Я не твоя - Элен Блио

Хотя, я ведь не должна перед ними отчитываться?

Но зная характеры Умаровых…

В общем… мне на самом деле нужно поскорее стать женой Петроса. Тогда я буду чувствовать себя защищенной. От всех и вся.

Иду спать, перед тем как лечь, заглядываю в колыбельку к моему Светлячку. Вот уж кто настоящий Светлячок! Моя доченька! Мое счастье!

На самом деле, могу только спасибо сказать Умарову за то, что у меня есть теперь такое чудо!

И как хорошо, что она так похожа на меня и совсем не похожа на…

Только… мне кажется, что глаза у нее все-таки будут папины.

Счастье, что и у Петроса они такие, светло карие. Ореховые.

И он тоже смуглый брюнет. Правда, больше на мою бывшую любовь он ничем не похож.

Он совсем другой. Более мягкий, нежный, улыбчивый. Я и не помню, видела ли я когда-то как улыбался…

Тамерлан.

Все-таки мне больно произносить его имя. И вспоминать.

Больно, потому что мучительно стыдно оттого, какой глупой я была! Какой дурочкой!

Ведь с самого начала моя интуиция кричала мне – не связывайся с ним! С самого начала я все знала!

И даже тогда, когда в Сочи после первой ночи он сказал, что женится на мне! Я ведь и тогда знала, что все обман.

Но мне так хотелось верить! Хотелось, чтобы сказка про Золушку в нашем мире тоже работала! Хотелось узнать, какая она – любовь?

Я перепутала любовь со страстью.

Он не любил меня. Всего лишь хотел!

Разве… разве мог Ромео предложить Джульетте побыть годик в его любовницах, пока не умрет его первая жена-калека? Сейчас мне даже произносить такое страшно! Только вдуматься в эти слова! Я должна была сидеть и ждать смерти незнакомого мне, возможно, не плохого человека!

А разговор с его матерью? Она казалась такой искренней. Гладила меня по руке, рассказывала, как любит своего сыночка, и как ей жиль, что все так выходит, но…

- Пойми, девочка, у нас свои законы. Тамерлан не может пойти против отца, против семьи…

Да, я все старалась понять и не понимала! Что это за семья такая, которая рушит жизнь любимому ребенку, отдавая его, по сути, как барана на заклание! И почему такой богатый, умный, сильный Тамерлан идет на эти условия…

Может, просто потому что не было никакой любви? Была игрушка. Девочка Зоя. Жизнь.

Жизнь которой он так легко сломал!

Вернее – пытался сломать! Я не сломалась! Я выстояла. Выжила и победила! И родила чудесную девочку.

И, наконец, полюбила. По-настоящему! И этот любимый не станет меня обманывать! Никогда! Я в это верю!

Вспоминаю все, что случилось тогда – ведь год прошел! Ровно год!

Мои метания, мои переживания, страдания, страхи…

И чувства. Мои чувства. Счастье, которое испытывала тогда. Просто сидя в его машине, рядом. Просто катаясь на его лошади. Просто ощущая его горячее тело сзади, когда мы вдвоем сидели на вороном, его дыхание на моей шее.

Глупая, счастливая дурочка!

А потом в Сочи… Как это было недавно! И как давно!

А наш первый раз, который он так позорно испортил? Мне бы тогда еще понять кто я для него! А я…

Любила, верила, ждала чего-то…

Сейчас, когда прошел всего год думаю – зачем вообще я потащилась на эту свадьбу? Что хотела доказать? Глупый маленький Светлячок…

Волосы свои золотые не пожалела! Сколько мамочка моя сил вложила в то, чтобы у меня были красивые волосы! Особенно после того, как они портились от причесок на танцах. Тонны геля, лака, утюжки, голова как склеенная после всех этих процедур. И так как минимум два раза в неделю – на конкурсы! Месяцев шесть таких «приятных» процедур для волос, и мы заметили, что моя коса стала вполовину тоньше. Тогда мама и начала всякие маски искать, специальные шампуни японские, дорогущие – для нас, конечно. Сама не пользовалась, все для меня…

А я взяла и подарила свое чудо золотое тому, кто не заслуживал даже ногтя моего!

Глупая влюбленная девочка!

С ужасом вспоминаю громилу, который гнался тогда за мной. И Ильяса, который струсил.

Значит, он сейчас тут? И я… я боюсь встретиться с ним?

О, нет! Я ничего не боюсь! Пусть они меня боятся! Я могу только в лицо им рассмеяться! Потому что они, взрослые мужики оказались никем! Пылью под ногами моими.

Фу… самой было противно за себя, за ту наивную девочку!

И обидно, что такому мужчине как Петрос я достанусь уже… уже такой, с опаленными крыльями, пользованной, не чистой.

Конечно, он не считает меня такой! И никогда не будет считать. Я ведь… я пыталась рассказать ему про отца моей дочери, но он сказал, что этот человек для него мертв, и ему не интересно, что с ним, он обидел меня, значит по любому, априори он плохой и глупый.

Вот так.

Не могу сдержаться, беру телефон – еще не так поздно, знаю, что Петрос не спит.

Отправляю ему сердечко и поцелуй.

«Как ты, малышка?»

«Все хорошо».

А потом отправляю еще.

«Я люблю тебя, Петрос!»

О! В ответ летит десяток сердечек и вопрос:

«Можешь говорить»?

Набираю видеозвонок. Отвечает. Он в своей квартире, сидит на балконе.

- Ты почему не спишь, любовь моя?

- Не спится. – пожимаю плечами. – А ты?

- Не могу заснуть. Взял бокал вина, думал выпью и меня сморит, но никак…

- Вино пить вредно.

- Один бокал можно, даже неврологи советуют. Забываешь, что я все-таки немножко врач.

- Ну, хорошо, немножко врач. Один можно. Но я осуждаю!

- Я договорился.

- О чем?

- Как? Ты забыла? Свадьба. Нас… нас могут расписать уже завтра.

- О! И когда ты собирался мне сказать?

- Утром. Там запись в двенадцать дня. Ты же успеешь?

- Я… конечно успею! – чувствую, как по телу прокатывается волна раскаленной как лава крови. Мне и страшно и… хорошо!

Я завтра могу стать его женой!

Нет! Не могу! Стану!

Я завтра стану мадам Константинидес!

- Ты согласна?

- Конечно, да, родной!

- Как ты сказала?

- Родной…

- Любимая… не могу больше… хоть сейчас бери машину, и приезжай к тебе под окна.

- Зачем под окна? – пересыхает в горле, я понимаю, что… зову его не просто сидеть рядом на