Одно мгновенье до любви - Сюзанна Брокман

Том поспешно выбрался из кровати и вышел на балкон, чтобы посмотреть, как Келли садится в машину. Она не посмотрела вверх, не оглянулась. Просто села в машину и укатила.

Через несколько недель ему придется уезжать — и Том совсем не был уверен, что сделает это так же.

— Я думал, что услышу, как ты вернешься, — проворчал Чарлз, включая верхний свет. — Что это ты сидишь в темноте?

Келли не обернулась.

— Я устала. Что здесь произошло? Джо оставил записку, что ты выставил его, а Том ушел в одиннадцать, потому что ты захотел отправиться спать.

— Мне хотелось побыть одному. В последние дни мне удается побыть в одиночестве, только когда я в кровати — а в кровати я быть не хочу.

Келли услышала, как, переставляя палку, Чарлз идет по комнате.

— Лучше не подходи ко мне, — сказала она. — Я сейчас заплачу. — Она знала, что Чарлз слезы ненавидит. Старик остановился.

— О…

Бетси вряд ли выживет. Келли поняла это сегодня вечером. Химиотерапию она переносит тяжело. Но без химиотерапии рак убьет ее наверняка. Для родителей Бетси выбор невелик.

Келли сидела с четой Макенна и Винсом Мартином несколько часов, обсуждая различные препараты, которые могут облегчить или даже убрать побочные эффекты химиотерапии. Но точного ответа они не нашли и пошли на риск. Риск не оправдался. Боль не удалось заглушить.

Супруги Макенна смотрели на нее с надеждой, ожидая услышать, как можно избавить их девочку от мучивших ее болей, — но она ничем не могла им помочь.

Теперь этот ребенок должен мучиться — но эти мучения давали хоть какую-то надежду.

Хотя Келли и обещала Тому продолжить то, что они начали, секс был сейчас последним, чего бы она хотела. Получать радости жизни, зная, что у супругов Макенна такое горе, она не могла.

И вместе с тем она знала, что Том ждет ее наверху.

Сделав глубокий вдох, Келли повернулась к отцу.

— Тебе что-нибудь нужно? — спросила она.

— Нет. — Он кашлянул. — Спасибо, но…

— Дать тебе таблетки?

— Я уже принял их час назад.

— С тобой все в порядке?

Чарлз покачал головой:

— Да, со мной все хорошо. Относительно хорошо.

Так почему же он явился сюда? Он так всегда оберегает свое одиночество… А! Похоже, отец знает, что произошло у них с Томом сегодня днем.

— Может, помочь тебе переодеть рубашку? — бросила Келли пробный шар.

Возможно, он видел их. Когда-то подобные вопросы Чарлза не волновали, но кто знает, как он воспринимает вещи сейчас, при его скверном физическом состоянии.

— Нет, — резко возразил Чарлз. — Я только хотел…

Келли терпеливо ждала.

— Я хотел бы поговорить. Но если ты себя плохо чувствуешь… Ладно, это можно сделать и позже. — Повернувшись, он двинулся по коридору.

Ее отец хотел с ней поговорить? Это было удивительно! Что могло послужить этому причиной? Может, он хранил что-то, чтобы сообщить ей в самый последний момент, перед смертью? Или, может, он пожелал рассказать ей о той француженке, о которой упоминал накануне? Неужели это было всего лишь прошлой ночью? Казалось, прошел миллион лет.

Или он просто узнал о ней и Томе?

— Погоди! Отец! — Келли стремительно бросилась за отцом. — Папа!

Чарлз остановился и начал поворачиваться. Было видно, с каким трудом ему дается даже небольшое движение. У Келли сжалось сердце. Отец слабел буквально с каждым днем, — Поговори со мной. — Она потянула отца обратно в гостиную и буквально усадила в кресло. Потом принесла ему подставку под ноги. — Я здесь. Что ты хотел мне сообщить? Я умираю от желания выслушать.

— Это совсем пустяки. Я просто… — Он старался не смотреть ей в глаза.

— Просто? Ну так и скажи, раз просто, — настаивала Келли.

Чарлз наконец взглянул на нее. Он даже протянул руку, чтобы коснуться ее волос.

— Ты в детстве была очень хорошеньким ребенком. Я всегда боялся Тома Паолетти, когда он жил с Джо в их домике. Я видел, как он смотрит на тебя.

О Боже. Это о Томе!

— Знаешь, я уже большая девочка. Я вполне могу сама позаботиться о себе.

— Ты всегда о себе неплохо заботилась. Знаешь, мне пришло в голову, что ты можешь упустить возможность дать позаботиться о тебе кому-то другому. Ты понимаешь, о чем я говорю?

Келли не понимала. Она отрицательно покачала головой.

— Том. — В голосе Чарлза послышалось нетерпение. — Мы сейчас говорим о Томе.

— А, — протянула Келли. — В самом деле?

— Он хороший человек, Келли. О Боже. Не думает же ее отец…

— Да, — согласилась она.

— Я просто хочу удостовериться, что ты знаешь это, — с трудом произнес Чарлз. — Я никогда не говорил тебе этого.

— Папа, я всегда знала, что ты высокого мнения о Томе.

— Я начал думать о нем немного поздновато, — произнес Чарлз. — Поскольку ты сама сказала… Ты знаешь, что я имею в виду.

О Боже. Ее отец думает, что она и Том…

— Я не собираюсь выходить за него. Мы не… Он не… — Келли покачала головой. — Мне жаль, но я должна тебя разочаровать. Не в первый раз.

— О, — грустно протянул Чарлз. — Я думал… Я надеялся… — Он внимательно посмотрел ей в лицо, словно что-то искал, затем вздохнул. — Это было бы так хорошо. Я просто подумал, что если бы Том стал заботиться о тебе, вы вдвоем могли бы позаботиться о Джо.

Так вот в чем дело! Ее отец волнуется, что станется с его дорогим другом Джо после того, как сам он умрет.

Спазм сжал ей горло. Келли взяла отца за руку.

— Я позабочусь, чтобы с Джо все было хорошо, папа. Обещаю.

Чарлз дотронулся до ее волос, его глаза были печальны.

— Но кто позаботится о тебе?

Том сидел за компьютером, пребывая в недоумении.

Он слышал, как еще час назад машина Келли въехала в ворота. Трудно было поверить, что она не заметила свет в своем окне.

Келли вернулась домой, но почему-то не желает подняться наверх.

Келли не позвонила ему из Бостона, не позвонила и из своего автомобиля.

Впрочем, у этого могли быть причины — она забыла сотовый телефон дома, а приехав домой, сразу отправилась проведать своего отца. Все это требует времени.

Перед тем как появиться в комнате Келли, Том принял душ и тщательно побрился.

Он даже обдумал текст своего обращения к ней. Первым в голову пришел следующий вариант: «Слушай, Келли, через три с половиной недели мне надо возвращаться в Калифорнию. Что ты скажешь, если эту чертову дорогу мы проделаем вместе? Давай рискнем. Знаешь, мне ни к чему эти телефонные звонки, электронная почта. А приезжать я смогу только раз в несколько месяцев или около того…»