Ведьмин клад - Татьяна Корсакова

* * *

Выспаться так и не получилось. А все из-за Егора. Ну кто его просил?! Даже вспоминать стыдно… Да и сама она тоже хороша, никто ее силой не заставлял, сама же и поддалась телесной слабости. А попробуй не поддаться, когда больше четырех лет без мужского внимания, а он такой… настойчивый и ласковый.

Права была матушка Анисия, когда не взяла ее в послушницы, сумела рассмотреть ее порочную суть. Сначала матушка-настоятельница рассмотрела, а теперь вот Егор помог тайным страстям выплеснуться наружу. Теперь она все про себя знает. Жаль только, что знание это не способно снять камень с души.

К завтраку Настя готовилась очень тщательно, не хотела, чтобы остальные, и особенно Егор, догадались, что с ней творится. Ничего не творится, просто она прозрела.

Оказалось, что волновалась Настя напрасно. За завтраком все внимание было приковано к Антону. Минувшей ночью с ним случилась беда: напали местные хулиганы и побили ни за что ни про что. В то, что ни за что ни про что, Настя не верила, помнила, как они с Ялаевым вчера собирались в клуб, и лихорадочный блеск их глаз тоже помнила. И Софья Семеновна, похоже, рассказам про хулиганов не поверила, вслух ничего не сказала, но головой покачала весьма неодобрительно.

В общем и целом можно было считать, что утро прошло нормально, если бы не Егор. Он смотрел на Настю так, словно прошлой ночью узнал все ее тайны, и от взгляда этого становилось то жарко, то холодно. Руки сами собой потянулись к шее: дурная привычка – при малейшем волнении теребить крестик. Пальцы коснулись не крестика, а медальона, прощального подарка матушки Василисы. Наверное, веревка, на которой висел медальон, перетерлась, потому что одного-единственного прикосновения хватило, чтобы он упал прямо на обеденный стол.

– Это что у нас такое?! – Егор оказался расторопнее, заграбастал медальон.

– Отдай! – потребовала Настя.

– Нет, ну интересно же! – Он повертел медальон в руках, даже ногтем поскреб. – Любопытная какая вещица.

– Дай сюда! – Настя уже едва не плакала.

– Егор, как вам не стыдно?! – с упреком сказала Софья Семеновна.

– А что я такого сделал? – спросил он смущенно и протянул Насте медальон. – Я же просто хотел посмотреть.

– Если бы Наталья хотела, чтобы вы это увидели, она бы носила его поверх одежды. А вы поступили так… бесцеремонно.

– Подумаешь, железяка какая-то! – заступился за Егора Антон. – Наташка, дай-ка посмотрю!

Вместо того чтобы выполнить просьбу, Настя сжала медальон в кулаке, а руку спрятала за спину.

– Детский сад! – простонал Егор, и Антон согласно кивнул.

– Это подарок, – пытаясь скрыть неловкость, Настя смущенно улыбнулась.

– От кого подарок? – к их беседе неожиданно проявил интерес Макар.

– От одного очень хорошего человека, – сказала она уклончиво.

– Вы, кажется, собирались ехать в город? – попыталась разрядить обстановку Софья Семеновна.

– Вот позавтракаем и поедем, – Макар исподлобья посмотрел на парней.

– Поедем, – пообещал Егор, – наблюдая, как Настя прячет медальон в карман джинсов.

– Возьмите меня с собой, – попросила она.

– Зачем?

– Ну, – она замялась. – Не могу же я все время жить у вас. Позвоню родным, попрошу, чтобы они меня забрали.

– Так отсюда позвони, – предложил Макар. – Чего мотаться-то туда-сюда?

– Мне еще купить нужно кое-чего, – Настя умоляюще посмотрела на Софью Семеновну.

– Макар Петрович, пусть девочка с вами съездит, на город посмотрит, развеется, – сказала та.

– Да пусть едет! Что мне, жалко, что ли? Только, Наталья, имей в виду, нам по магазинам разгуливать будет некогда, чтобы все было быстро, по-солдатски! Уяснила?

Настя кивнула.

– Значит, на сборы вам ровно десять минут. Кто не успеет, останется в Бирюково.

Десяти минут Насте хватило с лихвой. Да и какие сборы, когда собирать нечего? У нее осталось одно-единственное дело, надо было как-то отблагодарить добросердечных хозяев за заботу. Из пачки, которую дал ей староста, Настя достала три стодолларовые купюры, положила их под свою подушку. Софья Семеновна начнет перестилать постель и найдет…

В город ехали с комфортом, в огромном черном джипе. За рулем сидел Антон, из чего Настя сделала вывод, что это скорее всего его машина. Дорога заняла всего час, а если бы степенный Макар время от времени не сдерживал нетерпеливого водителя, долетели бы минут за сорок.

Город был маленький, одно название, что райцентр. Все стратегические объекты: банк, почта, здание мэрии, универсальный магазин и ресторан группировались вокруг площади с памятником вождю советского пролетариата. Вождь был немного потрепанный, но, судя по всему, и в самом деле вечно живой.

– Ну, вот и приехали, – сказал Макар, выбираясь из джипа. – Значит, Наталья, слушай сюда: мы с ребятами сейчас в банк заскочим, а у тебя на все про все полчаса времени. Управишься?

– Управлюсь, Макар Петрович, – заверила она его.

– А деньги? – вдруг вспомнил он и полез в карман.

– Спасибо, у меня кое-что есть.

– Ну, тогда иди, звони своим родным. Небось, люди извелись там. Хлопцы, за мной!

Настя стояла возле джипа и с тоской смотрела вслед удаляющимся мужчинам. Как-то не по-человечески получилось. Они ей жизнь спасли, она даже спасибо сказать не может…

Все, хватит стоять! У нее в запасе всего полчаса, чтобы уйти отсюда как можно дальше…

* * *

В банке случилась проволочка. Единственный на весь город банкомат отказывался принимать Егорову кредитку. Пришлось долго стоять в очереди, а потом еще столько же выяснять отношения с кассиршей, тормозной, ни хрена не соображающей теткой. В итоге, когда им наконец удалось получить деньги, прошло не полчаса, а гораздо больше. А потом выяснилось, что пропала Наташка. Они с Померанцем прочесали всю площадь, обыскали универмаг и почту – безрезультатно. Неизвестно, сколько бы еще они потеряли времени, если бы Макар не решил допросить бабусек, торгующих семечками аккурат под памятником Владимиру Ильичу. Бабуси проявили поразительную наблюдательность и не менее поразительную болтливость и поведали, что «тощая рыжуха» ни в какие магазины не ходила, а потопталась малость возле «ихнего тарантасу» и «почапала куда-то туда». Причем направление все три бабуськи указывали разное, но единодушно сходились во мнении, «что молодежь нынче пошла неуважительная».

– А едрит твою направо! – Макар сердито сплюнул себе под ноги. – Сбежала девка!

– Куда? – растерянно спросил Егор.

– Кто ж ее знает – куда?! От нас сбежала, вот и все дела! Ну, вы скажите мне, хлопцы, мы с ней плохо обращались? Софья Семеновна как родную приняла, накормила, одела, а она так не по-людски… Эх, да что говорить?.. – он досадливо махнул рукой. – Поехали!