Время моей жизни - Сесилия Ахерн

— Да, с бедняжкой Блейком, которого эта жестокосердая роковая женщина бросила на произвол судьбы, — со смехом вставила Шантель. — И мы никогда ей этого не простим.

Я небрежно пожала плечами.

— По-честному, я думаю, все женщины должны именно так бросать своих мужчин, как Люси, — заявила Лиза. — Господи, вы помните, что со мной-то творилось?

И все дружно застонали и заохали, вспоминая ту трагическую историю, и ночные рыдания по телефону, и ее патологический ужас остаться хоть на секунду одной, и бесконечные заверения с нашей стороны, что у нее нет сердечного приступа. Джейми нежно ей улыбнулся, видимо вспоминая то время, когда они были вместе, а не их болезненное расставание. Лиза и он обменялись взглядами. Дэвид смущенно поерзал на стуле.

— Да, во всем надо искать позитивные стороны. — Я пыталась самоуверенно улыбнуться, но губы предательски дрожали. — Мы, по крайней мере, успели разойтись до того, как рухнул рынок жилья. Сегодня бы нам ни за что так не продать квартиру.

Они молча смотрели на меня, потом Шантель грустно заметила:

— Я очень любила вашу пекарню.

Я тоже, очень.

— Ну, там всегда было слишком жарко.

Я подумала о Блейке, который ходил там голышом, когда я нарочно врубала отопление на полную мощь. Он любил тепло и был горяч в постели. Я снова уткнулась в меню. Горячий суп дня. Горячий, горячий, горячий.

— Нет, я никогда с ним не встречался, — сказал Жизнь Адаму, который упорно ждал ответа.

— Он отличный парень.

— Разумеется, вы же его лучший друг.

— Что вы имеете в виду?

— Вы готовы сделать заказ? — очень кстати перебил их псевдофранцузский официант.

За ужином я многое узнала о Блейке. Что он делал на прошлой неделе и как собирается провести остаток лета. Оказывается, он открыл собственный спортивно-развлекательный центр в Бастардстауне. Мы обсуждали с ним эту идею и хотели вместе этим заняться. Он делает все, что мы планировали, только без меня. Глядя в тарелку, я несколько раз сморгнула, чтобы прогнать слезы.

— Вы же вместе хотели это сделать, верно, Люси? — спросил Адам.

— М-м, угу. Наверное, надо бы подать на него в суд за то, что украл идею.

Все, кроме Адама, засмеялись. А затем Лиза начала заказывать, своим новым, начальственным тоном, внося изменения во все блюда, чтобы они соответствовали ее нынешней диете. Официант слегка занервничал и попросил разрешения на минуту нас оставить, чтобы узнать, насколько это исполнимо. Он вернулся с шеф-поваром, реальным французом, который очень вежливо сообщил, что не может сделать тесто с козьим сыром без козьего сыра, потому что он уже его туда вмешал.

— Отлично, — фыркнула Лиза, и лицо ее налилось гневом. — Я буду хлеб. — Она резко захлопнула меню. — Пожалуйста, корзинку хлеба, это все, что мне можно из вашей еды, хотя нет, там орехи, хлеб мне тоже нельзя.

— Извините, — Дэвид покраснел, — она очень устала.

— Не надо за меня извиняться, спасибо большое. — Она неуклюже подвинулась. — Дело не в том, что я устала, а в этих чертовых стульях, они дико неудобные. — Она вдруг расплакалась. — Простите, что-то в глаз попало.

— Ли-ис, — мягко сказал Джейми, — смотри-ка, у них есть печеные перцы. Ты же их любишь. Может, их возьмешь?

Дэвид с некоторым раздражением поглядел на приятеля.

— Ой, господи, — улыбнулась Лиза, — помнишь те перцы?

— Ха! Потому и сказал.

Уверена, Дэвид представил, как они трахались в постели, усыпанной печеными красными перцами, хотя они наверняка просто объелись как-то в ресторане этими перцами, два паршивых обжоры.

— Ну ладно, — со вздохом кивнула Лиза и снова открыла меню.

Шеф склонился над ней и терпеливо обсуждал, что он может для нее изготовить.

— И где вы остановились? — вежливо поинтересовалась Шантель у Жизни. Она еще не начала с ним кокетничать: во-первых, выпила только полтора стакана красного вина, во-вторых, не могла разобраться, есть ли что-то между нами.

— Я остановился у Люси.

Я всячески избегала взгляда Адама.

— Ну надо же! — изумилась она. — А никого из нас она туда не пускает. Расскажите, что там у нее, много ли мы теряем?

Я засмеялась:

— Брось, я ничего не скрываю.

— Куча порнухи, точно? — Джейми почмокал губами. Шеф-повар, к счастью, уже ушел. — У нее там море порножурналов и дисков.

— Нет, — возразила Шантель, — это неинтересно. Скажите, что там кто-то томится в заточении, я мечтаю об этом услышать последние три года.

Джейми весело мне подмигнул.

— Кого-то она скрывает, в любом случае, — сказал Адам, потянувшись за куском хлеба.

Никто не обратил внимания на его слова. Никто не воспринял их так, как я. Возможно, только Жизнь.

— Например? — спросил он, и я пожалела, что он все-таки именно так это воспринял, потому что у него сделался неприятный голос. Таким голосом Блейк однажды разговаривал в баре с парнем, который на меня пялился, и кончилось все это безобразной дракой. И Адам принял вызов, он ждал этого момента с тех пор, как мы с Блейком расстались.

— Да ладно, чего там. Как давно, ребята, вы знакомы? Всю жизнь? Ну уж три года-то точно? А сколько я помню, три года назад Люси была еще с Блейком.

Он говорил вроде бы шутя, с легкой улыбочкой, но было заметно, как он зол — глаза сузились, ноздри дрожат от гнева.

— Адам, — потрясенно пробормотала Лиза.

— Хватит, мне это осточертело. Сколько можно ходить вокруг да около — что она, неприкосновенная особа?

— Просто это абсолютно не наше дело, — твердо сказала Шантель, и в голосе ее слышалось предупреждение.

— Блейк наш друг, — сказал Адам.

— Так же как и Люси. — Лиза с намеком посмотрела на него.

— Да, но она здесь, и поэтому его сегодня тут нет. Так что это и наше дело.

— Его тут нет, потому что он на работе, о которой, кстати, всегда мечтал. И ему приходится много ездить. Так что уймись-ка, — посоветовал Джейми. Вены у него на шее слегка вздулись, было видно, что он рассержен. Мне хотелось встать и расцеловать его, но вместо этого я пыталась найти предлог, чтобы смыться, потому что все это обернулось самым кошмарным образом.

— По-моему, нам стоит сменить тему, — предложил Дэвид.

Официант обошел вокруг стола и встал около меня. Понял, что мне плохо, и хотел сполна этим насладиться. Все выжидающе на меня смотрели, думая, что я что-то объясню и сумею разрядить обстановку.

— Суп дня, — попросила я. — Будьте добры.

Адам закатил глаза:

— Как всегда! Игнорирует все вопросы, ничего не отвечает, все покрыто гребаной тайной. Ничего внятного от нее не добьешься.