Шоколадная вилла - Мария Николаи

Лодочная станция в Риве, два дня спустя

Хелена нервничала. С самого утра все шло не так, как она привыкла. Волосы не хотели укладываться, на удобном для прогулок костюме появилось пятно, которое ей нужно было удалить, и вдобавок ко всему у нее начались месячные. И как ей теперь продержаться весь день, есть она даже прокладку поменять не сможет? Оставалось только надеяться, что сегодня, в первый день, выделения будут не очень сильными.

Она сложила все необходимое в кожаный рюкзак с деревянными планками, также добавила несколько бутербродов, орехи и два яблока. Насколько это было возможно, Хелена старалась и в обычной жизни питаться так, как она привыкла в санатории. На завтрак женщина выпила немного козьего молока.

Затем она отправилась в гавань.

Хелена планировала прийти туда немного раньше тех семи человек, которых она будет сопровождать к водопаду Понале, чтобы не рисковать и быть уверенной, что лодочник подготовил необходимые лодки и что гребцы на месте. К тому же она хотела сразу ему заплатить; цена за лодки была включена в стоимость экскурсии.

Ее туристическое дело развивалось очень медленно. Многие не воспринимали всерьез женщин в этой сфере, а особенно неместных.

Однако зарабатывала она достаточно, чтобы оплачивать аренду и свои основные потребности. Последний перевод своего мужа Хелена отложила и надеялась на поступление еще одной суммы. До настоящего момента он не догадывался, что женщина не воспользуется присланным ей билетом и что она продала его.

В настоящее время ее жизнь была неспокойна, но она никак не могла объяснить свое сегодняшнее внутреннее волнение, его нельзя было сравнить с беспокойством, которое она испытывала в Штутгарте. У нее в животе порхали тысячи бабочек, ее то и дело охватывала необъяснимая эйфория. Она надеялась, что ее настроение связано с ее ежемесячным недомоганием и что через несколько дней все само собой нормализуется.

Первой ступенью на пути к спокойствию был тот факт, что на лодочной станции все было в порядке и арендатор взял оговоренную сумму. Гребцы тоже были готовы. Она осмотрела лодки – они все были в хорошем состоянии. Погода тоже была спокойной и стабильной. Пассажиры должны были прийти.

Ее взгляд коснулся воды, над которой стелился редкий утренний туман, вблизи она увидела Кастель ла Рокка и остолбенела, когда заметила идущего вдоль набережной мужчину.

Волнение усилилось, когда он подошел ближе и приветливо поздоровался.

– Вы рано пришли, – заметила Хелена.

– Возможно, но я ни за что не хотел пропустить отправление! Я вчера весь день с нетерпением ждал эту экскурсию.

Он хитро улыбнулся, и уголки рта при этом ушли вверх, эту его характерную особенность она заметила еще позавчера. Ей казалось это довольно обаятельным.

Макс. Так он представился ей позавчера. И она хорошо помнила его попытки пофлиртовать с ней. Хотя внешне она и оставалась сдержанной, ее это тронуло. Он был высоким, видным молодым человеком с темными, практически черными волосами и глазами янтарного цвета, которые как раз вызывающе на нее смотрели.

Она подумала о Гермионе, которая отправилась со своим юнцом в Берлин. Она думала, что Максу лет двадцать пять, максимум тридцать. То есть он был значительно младше, чем она. И хотя речь шла не о нескольких десятилетиях, как в случае Гермионы и Кристла, но точно уж об одном.

Однако поскольку Хелена не обладала такой уверенностью в себе, которую художница культивировала всю свою жизнь, она запретила себе прикасаться к чему-либо подобному. Она не будет начинать роман, несчастный исход которого очевиден. Разве он не говорил, что планирует длительное путешествие по Италии?

– Нам повезло с погодой, – сказала Хелена непроизвольно, пытаясь пресечь зарождавшуюся с самого начала близость. При этом ей нужно было справиться с волнением.