Лучшее в тебе - Эбби Глайнз

– Как ты… там? – спросил Уэст, прижимая ладонь настолько, что я ощутила трепет между ног, но не так сильно, чтобы по-настоящему касаться меня.

– Уже не болит, – ответила я, покраснев.

Уэст глубоко вздохнул, и его ноздри затрепетали. Жар в его глазах заставил все мое тело встрепенуться.

– Я не хочу, чтобы ты думала, что это… что это… то, что нас связывает. У меня были такие отношения, и это пустышка. Они не про нас. Между нами нечто большее. Хочу, чтобы ты всегда помнила, что ты для меня особенная. Так что, если хочешь, чтобы я остановился, или не хочешь повторения… я пойму. Мне нравится просто обнимать тебя.

Уэст боялся, будто я решу, что ему нужен только секс. Он так быстро околдовал мое сердце. Чересчур быстро. Но я не собиралась останавливаться.

– Я хочу, чтобы между нами было нечто большее, – ответила я. – Но и это мне тоже нравится.

Уэст тихо рассмеялся:

– Будешь мне должна.

Я взяла его руку и положила туда, где хотела ощутить прикосновение.

– Я хочу этого с тобой.

Безо всяких возражений сильные пальцы Уэста сдвинули мои шорты и скользнули внутрь. Я выгнулась и вскрикнула от мгновенно накатившего наслаждения. Он удерживал меня, целуя шею и повторяя, как я идеальна, прекрасна и значима для него. Он не сказал, что любит меня, как, впрочем, и я.

Несколько часов спустя, когда Уэст залез в комнату через окно, я лежала в постели. Открыв глаза, я наблюдала, как он разувается и снимает джинсы, прежде чем присоединиться ко мне. Когда я свернулась клубочком у него на груди, Уэст поцеловал меня в макушку.

– Однажды я займусь с тобой любовью на кровати, – прошептал он.

Я заснула в мечтах о том, как мы с Уэстом занимаемся более интересными вещами, чем простой сон в моей постели.

Проснувшись утром, я увидела, что Уэст исчез, а в окна льется солнечный свет. Зарывшись лицом в подушку, на которой он спал, я глубоко вдохнула. Его запах сводил меня с ума.

Я встала и начала одеваться, чтобы спуститься вниз к завтраку. К тому же я собиралась сообщить тете Корали, что хочу сегодня поговорить с ней, дядей Буном и Брэйди. Мне подойдет любое время, а Уэсту я сразу сообщу.

Сегодняшний день был важен для меня. Ведь отныне я перестану прятаться. Буду строить настоящие отношения со своей семьей. Это приводило меня в восторг. Но, с другой стороны, я испытывала страх. Что они начнут задавать вопросы. Меня ужасало то, что со мной захотят говорить о том дне. Я не желала вновь описывать его. Никогда.

То, что при разговоре будет присутствовать Уэст, поможет мне, и многое разъяснит в наших отношениях, которые для моей семьи оставались загадкой. Но я хотела, чтобы они поняли, что о том дне я не буду разговаривать ни с кем. Я не желала больше даже упоминать отца. Если они захотят поговорить о маме и добрых воспоминаниях, связанных с ней, я согласна. Это то, что мне было нужно сейчас.

К этому я была готова.

Растрепанный Брэйди сидел за столом в одних клетчатых пижамных штанах, ел хлопья, запивая их кофе. Газета была открыта на спортивном разделе, который он сосредоточенно изучал.

Тетя Корали стояла у стойки на кухне, составляя список. Она собиралась за продуктами. Этот список был мне знаком, тетя ездила в магазин каждую субботу. Когда я вошла, тетя Корали взглянула на меня и одарила ясной, радостной улыбкой.

– Доброе утро. Стыдно признаться, но я не готовила завтрак. Почти все продукты закончились. Днем собираюсь в магазин, куплю все необходимое. А сейчас придется обойтись хлопьями или тостом. Кажется, у нас еще остались свежие фрукты.

Мне вполне хватало чашки хлопьев. На этом я выживала все два года у Джори, которая вообще не готовила. Да и дома бывала нечасто. Большую часть времени я жила одна.

Брэйди взглянул на меня и вернулся к завтраку и чтению газеты.

Подойдя к тете Корали, я положила перед ней записку о том, что хочу поговорить с ними сегодня. Я решила, что слишком уж неожиданно будет спуститься к завтраку и объявить, что нужно обсудить то, что я снова разговариваю. Еще я хотела предупредить их о вопросах, которые буду или не буду обсуждать.

Я была против посещения консультанта, психотерапевта, психоаналитика – как хотите, так и называйте. Я побывала у десятка таких врачей, и никто мне не помог. Я не собиралась возвращаться, и моя семья должна об этом знать.

Тетя Корали прочитала записку и, нахмурившись, окинула меня встревоженным взглядом.

– Конечно, дорогая. Можем поговорить сейчас, если хочешь, – сказала она.

Брэйди вскинул голову и посмотрел на нас.

– Поговорить о чем? – уточнил он.

– Мэгги хочет поговорить о чем-то со всеми нами, – ответила она, на секунду глянув на сына, и снова повернулась ко мне. – Вот, возьми мою ручку.

Тетя Корали протянула ее мне.

Я покачала головой и указала на строчку, где говорилось, что мне нужно поговорить со всеми троими.

Тетя еще больше нахмурилась.

– Ладно. Хорошо. Давай я приведу дядю Буна. Он на улице, стрижет газон.

Она похлопала меня по руке и устремилась к двери. У меня было совсем мало времени, чтобы позвать сюда Уэста. Я не стала писать сообщение на случай, если он спит. Просто позвонила.

Уэст ответил после первого гудка.