я.— Тут мы, — донеслось из угла. — Связанные, и злые.

— Очень злые, — добавил второй.— Как вы вообще можете шутить? — удивилась я.— А что нам остаётся? — философски заметил Сид. — Плакать?

— Слезами горю не поможешь, — добавил Сэд. — Лучше злиться. Злость помогает думать.Я покачала головой. Эти двое были неисправимы.

— Кларис? — окликнула я.— Здесь, — отозвалась она тихо. Голос звучал устало, но ровно. — Я не ожидала такого поворота.— Ты же работала на Вейлора. Должна была знать, что у него связи.

— Знала. — Она вздохнула. — Но думала, что если мы его победим, связи перестанут работать. Глупая была.— Мы все были глупыми, — подытожила я.

Фургон трясло ещё несколько часов, прежде чем мы въехали в город. Я узнала эти улицы, мы были в столице, в том самом районе, где находилась Белая Башня. Сердце упало куда-то в пятки.

Нас выгрузили во внутреннем дворе Башни, мрачном, каменном, с единственным деревом, давно засохшим. Стражники втолкнули нас в узкую дверь, и начался бесконечный спуск по винтовой лестнице. Вниз. Всё ниже и ниже. В темницу.

Камера, в которую меня бросили, была крошечной, каменный мешок без окон, с соломой на полу и железной дверью с маленьким окошком для подачи еды. Наручники сняли, но я чувствовала, что магия по-прежнему заблокирована, стены пропитаны подавляющими чарами?

Я села на солому, обхватила колени руками и уставилась в стену. Мысли метались, как птицы в клетке. Амель. Где он? Что с ним делают? Жив ли? И Калеб, и Бренда, и близнецы, и даже Кларис, все они были где-то там, в таких же каменных мешках.

Сколько я так просидела,