Свадебные дары дракона - Настя Любимка

И того факта, что из-за вас род отрекся от единственной жрицы, что для этого рода оказалось практически фатальным, роли не сыграл. Вы тешили свое эго и позволили остальным родам вести себя не просто неподобающе, но и разрушительно. Ваши, а также действия вашей матери – это поведение избалованного ребенка, который назло всем и всему, сделает так, как удобно ему. Даже если результатом станет уничтожение дома.

– Эстель! – рыкнул тариан, с которого сползла его улыбка.

– Вы правда считаете, что я не поняла, что стала проводником воли богини не потому, что ваша матушка решила поиздеваться и указать мне мое место? Нет, такое страшное наказание как лишение драконьей сути, пусть и временное, результат длительного процесса. И раз только она получила клеймо на щеку, значит именно ее вина первостепенна. Именно трудами леди Адрианы и ее заботами мы пришли сейчас к тому, что род де Лавер на положении отверженных. Но не вы, ни ваш отец, в этот процесс не вмешались, когда все можно было исправить и не довести до того, что случилось сегодня. И не нужно говорить мне, что вы не знали. Вы знали, и вас все устраивало.

Я понимала, что сейчас вывожу дракона из себя. Его гнев и злость можно было ножом резать. Какой-то безумный, яростный взгляд, буквально приковывал к себе, даже моргать не получалось. Я ощущала его силу, чувствовала, как съеживается моя драконица, но отступать не планировала.

– Это ненормально, что один из великих родов, который вместе с остальными трудится во благо всей страны, который является частью одного звена и без которого не будет благополучия с вашего попустительства, простите уж за правду, гнобят те, кто имеет или равное, или даже положение ниже.

– Все не настолько плохо, Эстель, – мягко возразил Марк и не дал гневу тариана выплеснуться на меня, укрыв своей магией от вплеснувшееся силы тариана.

Удивительно, но после этого, Аллиан «остыл». Вся его мощь была подавлена им же, только вот кулаки сжимал и смотрел так, что внутренности узлом связывались. И вот странность, в этом взгляде было что угодно, но только не злость или ярость. Нет, что-то совсем другое. Как будто я ему приговор зачитала.

– А рискованно тем, что я не питаю ни к кому из вас уважения. Ни к семье Владыки, ни к великим родам. Я могу восхититься тем, как вы радеете за драконий народ, однако никакого благоговения перед вами у меня нет и не появится. Я не знаю всех заслуг великих родов, мне неизвестна история, и поблажек я не сделаю ни для кого. И если меня начнут откровенно задевать или вредить моей семье, я отвечу зеркально. И отвечу так, чтобы никто и никогда больше и мысли не допустил о том, чтобы навредить моему роду.

Я сама не заметила, как моя магия заструилась по телу, более того, яростным пламенем взревела божественная метка на лбу. Я пусть и не видела, но точно знала, что сейчас она сияет так, словно была солнцем.

– Богиня! – выдохнул Марк, чем отвлек меня от тариана. – Эстель, она приняла твою клятву!

– Что ж, – спокойно ответила я, хотя на самом деле, никому ни в чем не клялась. – Мои намерения и отношение к происходящему вам известны, тариан, делайте выводы.

Только после этого моя магия угомонилась.

Понимала ли я, что довела Аллиана до бешенства? И одновременно с этим, оскорбила его?

В общем-то понимала. Как и то, что имею полное право на свою точку зрения. Мой статус, пусть и не особо желанный мной, получен по праву и делать для драконьего народа я буду не меньше. Такова моя плата за силу, за вторую ипостась, в конце концов, за милость богини. И отступать от этого или как-то противиться я не собиралась.

Да и если честно, не хотела.

Обучаясь в академии Ордара, я мечтала стать защитником, по сути, обязанности старшей жрицы рода и есть защита, что совершенно не противоречит ни моим желаниям, ни стремлениям. Можно сказать, что я нашла то дело, которым бы хотела заниматься. Быть полезной, получать от этого удовольствие и жить, довольствуясь тем, что моя магия и способности приносят пользу и радость.

Вот кто, правда, не вписывался в мои планы, так это тариан со своим отбором и невестами. Однако по сравнению со всем остальным, это меньшее зло.

– Ты права, Эстель в том, что жизнь нашего рода кардинально изменилась сто двадцать лет назад, – Марк решил нарушить гнетущую тишину, которая образовалась после божественного явления. – Если сравнивать степень отчуждения и общего презрения, все шло по нарастающей: новый день, новый подводный камень, но... Наш род с честью принял свое наказание, Эстель. За свою ошибку мы ответили заслуженно и хочется верить, что сумели справиться с последствиями, принятого когда-то решения.

– Ошибку? – я усмехнулась. – Впрочем, если речь об изгнании...

– Да речь о нем. Не сразу, но наш глава понял, что натворил. Да и все мы тоже... Богине нельзя перечить. И пусть Мариэлу никто и никогда до конца не понимал, она бы никогда не пошла наперекор желаниям богини. Я точно знаю, если бы богиня приказала, Мариэла бы вышла замуж за нашего тариана.

– А без приказа за меня, значит, нельзя выйти? – ядовито спросил тариан.

Я подавила ухмылку.

Нет, если отбросить личную антипатию, которая в большей степени обусловлена нашим первым знакомством и его злостью, направленной на мою маму, то не лукавя, можно сказать, что нет, замуж за тариана можно выйти и без приказа.

Он был красив, мужественен, силен, одарен магически, имел высокое положение в обществе, что хоть и накладывало определенные обязательства, да совершенно точно указывало на то, что семья будет всем обеспечена и будущим детям не придется ни голодать, ни холодать.

А для любой женщины подобные критерии имеют первостепенное значение. Конечно, всегда есть исключения. Однако, долг любой из нас продолжить свой род и род мужа, а значит мысли о детях и их будущем, обязаны занимать девушку, желающую создать семью. И к этому вопросу всегда нужно подходить с умом. Всего можно достичь сообща, если избранник готов работать и достигать, впрочем, как и сама девушка.

– В вас, несомненно, можно влюбиться. – Ответила вместо Марка и постаралась быть частной. – И думаю, не ошибусь, если скажу, что ваши невесты, может не все, но большинство, влюблены и истово