Неукротимый огонь - Льюис Сьюзен

Еще минут десять продолжалась обычная рутина. Рианон героическим усилием подавила свою эйфорию, заставила себя настроиться на рабочий лад и сделать два срочных звонка. Затем она решила начать совещание без Лиззи. Такие обсуждения проходили в творческой группе ежемесячно, и Рианон предпочитала, чтобы на них присутствовали все. Но сегодня, очевидно, придется сделать исключение.

Рианон объявила, что сейчас начнет совещание, и велела всем заканчивать телефонные разговоры.

– Мне нужно еще в одно место позвонить, – сказал Роган. Остальные начали рассаживаться на двухместных диванчиках, стоявших полукругом вокруг стола Рианон.

– Звони. – Рианон неожиданно хихикнула, заметив, что кто-то положил на край ее стола стопку журналов “Брайд”*. – Боже мой, чуть не забыла! – воскликнула она. – Джо, секретарша Оливера просила узнать у тебя, не мог бы ты устроить трюк с переодеванием у нее на вечеринке в субботу? Подробностей я не знаю. Может, позвонишь ей?

* Брайд – невеста (англ.).

– Поздновато ты меня предупреждаешь, – проворчал Джолин, однако приосанился, сознавая, что его мини-шоу с превращением в подобие Дайаны Росс или Тины Тернер в последнее время стали восприниматься в обществе как нечто de rigeur*. – Не правда ли, прекрасное сегодня утро? “Хочу все знать”, – произнес он, обращаясь к позвонившему телезрителю, с очаровательной небрежностью игнорируя струи дождевой воды, стекавшие по оконным стеклам.

* Обязательное, непременное (фр.).

– Роган, ты готов? – крикнула Рианон.

– Еще две минуты, – отозвался Роган.

– Может, я еще раз попробую позвонить Лиззи на мобильный? – предложила Керри.

Рианон рассеянно кивнула. Она как раз перелистывала один из журналов для невест.

– Ага. И домой заодно позвони. – Она поднялась из-за стола. – Я пока выйду на минутку, а потом сразу начинаем.

– Да, мадам, я записал, – говорил в микрофон Джолин. – Спайсер. Шарон Спайсер. Вы хотите, чтобы вам позвонила Лиззи Фортнам. – Рианон задержалась у его стола. – Может быть, мне все-таки сказать ей, по какому вы вопросу звонили? Нет? Хорошо. Конечно, я непременно ей передам. Благодарю за звонок. – Джолин щелкнул тумблером и добавил в отключенный микрофон со сладкой улыбкой: – Желаю подтянуть кожу на роже.

– Кто спрашивал Лиззи? – поинтересовалась Рианон и, не дожидаясь ответа, заглянула в записи Джолина.

– Некая бешеная баба по имени Шарон Спайсер, – сообщил Джолин, судя по всему, весьма довольный собой.

Рианон оставалась серьезной.

– Это имя я где-то слышала.

Джолин пожал плечами, потом недоуменно посмотрел на Рианон, когда та вдруг начала улыбаться.

– Знаю я, кто это такая, – пробормотала она и вышла из комнаты.

Джолин проводил ее взглядом и нажал кнопку у себя на столе, чтобы ответить на очередной звонок.

– “Хочу все знать”. Говорит Джолин. Рад, что вы позвонили. Чем могу быть полезен?

Совещание продлилось почти до вечера. Проходило оно, как всегда, бурно, но в итоге оказалось, как всегда, плодотворным. На таких совещаниях коллектив обсуждал новые темы, составлял расписание программ на ближайший месяц, при необходимости перекраивал эфирную сетку и обсуждал прочие текущие дела. На сей раз на повестке дня стояли следующие вопросы: сюжет об эксгибиционизме среди женщин; обсуждение подходящей легенды для Керри и Риса, которые занимались расследованием незаконных дел некоего синдиката, работающего под покровительством члена парламента; поездка в Лос-Анджелес для знакомства с новинками летней моды; празднование пятидесятилетия со дня изобретения транзистора.

– Если мы будем делать программу о транзисторах, – сказал Нил, – я хотел бы быть ведущим, с вашего позволения. У кого-нибудь есть возражения?

Нил слегка покраснел, поскольку он был новым членом команды и еще не имел опыта выступлений перед камерой.

– Никаких возражений, – откликнулась Рианон. – Я только приветствую. Тем более что сюжет всего на пятнадцать минут. Отличная практика для тебя. А на вторую половину программы у нас что?

Она стала проглядывать свои записи.

– Мы вроде бы договаривались запустить на пятнадцать минут про эксгибиционизм, – напомнила Лили. – Это, наверное, надо отдать Лиззи. Она будет здорово смотреться.

Рианон рассмеялась:

– Ее-то как раз может занести не туда. Хотя нет, я согласна, это тема для нее. Итак, если мы соединяем эти два сюжета, думаю, что голые женщины должны пойти вторыми – после них никто не захочет смотреть на транзисторы. Нил, помни: в конце твоего сюжета нужно придумать какой-нибудь ход, связывающий эту тему с эксгибиционизмом.

– О, я бы столько ходов придумал! – крикнул со своего места Джолин.

– Чувствую, придется мне еще пожалеть об этом, – проговорила Рианон как бы про себя и обвела присутствующих взглядом. – Нет, нет, не буду спрашивать. Нил, постарайся связаться с Лиззи после совещания. Постарайтесь сделать что-нибудь хоть мало-мальски пристойное. Роган, как продвигается программа о гестапо во Франции?

– А-а, все нормально. Мне нужно еще пару дней для съемок в Марселе, и все. Уложимся в график без проблем.

– Замечательно. Мне бы хотелось посмотреть, что вы уже отсняли, – сказала Рианон. – Насколько я понимаю, вы работаете в контакте с юристами?

– И со спецслужбами тоже.

– После программы, – вмешался Джолин, – ему понадобится “защита свидетеля”*.

* В США действует закон, согласно которому власти принимают особые меры по обеспечению безопасности свидетеля, если существует угроза жизни или здоровью человека, дававшего показания на следствии или суде.

– Может, и понадобится, – мрачно изрекла Рианон. – В общем, я думаю, на сегодня достаточно. Скоро приедет Оливер, и я приглашаю вас всех в “Граучо” на бокал шампанского, если у вас нет других планов.

– Э-эй, а вот и он звонит, – закричал Джолин, зачем-то втянув щеки. – Подойдете к телефону, mein Fьhrer*?

* Мой вождь (нем.).

– Скажи ему, что она передумала, – крикнул Рис.

– Зато я свободна, – добавила Лили.

– Скоро и до тебя дойдет очередь, малышка.

Джолин шутливо подмигнул Лили, а Рианон, смеясь, присела на стул и взяла трубку.

– Здравствуй, дорогой, – сказала она. – Все в порядке?

– Все в порядке, – подтвердил Оливер. – А у тебя?

– Отлично.

– У меня хорошая новость, – продолжал Оливер. Рианон резко выпрямилась. Неужели он сейчас произнесет те слова, которые она больше всего на свете мечтает услышать?

– Он наш, – прошептала она. – Предложение принято?