И нет преград… - Юджиния Райли

Завернувшись в шкуру, Энни вышла из вигвама, вступив в промозглую и влажную предутреннюю серость. Ей надо было облегчиться. Она направилась к поросшему лесом холму, но остановилась, потрясенная удивительным зрелищем, развернувшимся всего в нескольких ярдах от нее.

Под горой, на маленькой полянке, сидел на корточках Лунный Теленок, окруженный различными представителями местной фауны. На плече у юродивого сидел его ручной жаворонок. Лунный Теленок бросал зерна прыгавшим вокруг него пташкам: здесь были красивые красногрудые поползни, яркие желто-розовые зяблики и желтые с черным дубоносы. Птицы оживленно стрекотали и клевали зерна, а одна храбрая сойка даже склевывала их с руки Лунного Теленка. В нескольких шагах от них два кролика с пушистыми хвостиками, четыре полосатых бурундука и благородный олень с аппетитом жевали пучки клевера, явно принесенные сюда юродивым.

Энни была очарована этой милой пасторальной сценой. На ее глазах один пестрый дубонос вспорхнул с земли, уселся Лунному Теленку на макушку и залился звонкой песней. Юродивый закрыл глаза и стал подпевать. Энни впервые увидела улыбку бедняги — совершенно невинную и счастливую. У нее дрогнуло сердце. Казалось, юродивый находится в полной гармонии со всеми этими животными, словно он — часть их дикого мира. Охваченная благоговением при виде столь волшебной и даже мистической картины Энни не решилась подойти ближе, боясь спугнуть зверьков и нарушить представшую ее глазам идиллию.

Пока она стояла завороженная, Лунный Теленок как будто почувствовал чужое присутствие. Он открыл глаза и уставился на Энни. Она робко улыбнулась. Несколько мгновений они просто смотрели друг на друга, потом она повернулась и зашагала к другому участку леса.

Когда она возвращалась, рассвет уже окрасил местность великолепными оттенками красного и золотого. Ликующие мужские вопли и громкие всплески, доносившиеся с озера, привлекли внимание Энни. Обернувшись, она увидела женщин, которые наполняли водой бурдюки, не обращая внимания на купавшихся рядом мужчин. Подойдя поближе, Энни с веселым недоумением заметила Красного Щита, мужа Сидящей на Облаке, нырнувшего нагишом в кристально чистую голубую воду. Еще несколько мужчин и мальчиков раздевались на берегу. К ним подошли Сэм и старик глашатай.

Энни бесстыдно наблюдала за Сэмом, который на ее глазах разделся догола. Лучи утреннего солнца играли на сильных мускулах его спины, красиво очерченных ягодицах и длинных крепких ногах. Внезапная волна острого желания привела ее в дрожь. Когда он входил в воду, она представила себе, как согрела бы его охлажденную плоть своим разгоряченным телом. Немного поплавав, Сэм начал выходить из воды. Ошеломленная и зачарованная, Энни увидела сначала красивое лицо, обрамленное мокрыми волосами, затем загорелую шею и широкие плечи. Далее следовали литая волосатая грудь и…

Женский голос за спиной вывел ее из транса.

— Это мужская традиция — купаться на рассвете.

Смущенно покраснев, Энни резко обернулась и увидела Сидящую на Облаке. Женщина держала в руках бурдюк с водой.

— Я… не хотела подглядывать.

Сидящая на Облаке засмеялась.

— Когда видишь такое в первый раз, это немного шокирует. Мужчины смело купаются в озере, не боясь водяных чудовищ.

— Водяных чудовищ? — переспросила Энни.

— Да. Они живьем пожирают храбрецов. Чтобы их ублажить, мы часто жертвуем им ягненка или теленка. А еще под водой живут люди-колдуны. Это уважаемый народ. В отличие от чудовищ они не причиняют нам вреда.

— Понятно, — пробормотала Энни и указала на бурдюк с водой, который держала шайеннка. — Я вижу, ваши женщины тоже рано встают.

Сидящая на Облаке кивнула.

— Мы каждое утро собираем живую воду. Та вода, которая простояла ночь, уже считается мертвой.

— Как интересно!

Женщина вдруг поморщилась и потерла поясницу. Энни подошла к ней:

— Тебе плохо?

Сидящая на Облаке отрицательно помотала головой.

— У меня болит спина… Наверное, скоро рожать.

— Да хранит тебя Господь, — сказала Энни, содрогнувшись при мысли о том, что этой женщине придется рожать в таких примитивных условиях и без врача, если не считать Знахарки. — Как жаль, что я не могу тебе помочь.

— Знахарка знает, что делать, — ответила шайеннка. — А ты, наверное, хочешь есть? Пойдем, я угощу тебя кашей и теплым ягодным чаем.

— Разве тебе не вредно ходить?

Сидящая на Облаке с недоумением уставилась на Энни.

— Я прекрасно себя чувствую. Идем!

Энни подошла вместе с молодой женщиной к вигваму родителей ее мужа, где ей подали горячую кашу, вкусный индейский хлеб с орехами и ароматный ягодный чай. Когда Сидящая на Облаке юркнула в вигвам, чтобы помочь своей свекрови, Энни решила обследовать лагерь. Сразу за вигвамами она увидела Сэма, Кнута и еще нескольких воинов, галопом несущихся в горы. Мужчины потрясали кулаками и издавали ликующие вопли. Видимо, они отправлялись на охоту.

Неподалеку ребятня играла в «медведя». Мальчик постарше, одетый в медвежью шкуру, подкрадывался к малышам и пытался их поймать. Дети весело визжали и разбегались, прячась под можжевельником или за вигвамами.

Вернувшись обратно, Энни увидела что все женщины заняты работой. Кто-то проветривал постели, кто-то следил за костром и резал коренья, а кто-то прошивал мокасины.

Энни остановилась возле мамы с дочкой, которые шили рубашки из сыромятной кожи. На сердце у нее потеплело, когда шайеннки пригласили ее присоединиться к ним. На ломаном английском индианки пытались объяснить, как надо шить. Энни изо всех сил старалась подражать женщинам. Она продырявила острым шилом два куска сыромятной кожи и протянула в отверстия грубую нитку из сухожилия. Индианки смеялись над ее неуклюжестью.

Потом Энни направилась к вигваму Знахарки. Старуха сидела на корточках у костра и наводила последний глянец на детскую колыбельку, пришивая украшенную бисером оленью кожу к деревянной раме.

— Какая чудесная колыбель! — восхитилась Энни. — Это для Сидящей на Облаке?

— Да, — отозвалась старуха. — Ей скоро рожать. Я уже приготовила травы, чтобы облегчить роды, и средство для грудного молока. — Она указала на склон холма, где была сооружена отдельно стоящая палатка. — Родильный вигвам почти готов.

Энни показалось странным, что вигвам стоит отдельно от остальных, но она промолчала.

Знахарка указала на землю.

— Садись.

— Спасибо.

Энни присела на корточки рядом со старухой, глядя, как ее умелые руки работают с кожей.

— Сэм с остальными мужчинами поехал на охоту? — спросила она.

Знахарка кивнула.

— Он хотел, чтобы я с тобой поговорила.

Энни уловила в голосе старой колдуньи многозначительную нотку. Интересно, как много она уже знает?