Драгоценная паутина - Максин Барри

Скотт наблюдал за ними с недовольным лицом. В тот момент, когда он повернулся, он увидел Джастина на середине лестницы. Скотт насмешливо улыбнулся: интересно, давно он там стоит?

– Так это и есть знаменитая Флейм?

Джастин криво улыбнулся, не мигая. Скотт ощутил внезапное беспокойство. Он уже не был уверен, что понимает Джастина.

– Ты ожидал, что она привезет гостя?

– Нет. Не ожидал. Но это даже интересно, – словно рассуждая вслух, проговорил Джастин. – Моя сестра как… как молодая львица, Скотт. Гладкая, с золотистой гривой и очень красивая! Хищница с крепкими ногтями и острыми зубами. Если бы она смогла, то проглотила бы меня и сокрушила «Альциону»! Но я не позволю. Ты понимаешь?

Скотту показалось, что у Джастина поехала крыша. О, он вполне разумен, нормально себя ведет, и тот, кто его не знает, ничего не заметил бы…

Скотт закивал, не желая спорить. Подыграй ему, велел он себе, потяни время, подумай.

– Да, америкашка у нее на коротком поводке, – согласился Скотт. – Может, в этом ее слабость? Ей нужно держать мужчину под каблуком. – Он бесстыдно подыгрывал Джастину.

– Сомневаюсь, чтобы Уолт чувствовал себя комфортно под женской пятой. Я думаю, Джессика была ведьмой, – сказал Джастин, поглядев на портрет молодой красавицы, превратившейся потом в древнюю коварную его прабабку. – Она как будто все предвидела, когда приставила его следить за делами. Он уже старый, с кучей внуков, но у него ясный ум, он упрям и очень опасен. Нельзя упускать его из поля зрения ни на минуту.

– А они с Флейм уже познакомились?

– Нет. Я стараюсь держать их подальше друг от друга. Пока. Но он уже требует встречи, а с тех пор, как появились сообщения в прессе о ее работах…

Скотт кивнул. Флейм сделала еще несколько эскизов для представителей респектабельной английской аристократии, и ее известность росла день ото дня. Но сейчас Скотта больше интересовало другое: не плохо бы поухаживать, а потом и жениться на владелице половины ювелирной компании. Разве существует более быстрый и надежный путь наверх для любого мужчины с мозгами и характером? Он не сомневался, что очень скоро соблазнит Флейм Сирамор-Форбс. Америкашка не проблема. Рис Декстер, может, и надеется на что-нибудь, но Скотт слыл большим специалистом по разбиванию пар. Он делал это много раз, желая заполучить ту или иную женщину. Помехой мог оказаться только Джастин.

– А как ты считаешь, если я немножко с ней пофлиртую и узнаю что-нибудь полезное? Она ведь настолько тщеславна, что не заподозрит меня в корыстных целях. Как ты считаешь? – Скотт вопросительно посмотрел на Джастина. Казалось, он интересуется мнением друга, но на самом деле Скотт отчаянно пытался понять, что на уме у Джастина, и предугадать его следующий ход. Но не вышло. Холодный взгляд Джастина ничего не выражал.

– Считаю, что это будет не плохо, – сказал Джастин. А потом глухо добавил: – Если тебе удастся ее увлечь…

Скотт рассмеялся и отошел от Джастина. Тот посмотрел приятелю вслед, и на лице его появилось вполне определенное выражение: презрение!..

В этот момент в холл вошел Оуэн.

– А почему ты не идешь познакомиться с Рисом? – вежливо спросил он. Ему было интересно, как его сын отнесется к Джастину.

– Сейчас приду, – пообещал Джастин.

Стоя в холле, Джастин слышал возбужденные женские голоса, смех, щебет. Голоса людей, любящих друг друга. Он стиснул кулаки. Леди Джессика взирала на внука с портрета, а когда он взглянул на нее еще раз, он мог бы поклясться, что в ее глазах стоял смех. Она смеялась над ним.

Джастин медленно пошел в гостиную.

Франческа смотрела на него со знакомой и уже привычной тоской на лице. Джастин понимал, как ей хотелось заставить его полюбить ее. И как хотелось заставить его думать, что она любит его…

– Джастин, – сказала Франческа, вставая. – Я хочу, чтобы ты познакомился со своим названым братом Рисом.

Человек, которого увидел Джастин, просто потряс его. Рис Декстер был воплощением силы. И ума. Он совсем не походил на Оуэна. Инстинктивно Джастин почувствовал, что этот мужчина не станет плясать ни под чью дудку и имеет свое мнение по любому вопросу. Джастин постарался скрыть испуг и волнение.

Он прошел через всю комнату, протягивая руку, уверенный, что действует и выглядит как настоящий английский джентльмен. Чтобы манипулировать таким, как Рис Декстер, нужен особый ум. Не стоит пытаться подружиться с ним. Он слишком прозорлив, чтобы поверить в искренность. Надо придумать кое-что поэлегантнее. Одна идея уже появилась. Джастин, кажется, знал, как обратить себе на пользу неожиданное появление в Равенскрофте Риса Декстера.

– Привет, Рис, добро пожаловать в Равенскрофт!

Мужчины пожали друг другу руки. Рис кивнул, в глазах блеснуло любопытство. Так вот он какой, близнец Флейм. Они совершенно не похожи. Он встретил взгляд вкрадчивых голубых глаз и заметил в их глубине какое-то странное выражение. Что это? Боль? Гнев? Страх? Рис подумал, что, пожалуй, страх, но он не был уверен в этом…

– Я надеюсь, мое неожиданное появление не вызвало неудобства?

Джастин покачал головой и почти искренне сказал:

– Вовсе нет. Я очень рад, что вы приехали.

Рис слегка наклонил голову. Закончив изучать друг друга, они разошлись в разные стороны. Рис встал возле камина, а Джастин в вялой позе уселся в большое кресло напротив сестры.

– Ну и как все было? – тихо спросил он, придав лицу сочувствующее выражение.

Он казался таким неуверенным в себе, что Франческа с трудом поборола желание подойти к сыну, взять в ладони его бледное напряженное лицо и успокоить. Накануне вечером, перед тем как заснуть, они с Оуэном долго говорили о нем. О том, как он постоянно контролирует себя, опасаясь проявить свои чувства. В глубине души она понимала, насколько сильно он травмирован эмоционально. Да могло ли быть иначе после стольких лет жизни с Малколмом? Несколько дней подряд мать пыталась показать ему, как следует проявлять свои чувства – любовь, гнев, страх, смущение. Все то, что делает человека человеком!..

Флейм, не подозревая о мыслях матери, пожала плечами.

– Было тяжело, – призналась она. – Я никогда, в общем-то до конца не понимала ее, а теперь ее нет. И никогда не будет.

Джастин отвел взгляд и посмотрел в окно.

Франческа вздохнула. Вот опять этот холодный занавес! Сколько понадобится времени, чтобы растопить сердце Джастина, замороженное Малколмом?

– Джастин, – ласково сказала Франческа и растерялась, когда он повернулся к ней, вопросительно приподняв бровь. Она беспомощно покачала головой. – Ничего. С тобой все в порядке?

Джастин заглянул ей в глаза, такие взволнованные, что он готов был утонуть в них, и улыбнулся.

– Да конечно, а в чем дело?

Франческа снова лишь беспомощно покачала головой.