Его единственная - Виктория Волкова

— Привет. Разговор есть. Шеф тебя к себе вызывает. Шевели булками… Дима, — пробурчал он, норовя, схватить Блинникова за рукав.

— Иди на хрен мелкими шагами, — огрызнулся Крепс, одной рукой скрутив шкафообразного Колю и взяв его на болячку. — Какой шеф? — рыкнул зло. — Говори, кому еще служишь, придурок…

Тряхнул вроде бы несильно, но Будкин поморщился от боли и попробовал вырваться. Крепс не стал особо настаивать и ослабил хватку.

— Захочешь люлей, скажи, я отвешу, — рыкнул он раздраженно. — А теперь вали отсюда, пока цел, — предупредил грозно.

— Так Александр Валерьевич. Он под домашним арестом. Сегодня изменили меру пресечения. Просил вас приехать, — проскулил Будкин, потирая руку, ноющую от захвата противника.

— Его выпустили? — охнул Блинников и добавил резко. — Ну, как открыли, так и обратно закроют, — разозлился он. — И тебя заодно, быдлован…

— Сашка думает, что это ты ее заказал, — пробубнил Будкин и не успел увернуться от мощного кулака Крепса. — Больше некому, — прорычал он зло. — Пока ты не появился, у нас все ровно было.

— Вам с Янычем вместо мозгов стекловату выдали? — криво усмехнулся Блинников. — Мне какая радость грохать любимую женщину? И какая выгода светит от ее смерти?

— Ну, я не знаю, — протянул Будкин.

— Пойди, узнай, — хмыкнул Крепс, направляясь к выходу. Махнул издалека верному Филимонову.

— Так ты это… Дима, — протянул сзади Будкин. — Саше что передать?

— Сегодня не могу, Коля, — душевно заметил Блинников, оборачиваясь к посыльному Яныча. — Завтра или на днях постараюсь к вам вырваться. Приеду не один, — отрезал напоследок. — Если вам там придет идея меня грохнуть, лучше не готовьтесь и скажитесь больными.

— Так мы никогда… — пролепетал Будкин, опасаясь нового тычка от Юлькиного любовника. — Сашка — он добрый… Мухи не обидит…

— Ну, следствие с его добротой разберется, — отмахнулся Блинников.

— Просто пока ты тут строишь из себя супермена, настоящий заказчик разгуливает на свободе, — нетерпеливо выдохнул Будкин. — Сашка предлагает кое-кого прощупать…

— Кого? — поморщился Блинников, начиная терять терпение.

— Люсю, Настьку — это младшая Юлина сестра…

— Я столько не выпью, — хмыкнул Крепс, делая еще одну попытку уйти. — Щупайте без меня…

— Ну, ты хоть к нам приедешь, Дима? — крикнул вслед Будкин.

Пришлось вернуться. Внимательно посмотреть в заплывшие жиром глазки доверенного лица несостоявшегося губернатора.

— Вот что, Коля, напряги свою стекловату и запомни. Не стоит так громко звать меня в гости, а то твоему шефу прилетит, глашатай ты наш.

И усевшись в Юлькин Мерс, которым нахально пользовался с момента ее болезни, предупредил Филимонова.

— Завтра поеду к Янычу. Ты со мной, Серый…

— Хорошо, — коротко бросил тот в зеркало заднего вида. — Нам бы из этой пробки выбраться, Дмитрий Николаевич, — вздохнул он, показывая вперед на вереницу машин.

— Главное, с толком съездил, — весело поделился Крепс. — Через неделю прилетит доктор к Юлии Владимировне…

— Я встречу, — предложил Филимонов.

— Спасибо, Фил, — кивнул Блинников. — Только собрался попросить тебя об этой услуге…

Он рассеянно глянул в окно. Заметил спешащего к БМВ Будкина. Тот поджал плечи и втянул голову в воротник.

— Ой, придурок, — тихо пробурчал Блинников и даже пожалел, что мало врезал соратнику Яныча. Но если бы кто сказал, что он видит Колю Будкина в последний раз живым, то Крепс бы ни за что не поверил и, конечно, расстроился.

«Нужно у Яныча самому развод потребовать, — решил он неожиданно. — Хватит нам как перекати поле жить!»

В нагрудном кармане запиликал айфон.

«Юлька!» — широко улыбнулся Крепс.

— Я только вышел, Юль, — пророкотал он в трубку, в глубине души кляня себя, что не предупредил ее сразу по прилету. — Тут пробка большая. Только ты не волнуйся, ради бога. Фил меня встретил.

— Дима, — попросила она жалостливо, — ты не мог бы заехать к нам на квартиру за моим станком для вышивания? Я хочу научиться левой рукой стежки делать. Возьму самый простой рисунок и попробую крестиком что-нибудь вышить.

— Конечно, Юльчонок, — пробурчал Крепс и, закончив разговор, попросил с тяжелым вздохом.

— К теще заедем, Фил.

Честно говоря, отношения с Люсей не сложились с первого дня. Того самого, когда, обменявшись кольцами и нажравшись пельменей, Крепс с Юлькой приехали на Котельническую.

— Это Дмитрий Николаевич, мама, — официально представила Юля, — мой личный телохранитель. Будет охранять меня и днем, и ночью. Пойдем на мою половину, Дима, — заявила она, демонстративно беря Крепса под руку.

— Юля, — задохнулась от возмущения Людмила. — Я не позволю…

Кирсановы платили ей редким равнодушием и отстраненностью.

Поэтому, отнекиваясь от визитов, Люся придумывала себе срочные дела и развлекалась с подружками.

«Видать, собралась на девичник, — решил про себя Крепс, но спрашивать ничего не стал, по привычке сведя общение к минимуму.

— Станок разбирай, иначе бы не поместился в багажник, — велел он Филу. — Раму придется положить на заднее сиденье вместе с сумкой для рукоделия.

«Как Юлька вышивать собирается? — вздохнул Блинников, проходя в спальню, а оттуда в гардеробную. Достал из ящика комода свежие майки и свитер и, засунув их под мышку, шагнул к Юлькиному отделению. Открыл дверцу и внимательно глянул на ярлык, пришитый сзади к горловине.

«Сорок четвертый размер, — проговорил он про себя, намереваясь заехать в ЦУМ и купить своей девочке новое платье. Она, конечно, ничего не скажет сама. Не те ситуация и настроение. Но порадовать-то хочется. — А где платье, там и белье, — фыркнул довольно Блинников и, выйдя в коридор, добродушно глянул на Филимонова.

— Ну что, готово? Нам еще нужно смотаться в одно место.

— Осталось только винты и станину запаковать, — кивнул тот.

— Синнабоны для Юлечки не забудь, — сладко пропела теща, крася губы и обливая себя духами. — Она их любит.

— Сами пекли? — с легкой издевкой поинтересовался Крепс, разглядывая фирменную надпись на упаковке. — Или на рынке купили…

— Я не таскаюсь по рынкам и магазинам, — с вызовом бросила теща и махнула рукой в сторону пакета, примостившегося на длинной и узкой черной столешнице. — Настя специально ходила, — добавила она, поморщившись.

— Обязательно, — хмыкнул Крепс, точно зная, что Юлька не ест выпечку. Свернув пакет, сунул его в сумку с рукоделием и тут же услышал гневный окрик тещи.

— Ну, кто кладет продукты не пойми к чему? Какой ты все-таки вахлак, Дима!