Мой грешный пират - Рона Шерон

Чезаре сжал челюсти.

– Заткнись, болван!

Эрос переместил взгляд на французских солдат.

– Итак, ты отправился к Людовику. Этого следовало ожидать. Сколько он заплатил тебе за твою страну и душу? Не более нескольких тысяч ливров, полагаю.

– Больше чем ты стоишь, – выпалил Чезаре. – Известие, что я стану следующим герцогом Миланским, очень обрадовало его и сделало шедрым.

– Людовик не бывает щедрым. Старый скряга, наверно, отправил тебя взыскать с меня свои марки, которые я задолжал ему с тех пор, как мы играли в Версале в «двадцать одно». Он никудышный игрок.

Чезаре побагровел. Эрос с усмешкой скрестил на груди руки. Он явно тянул время. Аланис надеялась, что их длительное отсутствие вызовет в доме тревогу.

– Итак, что тебе от меня нужно? – спросил он. – Почему ты до сих пор меня не убил?

Чезаре замер.

– Медальон!

Эрос расхохотался.

– Бедный кузен. После стольких лет они все еще не отдают тебе Милан без доказательств моей смерти. Теперь ясно, почему ты обратился к Людовику.

Аланис взглянула на его грудь. Медальон, по-видимому, все еше находился в спальне на столе, где Эрос оставил его прошлой ночью.

– Людовик был бы только рад, – усмехнулся Чезаре. – Он не настолько тебя любит, как тебе хотелось бы.

– Людовик никого не любит, только самого себя – даже Францию не любит. «Государство – это я», – говорит он. Видимо, он не верил, что ты отыщешь меня. Это он тебя надоумил поискать в Алжире моих врагов?

– Они тоже сгодились. Похоже, Стефано, у тебя никого не осталось в целом свете. Все жаждут твоей смерти. А теперь передай мне мой медальон, пока я…

– Медальона тебе не видать, Чезаре, как своих ушей без зеркала. Он принадлежал моему отцу, законному герцогу Миланскому, и останется там, где должен быть по праву.

Теряя терпение. Хани подступил к своему сообщнику:

– Давай возьмем их и пойдем!

– Нет, – прошипел Чезаре. – Пусть сначала отдаст то, что мне нужно.

Эрос подтолкнул Аланис:

– Беги!

– Если она шелохнется, ты умрешь.

Чезаре нацелил ствол на Эроса.

– Твой ход.

– Уходим! – не унимался Хани. – Он потом отдаст тебе то, что ты хочешь.

– Не собираюсь слушать грязную мартышку! – прорычал Чезаре. – Думаю, ты сослужил свою службу.

Повернув ствол, Чезаре выстрелил. Хани упал, зажав рану.

– Беги, Аланис. Нет смысла гибнуть нам обоим.

Она не шелохнулась.

– Возвращайся в Англию! Забудь обо мне! Пусть дед выдаст тебя замуж за богатого вельможу.

Взглянув на Эроса, чтобы навсегда запечатлеть его образ в сердце, Аланис повернулась и побежала. Сзади раздались выстрелы, над головой засвистели пули. Она неслась стремглав по тоннелю, пока не добежала до лошади. Вскочила в седло и поскакала.

Въехав в ворота, Аланис крикнула охране, чтобы мчалась на берег выручать Эроса. Передав лошадь одному из солдат, она ринулась к помещениям, где жила команда. Когда Джованни, Нико и Рокка выбежали, Аланис быстро объяснила им, что произошло. Не теряя времени, они похватали оружие, вскочили на лошадей и умчались. По гостинице сбежали вниз Мустафа и Саллах.

Аланис, плача, рассказала им о случившемся.

– Саллах, бежим туда. Я видела за выступом корму корабля. Чезаре может увезти Эроса, и мы его больше не увидим.

Вместе с Саллахом они выскочили за ворота и, поднимая тучи пыли, бросились вниз по склону холма. Вдали у входа в тоннель маячили беспомощно мечущиеся всадники. С пистолетами в руках и мрачными лицами к ним подъехали Никколо и Джованни.

– Нет!

Аланис бросилась в тоннель и в следующее мгновение оказалась в защищенной бухте. На песке лицом вниз лежал мертвый Хани. Эроса нигде не было.