Бабочка для одинокого олигарха - Мария Геррер

- Вы издеваетесь? – судья остановилась и возмущенно посмотрела на меня.

- Нет, нет, что вы! И не думала. Ваша… Ваше… - слово вертелось у меня на языке.

- Вы оскорбляете судью, - строго заметила мне секретарь. – За это вас могут привлечь к ответственности.

Я в отчаянии заломила руки:

- Не помню я, простите! Но останьтесь! Стойте, ваша милость!

- К судье следует обращаться «Ваша честь»! – сухо подсказала мне секретарь.

Конечно, как я могла забыть? Я попыталась взять себя в руки.

 – Ваша честь, умоляю! Разведите нас, пожалуйста! Это же последнее слушание. Я ждала три месяца! Целых три! Не уходите!

Но судья решила, что стоит поскорее унести ноги от сборища идиотов. Ее мантия расправила крылья, как плащ Бетмена, судья ловко обогнула мою свекровь и исчезла в дверном проеме.

Марина Сергеевна слащаво улыбнулась мне:

- Пойдем, Инночка. Дима столько пережил за это время. Муж соскучился по тебе. Ему нужны твои любовь и ласка.

- Не дождется! – отрезала я.

Секретарь выжидающе посмотрела на нас. Она деликатно намекала, что нам пора уходить.

- Что мне теперь делать? – метнулась я к ней в последней надежде.

- Подадите заявление заново. Теперь вдвоем. Если муж захочет.

- Я не захочу, - заверил ее Дима. – Я категорически против развода, потому что люблю жену. И у нас совместно нажитое имущество.

- Но я же могу подать заявление одна? – не отставала я от секретаря.

- Конечно, - кивнула она. – Вы имеете на это право.

- И все сначала? – в ужасе простонала я. – Опять три слушания, если он не согласится?

- Конечно, я не соглашусь, дорогая! – заверил меня Дима. – Давай, взвесим все за и против… Спешить в таком вопросе не надо. Ты же в ЗАГСе клялась, что любишь меня. Помнишь?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- И по-другому никак? – я не слушала, что говорит мне Дмитрий.

- Такова процедура, - пожала плечами секретарь. – Освободите помещение. И разбирайтесь между собой в другом месте.

Мы вышли из зала. Димочка что-то пытался мне говорить. Свекровь тоже. Но я не слушала их, молча брела по длинному коридору и думала только о том, что теперь ждать еще как минимум три месяца. И где мне жить? Не с Димой же в одной квартире?

- Милая, ты не хочешь узнать, что со мной было? – Дима подергал меня за рукав.

- И что с тобой было? – мне хотелось пришибить его. – Давай, ври. Я тебя внимательно слушаю. Но лучше покороче.

- Я никогда не лгал тебе, - пафосно заявил мой пока еще муж.

- Да неужели? Ты ничего не рассказывал мне о своей работе. Я не знала, откуда у тебя деньги. Что за темные делишки ты проворачивал? – злость накрыла меня тяжелой волной. - Только не говори, что ты агент спецслужб и работаешь под прикрытием. Итак, коротко и по делу. Что тебе от меня надо?

- Любви и понимания, - лицемерно улыбнулся Дима. – Меня держали в заложниках. Мне будет сложно вернуться к обычной жизни. И мне просто необходима твоя поддержка. И моральная, и физическая.

- О, боги! Кто тебя держал в заложниках? – я закатила глаза к белому сводчатому потолку бесконечного коридора. – Кому ты дался?

- Этого я не знаю. Требовали выкуп.

- Я полтора года собирала деньги и смогла вырвать сына из лап злодеев, - сообщила свекровь и пошмыгала носом, изображая слезы.

- Что ж ко мне не обратились? – скривилась я в злодейской улыбке.

- Ты бы не поверила и не дала ни копейки, - свекровь ответила мне такой же миной. – Тебе не понять, что я пережила за эти полтора года. Мое сердце болело каждую минуту.

- В полицию, конечно, не обращались? – ядовито поинтересовалась я, так как была уверена - Дима отлично провел время, скрываясь от каких-то проблем. Не был он никаким заложником.

- Естественно, не обращалась. Мне запретили. Дмитрия могли убить. Я умирала от ужаса за судьбу сына. У меня было два микроинфаркта и один инсульт. Но я крепилась. Мне пришлось перенести все болезни на ногах. А ты не желаешь даже слушать меня и Дмитрия. Удивительная черствость!

- А теперь что мешает написать заявление обо всем этом в полицию? Может, прямо сейчас и пойдете?

- Теперь нет необходимости в спешке. Мы так и сделаем, но чуть позже. Диме необходимо немного прийти в себя. Он столько пережил. Сейчас ему нелегко.

- И я надеюсь, что ты мне поможешь вернуться к нормальной жизни, - Дима положил руку мне на плечо, но я зло скинула ее.

- Не смей ко мне прикасаться! – прорычала я. - Вы оба искренне надеетесь, что я поверю в эту наглую выдумку?

- Я думал, ты переживала за меня, - лицемерие Димы не имело предела. – Ведь ты же любила меня, когда мы поженились.

- Ладно, выкладывай, что тебе надо. У меня нет ни времени, ни желания слушать эту ересь о похищении. Мне начхать, где тебя носило полтора года. Дай мне развод и иди с миром. Чего ты сюда вообще приперся?

- Зачем нам разводиться? И я не приперся, я вернулся в родные пенаты, - Дима снова попытался обнять меня, но я увернулась. – Мы остановим время и начнем все сначала.

Я прекрасно понимала, что ничего сначала он начинать не собирается. Ему нужны от меня отступные, больше ничего. От тупо хочет денег.

- Сколько ты хочешь за развод? – перешла я к делу. Вот только где мне взять деньги?

- Я не хочу разводиться. Давай хотя бы попробуем наладить нашу семейную жизнь. Дай мне шанс.

- Я тебе не верю. Ни единому твоему слову. Ладно, желаешь тянуть время – изволь.

- Конечно, это твое право. Но я намерен жить в нашей квартире. Ведь ее половина принадлежит мне по праву.

Так вот что ему надо! Квартиру, кто бы сомневался!

- Все время, пока тебя не было, я платила за тебя ипотеку. Или это не в счет?

- Ты очень правильно поступила, дорогая. Мы же одна семья. Я бесконечно  благодарен тебе за это, - он снова попытался обнять меня. Теперь за талию.

- Дима, ты редкий лицемер.