Трофей Зака - Милана Стоун

Лола Кларк.

Мчу на полной скорости, на которую способен мой старенький Форд.

В больницу... к нему, по первому зову, как верная собачонка! 

Пару раз решаю развернуться и послать его к черту.

Не нужен он мне, не сейчас никогда-либо ещё! Если приеду, я знаю, лишь одно — сопротивляться я ему больше не смогу.

Чувствую это всем своим нутром. Вот он — мой выбор... переступив через стартовую прямую, назад дороги не будет.

Отдать своё сердце на растерзание главному бабнику университета... как глупо!

Но что же делать, если оно давно в его распоряжении?

Хуже не взаимной любви, может быть только любовь преданная. А Зак не за моногамные отношения, как мне кажется... надеюсь, я ошибаюсь.

Любить такого парня лучше тихо, чтобы никто не знал, особенно он сам. Признаться, ему — равносильно подписать смертный приговор.

Раздумывала, подбирая лучшие фрукты для Фостера в больницу.

Этот наглец прислал целый список, чего ему хочется, и в этом списке была я сама... между шоколадом и молоком.

Ему ещё хватает сил шутить! Никогда не перестану удивляться его похабному поведению.

Иду по больнице к его палате с ненормальной, блаженной улыбкой, которую невозможно скрыть.

Откашливаюсь, шлепаю себя по щекам и вхожу в логово засранца.

Большой парень с перевязанной головой, в больничной, голубой сорочке, развалился на койке, свесив одну ногу вниз и... похрапывал!

Это вот так, он меня ждёт в полной готовности?!

Снимаю обувь и на цыпочках подхожу к нему, умиляясь его виду. Дьявольски красив, даже со всеми этими царапинами... без своей шикарной шевелюры, теперь уже с коротким ёжиком... пухлые губки чуть приоткрыты и мне приходится сдерживать свои внезапные порывы, чтобы не поцеловать их!

Мой бедняжка! Все-таки неплохо досталось, как Тим сказал, ему зашивали голову, но сотрясения не было.

Отрываюсь от созерцания Фостера, приступаю к тихому разбору пакета с запрошенной едой. Стою около пастели к нему спиной, раскладываю помытые фрукты в вазу.

— Не сомневался, что ты придёшь, — ощущаю на своей пятой точке его огромную ладонь, получаю шлёпок. — И мне нравится, что ты в короткой юбке, — слышу в его голосе игривые нотки, поворачиваюсь к нему, видя довольную хитрую лыбу на пол лица.

— Ещё бы тебе не понравилось, — язвлю, отходя чуть в сторону.

Да, я надела единственную старую суперкороткую юбку до середины бедра. Но его девушки надевают и покороче.

— Да брось все, — привстает, тянется опять к моей страдальческой, от его внимания попе, хватает в кольцо рук, поворачивает полностью к себе. — Я знаю, что ты пришла, чтобы понежиться в моих объятиях, — смеётся во весь голос, так искренне, что я на секунду замираю в удивлении.

Он в тяжелом состоянии, а он шутки шутит?!

— Все принесла, что ты просил. Я могу уходить? Мне ещё писать конспект... — ищу повод, чтобы сбежать.

— Нет, так не пойдёт... мышкааа, — ох, не нравится мне этот взгляд, направленный на мои голые ноги с похотливым огоньком. — Ты же не просто, так ее одела... даа? Хотела порадовать больного?

Одной рукой он продолжает удерживать, а второй медленно от коленки ползёт вверх, останавливается у каемки, гладит кожу большим пальцем.

Мурашки стремительно гуляют по ногам, и он это прекрасно чувствует. Ухмыляется, а я ловлю каждую его эмоцию с диким восторгом.

Оглаживает внутреннюю сторону бёдра, приближаясь к сокровенному местечку, где ещё не было мужских рук.

Дыхание спирает, каждое прикосновение ударом в подрагивающее от волнения и желания тело.

Я сошла сума, если решила дать трогать себя прямо здесь... ему... это плохая идея!

Пока я веду решающую войну с собой, он не заметным движением проникает прямо под трусики. Дергаюсь в его руках, хватаюсь за его плечи, впиваюсь ногтями... интуитивно пытаюсь отстраниться, ощущая его палец, нежно массирующий прямо там!

Ощущения чертовки не привычные, это не сравниться с тем, как я трогала себя сама, вот ни капли.

Странные... волнующие... расплавляющие.

— Есть контакт... — просевшим голосом, надавливая пальцем, не настойчивым темпом. — Хочууу тебя... — рычит, проглатывая звуки.

Внезапно встаёт, притягивает к своему телу, проникает языком в рот, как только я открываю его от неожиданности. Всасывает мой язык, кусает его, несдержанно поглощает.

Я же не успеваю ему отвечать, повергнутая его напором. Обездвиженная кукла в его руках, хватаю ртом воздух, которого становится слишком мало, цепляюсь за него, чтобы не свалится в обморок.

Толкает свои телом, и я уже чувствую тёплую пастель. Он нависает сверху, раздвигая мои ноги чуть в сторону, продолжает настойчивей ласкать.

— Зак... могут зайти, — говорю ему в губы между поцелуями, упираясь ладошками в крепкую грудь. — Думаю нам нужно... — слова обрываются, когда он неглубоко проникает пальцем, все так же массируя чувствительную точку.

— Мы... по-быстрому, — моментально накрывает нас легким одеялом, делая обстановку более интимной.

О, нет... мы же не можем прямо сейчас!

Мозг все же подаёт нелепые предупредительные сигналы, но тело его слушать не собирается, и я со стыдом поддаюсь вперёд, делая проникновения его пальца... глубже. Блаженство.

Зак шипит мне в рот, толкается своим твёрдым членом в ногу.

Не знаю, откуда берётся эта смелость, но я протягиваю руку и беру его за основание стержня, сжимаю, веду вверх и вниз.

— Это ты... зря, — говорит озлобленно, облизывая ушную раковину.

И меня выталкивает в круговорот возбуждения, его похотливые словечки ведут к пику наслаждения, кажется, я уже ничего не контролирую, как и он сам.

Рваные движения. Вспышка. Заряд тока разносится по телу, отдаваясь покалываниями на кончиках пальцев. И я слышу свой собственный визг, переходящий во всхлипы.

В глазах пелена. Я не понимаю, что сейчас произошло... это было оно?

— Ну и визгливая ты... — упирается мне в лоб, так же дышит отрывисто. — Знаешь... — поцелуй в приоткрытые губы, - мне плевать, где это произойдёт, - мой мозг ещё не соображает, о чем он. — Но я был бы не против...

— Не хотел бы вас отвлекать, — как гром среди ясного неба, — но мы устали ждать!

О, Боже! Нет! Нет!

Выскальзываю из рук Фостера, поправляю задравшуюся юбку, и выползаю из-под одеяла.