Безрассудство - Аманда Квик

Она присела за стол Габриэля. За этим столом он пишет. Здесь, в освещенной каминным пламенем комнате, Она чувствовала себя необычайно близко к Габриэлю. Феба дотронулась до лежавшего на столе пера. «Этим пером он создает новые легенды», — с благоговейным трепетом подумала она.

Легкий скрежет донесся снаружи, прервав ее грезы. В испуге Феба выронила перо и вскочила на ноги. Скрежет повторился, и рука Фебы с невольным испугом метнулась к горлу.

«Это не ветка дерева, царапающая о камень», — мелькнула у нее мысль. В башне три этажа, и деревьев рядом нет.

Снова едва слышный скрежещущий звук. Феба проглотила тревожный комок в горле. Верить в привидения глупо, но в таком старом замке, должно быть, не раз проливалась кровь. Что, если…

Приглушенный удар — и темная фигура спрыгнула на узкий подоконник. Кто-то резко постучал в окно. Феба поспешно отступила к двери, нащупывая рукой замок. Губы приоткрылись, еще миг — и ее крик разбудил бы всех обитателей замка.

Окно башни распахнулось, в комнату ворвался Габриэль. За его спиной осталась болтаться длинная толстая веревка. Феба поняла, что он спустился с крыши, и смотрела на него, приоткрыв рот в изумлении и ужасе.

— Вечер добрый, мадам жена. — Глаза Габриэля сияли при свете очага, когда он с нарочитой медлительностью стаскивал с рук перчатки. Он даже не запыхался. Перед спуском он снял с себя галстук и жилет, белая рубашка почернела от грязи, башмаки были сильно поцарапаны. — Мне следовало ожидать, что вы и брачную ночь сумеете сделать в высшей степени эксцентричной, — весело добавил он.

Голос наконец вернулся к Фебе:

— Габриэль! Боже мой, какой идиот… Да ты же мог убиться!

Она бросилась к окну. Тяжелая веревка уходила вверх, на крышу. Оттуда до земли так высоко. Феба прикрыла глаза, страшные картины мелькали перед ней. Словно воочию, она видела распростертое на камнях тело Габриэля.

— Хорошо, что ты растопила камин. — Габриэль протянул руки к огню. — На улице довольно холодно.

Феба с трудом отвела глаза от окна и набросилась на Габриэля с упреками:

— Ты спустился с крыши!

— А что мне оставалось? — пожал он плечами. — Дверь в эту комнату была заперта. Ты, надо полагать, случайно забыла о ней?

Терпение Фебы лопнуло.

— Ты что же, рисковал своей шеей, только бы непременно осуществить свои супружеские права? — завопила она. Габриэль по-хозяйски окинул взглядом всю ее фигуру.

— А ради чего же еще, дорогая?

— С ума сошел? — «Чем бы таким запустить в него?»— Дурак, идиот, болван! Не могу поверить! Неужели у тебя нет ни капли здравого смысла?

— Просто смешно слышать подобное обвинение от тебя!

— Ничего смешного! Ты мог разбиться насмерть!

Он пожал плечами:

— Это не страшнее, чем взбираться на мачту…

«Боже мой! Точь-в-точь сцена из» Дамы на башне «.

Феба решительно шагнула вперед и остановилась прямо перед Габриэлем.

— Ты больше никогда не будешь делать ничего подобного, слышишь?

Глаза Габриэля вспыхнули. Он взял в ладони ее лицо.

— Я сделаю это снова, если ты опять убежишь от меня.

— Габриэль, ты напугал меня до смерти. Мне показалось, что я вижу, как ты лежишь там, внизу, на камнях. Ты не должен так безумно рисковать.

Быстрый властный поцелуй прервал ее слова.

— Обещаешь, что никогда больше не попытаешься сбежать от меня?

Она прикоснулась ладонью к его груди, вгляделась в резкие черты дорогого ей лица.

— Обещаю. Но и ты — обещаешь больше не поступать столь безрассудно?

Он легонько провел пальцем по ее щеке.

— Ты так волнуешься из-за меня, дорогая.

— Ты же знаешь, — ответила она, и губы ее затрепетали.

— Значит, больше не будешь убегать от меня и запираться. Потому что, если ты сделаешь это еще раз, я снова доберусь до тебя, даже если придется спуститься по веревке с самого неба.

— Габриэль, послушай…

— Даже если мне придется лезть за тобой в преисподнюю! — тихо, но яростно сказал он.

— О Габриэль! — Феба не в силах была противиться ему дольше.

— Иди ко мне, моя Дама-на-башне. — Габриэль крепко прижал ее к себе. Его ладонь скользнула по спине Фебы.

Он услышал тихий стон и наклонился к жене. Их уста слились в поцелуе, и тело Фебы охватила сладостная дрожь. Жаркое тепло омывало изнутри все ее существо и сливалось с острым чувством тоски и желания, так что слезы выступали на глазах. Опустив ресницы, Феба сомкнула руки на шее Габриэля и отдалась волнам этого тепла.

— Все так и должно было случиться, дорогая моя, — шептал Габриэль, — я знал это с первой нашей встречи.

— Правда? — откликнулась Феба. Она уже с трудом держалась на ногах, приникнув к нему, почти касаясь губами твердой линии его рта. Наклонившись, она внезапно поцеловала его запястье. — Я боялась поверить, что ты чувствуешь ко мне… чувствуешь та же, что я чувствую к тебе…

Он улыбнулся, касаясь губами ее щеки.

— И что же ты чувствуешь ко мне?

Она вся задрожала.

— Я люблю тебя.

— Ах, Феба. — Его руки сжали ее и потянули вниз, на одеяло, которое она приготовила для себя на ковре возле огня.

Вдруг вся комната завертелась — завертелась в немыслимом танце!..

Феба лежала на спине, юбка сбилась к коленям. Габриэль вытянулся рядом, его нога проникла между ее ног, вынуждая раздвинуть бедра, нежно прижимая ее к полу. Она открыла глаза и увидела, что Габриэль пристально смотрит ей в лицо.

— Габриэль, я много думала об этом.

— Вот как? — Он прижался губами к ее губам, надеясь на ответ.

— Да. Мне очень нравятся твои поцелуи. И мне нравится, как ты дотрагиваешься до меня.

— Уже хорошо. — Теплые губы Габриэля легко коснулись ее плеча. — Потому что мне очень нравится дотрагиваться до тебя.

— И все-таки, — торопилась договорить Феба, — я почти уверена, что нам лучше подождать с осуществлением супружеских отношений.

— Мне показалось, что ты больше не сердишься на меня. — Теперь он покусывал мочку ее уха.

— Не сержусь, — призналась она. И как могла она сердиться, когда каждое его прикосновение опаляло ее словно огнем. — Но мы должны еще многое прояснить. Все, о чем мы говорили сегодня за ужином. Габриэль, мы ведь почти не знаем друг друга.

— Мы, кажется, договорились, что ты не будешь больше убегать от меня.

— Я никуда не убегу, — быстро сказала она. — Мы будем жить как муж и жена. Только я думала, нам необходимо получше узнать друг друга, а потом уже стать мужем и женой в этом смысле. Ты понимаешь, что я имею в виду?