Нас повенчали снежинки - Алиса Лунина

– Вот ключ и адрес. Езжай туда и жди меня. Завтра утром я приеду, и мы все обсудим.

– И что это все значит? – не понял Андрей.

– Потом объясню! – улыбнулась Маша. – Я хочу, чтобы ты ждал меня дома! Обещаешь, что будешь ждать?

Он вздохнул:

– Обещаю.

Уходя, она оглянулась и посмотрела на него. Так и осталось в памяти – вечерняя площадь и Андрей среди снегопада…

Вечером, когда Маша была у Изольды в больнице, ей позвонила Инна. Выйдя в больничный коридор, Маша рассказала подруге о приезде Андрея.

– Представляешь, мы даже толком не поговорили – сбивчиво простились, я ушла. Теперь вот думаю, как он там… Знаешь, я дала ему ключ от новой квартиры. Так приятно думать, что он ждет меня дома!

– Ты бы хоть меня с ним познакомила, что ли, – фыркнула Инна, – очень уж интересно посмотреть на героя твоего романа!

– Познакомлю, – пообещала Маша, – как-нибудь потом.

После больницы – еще несколько встреч, потом надо было заехать в офис, где без нее все разваливалось – проблемы, переговоры, отчаянная усталость (Маша забыла, когда высыпалась в последний раз), и все-таки, несмотря ни на что, весь вечер внутри ее теплилась радость – Андрей ждет ее! Завтра она приедет к нему, они поговорят, и все будет хорошо!

Закончив дела в офисе, Маша взглянула на часы – была половина первого; несмотря на то что прежде она собиралась поехать к Андрею утром, теперь она решила не ждать до утра. Ей хотелось увидеть его сейчас же.

Она несколько раз позвонила в звонок и, удивившись тому, что ей не открывают, воспользовалась своим ключом.

– Андрей! Ты где?! – крикнула она в глубь квартиры, чувствуя тревогу.

Увидев на кухонном столе ключ, который она сегодня дала Андрею, Маша устало опустилась на стул и долго сидела в тишине. Она не стала звонить Андрею, чтобы что-то выяснить, объясниться – зачем?! Он уехал. Это его решение.

Потом была тяжелая, больная весна. В апреле умерла Изольда. За день до смерти она попросила Машу:

– Обещай мне, что вытащишь его, сам он не справится.

Маша, понимая, что свекровь говорит про Олега, кивнула:

– Да. Обещаю.

– Спасибо! – Изольда сжала ее руку. Единственный жест теплоты за много лет.

Маша сдержала обещание – она сделала все, чтобы с Олега сняли обвинение, задействовала свои связи, продала часть бизнеса, чтобы вернуть пропавшие со счетов деньги. В мае Олега полностью оправдали и выпустили. Он снова занялся политикой. Со стороны казалось, что их с Олегом жизнь наладилась, но при этом Маша ощущала внутри себя абсолютную пустоту – никаких эмоций и чувств, кроме усталости, да еще боль, когда она думала об Андрее.

Как-то летом Маша поделилась с Инной наболевшим:

– Такая пустота внутри – ни желаний, ни чувств.

Инна обняла ее:

– Маруся, перестань, неприятности позади, Олег с тобой, вы вместе, у вас все хорошо! И знаешь, я очень рада, что ты наконец взялась за ум и рассталась с этим своим… приключением!

– Рассталась… да. Это Андрей так решил, – Маша вздохнула, – только я не понимаю, почему он так со мной поступил, – уехал, не сказав ни слова?!

Инна пожала плечами:

– Тебе было бы легче, если бы ты знала причину?

Маша пристально посмотрела на подругу:

– Ты что-то знаешь?

Инна смутилась.

– Рассказывай! – потребовала Маша.

– Маня, я хотела, как лучше… – пробормотала Инна.

В тот февральский вечер, после разговора с Машей, Инна решила познакомиться с Андреем и приехала в квартиру на Ленинградском проспекте.

– Здравствуйте, я подруга Маши. А вы, Андрей?! Я много о вас слышала! Спасибо, от чая не откажусь!

Сидели на кухне, пили чай. Андрей показался Инне смущенным и растерянным. «Кстати, совсем не Ален Делон! – отметила Инна. – Так… ничего особенного!» Андрей молчал, поэтому говорить в основном пришлось ей.

– Вы поймите, Андрей, я как лучше хочу… Не могу больше видеть, как Маша переживает, ну, сколько можно? Вы вместе уже восемь лет, и восемь лет она мучается. Дело в том, что у нее чудесная семья, муж, который ее любит и которого она любит. Ведь Маша, даже если бросит Олега и уйдет к вам, все равно будет страдать. А, возможно, и жалеть о том, что сделала… Не обижайтесь, Андрей, но я вам скажу правду: время идет и так не может больше продолжаться. Кому-то из вас надо наконец решиться и разрубить этот узел!

– Что сделать? – переспросил Андрей.

– Мне кажется, вы меня прекрасно поняли. Я прошу вас оставить Машу в покое.

Помолчав, Андрей спросил:

– Это Маша уполномочила вас провести со мной сию душеспасительную беседу?

– Что вы, – испугалась Инна, – Машка об этом вообще ничего не знает…

– Ну, разумеется! – усмехнулся Андрей. – Ладно, я понял.

Выслушав подругу, Маша застыла – зачем Инна это сделала?!

– И все! Больше я ничего ему не говорила! – заверила Инна. – Попрощалась и сразу ушла. Маня, ну что ты на меня так смотришь?! Я просто хотела помочь!

Маша с горечью закусила губы – спасибо за помощь!

Прошло лето, наступила осень. Маше пришлось приложить много усилий, чтобы спасти свой бизнес – 2008 год, помимо прочих бед, принес еще и кризис, в результате которого ее модельный дом оказался на грани разорения – не было денег на выплату кредитов и даже на зарплату сотрудникам. Кстати, в это время Олег продал родительскую квартиру и при желании мог бы помочь жене с деньгами, но… то ли не догадался, то ли не захотел. Маша, по благородству души, заставила себя поверить в первое. Ну да ладно – сама справится. Не зря же ей говорили, что у нее «бульдожья хватка». Впоследствии, выстояв и сохранив бизнес, она шутила: «Правильно говорят – все, что не убивает нас, делает нас сильнее. Я теперь сильная, как борец сумо».

В ноябре 2008 года Маша поехала в Милан. Встречи с поставщиками, контракты, дни расписаны до предела. Через неделю, покончив с делами, она отправилась в Венецию. Ей хотелось побродить по улочкам, где они когда-то гуляли вместе с Андреем, постоять на мосту, где они целовались.

Осенняя Венеция не была похожа на тот летний, шумный, переполненный людьми город, в котором они с Андреем были три года назад (тихо, в разы меньше туристов, сильный ветер, и довольно холодно), и все-таки здесь все напоминало ей об Андрее. Остановившись на мосту рядом с отелем, где они прежде жили, Маша задохнулась от острой тоски и поняла, что готова сейчас бросить все – дела, контракты, отказаться от своей настоящей жизни и рвануть в Прагу, к Андрею. Видеть его, говорить с ним, заниматься с ним любовью, стареть рядом с ним, все-все – на двоих. И она позвонила Андрею.