Омуты и отмели - Евгения Перова

– Это я во всем виновата. Зачем привела тебя! Она наш лучший день испортила. Стерва.

Юля заплакала. Кирилл боялся к ней подойти – он чувствовал себя таким мерзким и грязным, словно только что вылез из зловонной лужи. В дверь тихонько стукнули:

– Юля, это я! Открой, она уехала.

– Не открывай!

– Надень штаны, надо открыть. Марина нам поможет.

Марина вошла, посмотрела на Юлю, которая так и не оделась, потом на Кирилла – он сидел, опустив голову, и вздохнула:

– Горе. Ну ладно, все поправимо. Юль, вы останетесь на ночь здесь, у Фроси. Пойдемте, я вас отведу. Кирилл, не бойся, никто вас не увидит. Ты не виноват, Кирилл. Юля тебе объяснит. Юля, я еще подойду потом, попозже, когда вы поговорите, поправлю кое-что, да?

– Спасибо.

Они вышли в пустой коридор: Марина, за ней обнаженная Юля с платьем в руках, потом растерзанный Кирилл. Ему казалось, что все это происходит во сне. «Клан вампиров!» – вспомнил он и поежился. Марина привела их в спальню на втором этаже, и Кирилл сразу ушел в душ, а Марина быстро залечила Юлины синяки и царапины, оставленные впавшим в помрачение рассудка Кириллом.

– Марин, еще у меня там, внутри…

– Сейчас, потерпи! Бедная моя!

– А что было делать! Марин, я убью ее, просто убью!

– Ты ее больше не увидишь. Прости, родная, прости! Это я виновата. Не надо было ее вообще впускать, но я и помыслить не могла – после того, как она вела себя на пожаре. Ну что? Все, мне кажется. Я зайду попозже, да? Ты ведь не винишь Кирилла?

– Нет, что ты! Мне его жалко. Попал в семейку…

Кирилл, судя по всему, решил навсегда остаться в душе, и Юля пошла его выручать. Он сидел скорчившись под ледяной водой и трясся – от холода и рыданий. Юля наладила теплую воду и влезла к нему:

– Давай, поднимайся. Ты с ума сошел! Заработаешь воспаление легких!

– Как ты можешь… Как ты можешь прикасаться ко мне после всего… Неужели тебе не противно?

– Ничего, все пройдет. Все пройдет… Давай, милый, помоемся и ляжем, я тебе все объясню, а утром мы ничего и помнить не будем – забудем, как не было. Марина нам поможет.

– Разве можно это забыть?..

– Можно.

– Ты еще хочешь быть со мной?

– Да. Я люблю тебя. А ты? Кирилл?

– Юль, мне жить не хочется…

С трудом успокоив Кирилла, Юля заставила его вымыться, потом уложила в постель, легла рядом и обняла. Она долго шептала ему, целуя, всякие милые глупости, пока он наконец не улыбнулся:

– Даже не думал, что ты можешь быть такой нежной. Правда, про себя тоже не думал, что на такое способен. – И он снова помрачнел.

– Кирилл, это был не ты.

– Ну как же не я? Желания-то мои были! Значит, во мне это все сидело!

– А раньше тебе чего-нибудь подобного хотелось?

– Да нет вроде бы…

– Вот видишь! Я же знаю тебя. Послушай…

И Юля рассказала Кириллу, кто такая Кира и на что она способна.

– Ты думаешь, откуда я знала, что нам делать надо? Я уже прошла через такое, с мужем. Ей всего-то лет четырнадцать было, Аркадий ее как ребенка воспринимал и страшно возмутился, хотел все Валерии рассказать. Это родная мать Киры и его приемная. Ну, Кира ему и навела такое, что я испугалась. Молодая была. И оно не проходило, никак! Не идти же к матери с этим, стыдно…

– Почему к матери?

– Она такая же была, как Кира. Ведьма. Пришлось мне у Киры спрашивать, что нам делать, Аркадий боялся. Господи, такое унижение было! Мне двадцать с лишним лет, ребенка родила, а у девчонки спрашиваю, что делать – у мужа эрекция не проходит второй день!

– Ничего себе…

– Ну, она и объяснила популярно, что и как нам делать. Еще и смеялась надо мной: «Как это вы ребенка состряпали, если не знаете, что куда вставлять!» Как я ее ненавидела! Мы времени много потеряли, а надо было сразу, ну и… В общем, это было долго. И мучительно. Нет, я даже вспоминать не хочу. Не знаю, «увидела» Валерия правду или подумала, что это мы с Аркадием сами так… увлеклись. В общем, ей потом лечить меня пришлось. Я еще кормила, молоко пропало.

– Боже… Какой кошмар…

– Так что мы с тобой легко отделались.

– Да уж! Вот ты говоришь, мы забудем – но ты же помнишь?

– Я Марине не рассказывала, а то бы она помогла. Мы с ней тогда еще не дружили. Это давно было. После этого столько всего произошло!

– А Марина что? Тоже ведьма?

– Нет, ты что! Ну… вообще-то да. Но она другая! Она светлая, добрая, любит всех, помогает…

– А ты? Ты-то хоть обычная женщина, я надеюсь? Не ведьма?

– Я-то? Да как тебе сказать… Да шучу я, шучу! Конечно, обычная!

Полночи они шептались, потом заснули. Тогда пришла Марина и осторожно убрала у них из памяти самые болезненные, постыдные и омерзительные подробности происшедшего, заменив их совсем другой историей. Потом оба помнили только, что Кирилл от волнения напился до полного беспамятства, и Фросе пришлось оставить их с Юлей на ночь. Правда, Кирилл еще некоторое время болезненно реагировал на имя «Кира» и вздрагивал при виде коротко стриженных девушек – сам не зная почему.

Марина никому не рассказала о визите Киры и своих мрачных предчувствиях, но каждый день ждала от нее известия. Последнего. И дождалась. Марина с Лёшкой и младшими детьми пили на кухне чай. В разгар чаепития Марина вдруг замерла и побледнела, прижав руку к груди, Лёшка с тревогой на нее посмотрел. Марина вышла, а через минуту Леший услышал, как зазвонил ее мобильник: это была Мила, которая за сотни километров почувствовала неладное – близнец.

– Что-то случилось? – спросил он, выйдя к Марине.

– Да. Кира погибла. Только что. Это Мила звонила, она уже знает.

– Авария? Или что?

– Авария, да. Но не совсем. Смотри!

Алексей «увидел» длинный проспект где-то на окраине Москвы, мокрый от дождя. Большой черный джип с пьяным отморозком за рулем несся на огромной скорости, теряя управление, прямо на троллейбусную остановку, где толпились ничего не подозревающие люди. Еще чуть-чуть – и катастрофа неминуема. Из-за джипа вынырнул красный «Бугатти» – Кира надбавила ходу и крутанула руль, бросив свою машину прямо под колеса джипу. Грохот, скрежет, гудки, крики, сирены. Кира и водитель джипа погибли мгновенно. Больше никто не пострадал. Алексей закрыл глаза: «Боже мой, она сделала это специально! Бедная девочка!»

– Ты видела? Она улыбалась!

– Да. Она долго за ним ехала, ждала момента. Я знала, что она так поступит. Необязательно так, но…

– Ты знала? И ничего не сделала? Ты?

И Марина рассказала ему все. Леший долго молчал, потом сказал: