Любовь и удача - Дженна Эванс Уэлч

– «Я хозяйка собственной судьбы».

– Я хозяйка собственной судьбы, – пробормотала я.

– Нет-нет, громче! Бери воздух из живота! Выкрикни эти слова!

Неужели она не понимает, что нет смысла заставлять другого человека кричать о том, какой он невероятный? «Просто покончи с этим», – приказала я себе.

А потом сделала глубокий вдох и заорала прямо в микрофон:

– Я хозяйка собственной судьбы!

– Да! Еще раз! – подбодрила меня Мириам.

– Я – ХОЗЯЙКА СОБСТВЕННОЙ СУДЬБЫ!!! – заорала я во все горло.

– Умница. – Мириам отпустила мою руку. Лицо у нее блестело от пота.

Честно говоря, мне понравилось кричать. Но было бы еще лучше, если бы я в самом деле верила в свои слова.

* * *

– Да уж, странные дела, – пробормотала я, волоча наши с Иэном чемоданы по лестнице. Сам Иэн, как только Мириам отпустила меня со сцены, помчался смотреть наши комнаты.

Роуэн широко улыбнулся:

– Ты всего лишь стояла на сцене и кричала незнакомцам о том, какая ты крутая. Что тут странного?

Я хотела его толкнуть, но чемоданы ограничивали мои возможности.

Роуэн взял один чемодан и потащил его вверх по ступеням.

– Я сбегаю в автомастерскую, спрошу у Коннора, будет ли машина готова к утру. «Электрик-пикник» уже завтра. Представляешь?

– Нет. – Я правда не могла такое представить. И никак не могла понять, пролетели последние дни в один миг или время ползло, как черепаха? – Я останусь здесь. Лучше бы нам с Коннором больше друг друга не видеть.

Роуэн улыбнулся:

– Жалко. Я бы хотел посмотреть на Хозяйку Медб в действии.

– Ха-ха.

Я поднялась наверх, забрала у него чемодан и поспешила за Иэном. Покачиваясь под весом тяжелой ноши, я пошла по коридору, следуя за его голосом. У двери я бросила чемоданы на пол.

– Просто не верится, – прошептал Иэн из комнаты.

Я заглянула внутрь. У дальней в стены в комнатке с покатым потолком стояли две двуспальные кровати, а из единственного восьмиугольного окошка лился слабый солнечный свет.

Иэн сидел на ближайшей ко входу кровати:

– Как ты думаешь, на какой из них спал Джаред? На этой?

– Понятия не имею.

Я отвела взгляд. Иногда мне становилось стыдно за одержимого Titletrack брата. Я скрылась в соседней комнате и намеренно долго устраивала чемодан у кровати. Телефон с сообщением от Оливии буквально прожигал дыру у меня в кармане. Надо поговорить с Иэном. И немедленно.

Когда я вернулась, брат уже лежал на другой кровати, положив руки под голову, и блаженно улыбался. Осмелюсь ли я задать ему вопрос? «Вот так хозяйка собственной судьбы», – мрачно подумала я.

– Спасибо, что помогла нам сюда добраться, – сказал Иэн, опередив меня. – Для меня это правда очень много значит.

– А, да ерунда. – Я опустилась на соседнюю кровать. – Слушай, Иэн, мне надо с тобой поговорить.

– Мне с тобой тоже! – Он перекатился на живот и потянулся за блокнотом. – Ты должна рассказать маме о Кабби как можно скорее. Лучше до нашего возвращения домой. Я могу отвлечь Арчи и Уолтера, когда мы будем в аэропорту.

– Что?!

Незримый мост между нами обрушился в пропасть. Теперь брат не только настаивал на моем разговоре с мамой, но еще и решал за меня, где и когда это должно произойти?

Иэн выпрямился:

– Я считаю, тебе лучше поговорить с мамой о Кабби до…

– Иэн, я прекрасно тебя слышала, – ответила я, прислоняясь спиной к дверце шкафа. – Но я не готова. Не так быстро.

Он захлопнул блокнот:

– Но ведь ты сказала, что я прав. Когда мы были в поместье «Торк».

– Я сказала, что ты, возможно, прав. Я не говорила, что сразу побегу все выкладывать маме.

Иэн спрыгнул с кровати и принялся нарезать круги по комнате:

– Да ты издеваешься, Эдди! Ну почему нет?

– Потому что я не готова! Я все ей скажу, когда захочу. – И даже зная, что эти слова выведут брата из себя, я все равно добавила: – К тому же случай с Кабби тебя никак не касается.

– Не касается?! – Иэн замер и грозно уставился на меня: – Эдди, я был бы счастлив, будь оно так, но мы оба знаем, что это неправда. Я зашел тогда в раздевалку, а значит, меня это касается.

У меня сдавило горло. Раздевалка. Всякий раз, когда я вспоминала о том, как Иэн вошел в раздевалку, как именно мой брат остановил Кабби, в мозгу словно наглухо задергивались плотные шторы.

– Откуда мне было знать, что Кабби так поступит? – Во рту у меня пересохло.

Иэн ткнул в меня пальцем:

– Я же тебя предупреждал! Говорил, что с ним лучше не связываться. – Этот разговор повторялся раз сто за лето, и я ужасно от него устала. – Эдди, послушай меня хоть сейчас! Нельзя больше держать это в тайне. Поговори с мамой, как только выпадет возможность.

– Хватит указывать мне, что делать! – вспыхнула я. Сердце молотом стучало у меня в груди. – И тебе ли винить меня в скрытности, Инди-Иэн? – Я буквально выплюнула его псевдоним, и Иэн помрачнел:

– Не переводи стрелки на меня.

– Почему бы и нет? – Я широко развела руками: – Тайный ирландский друг. Тайная карьера журналиста. Тайные планы на высшее образование. – Мне следовало бы остановиться, перевести дыхание, но я слишком разозлилась. Подскочив к Иэну, я вытащила из кармана телефон и сунула ему под нос: – Полюбуйся. Что это значит?

Иэн выхватил у меня телефон и посмотрел на экран. Увидев сообщение Оливии, он поник и тихо спросил:

– Откуда она знает?

Его слова выбили меня из колеи.

– Подожди, то есть это правда? Тебя выгнали из команды? Почему ты мне не сказал?

Иэн бросил телефон на кровать:

– Потому что это из-за тебя, понимаешь? Меня выгнали из-за тебя.

Только не это.

Я попятилась к выходу из комнаты. Руки у меня дрожали. Сердце ныло от новой мучительной боли.

– Эдди, меня выгнали из футбольной команды. – Теперь голос Иэна был жалобным, умоляющим. – Мама с папой еще ничего не знают, но я не могу вечно держать это в секрете. Пожалуйста, поговори с мамой. Скажи ей про фотографию, про то, что Кабби показывал ее…

– Иэн, хватит! – завопила я, зажимая уши ладонями.

Тело само рванулось к двери, и вдруг оказалось, что я лечу вниз по ступенькам лестницы, прочь от Иэна.

* * *

Я замедлила шаг только у гавани. Грудь у меня тяжело вздымалась и опускалась, рыдания не давали нормально дышать. Я рухнула на железную скамейку, и холодные прутья впились мне в спину.