Люби меня, я бегу от тебя - Морган Монкомбл

Его губы раскрываются, отвечая моему чувственному наступлению, а руки скрещиваются за моей спиной. Все мое тело прижимается к его.

– Ты ведь видишь, – шепчет он с болью в голосе. – Умоляю, скажи, что ты понимаешь, что делаешь со мной.

Я вздыхаю, все мое тело словно горит. Меня захватывают вихри наслаждения, и я прижимаю его к стенке примерочной.

– Позволь мне увидеть тебя, Зо…

Я не знаю, новое ли прозвище сорвалось с кончика его языка, или это что-то другое, но я соглашаюсь. Он разрывает поцелуй и наконец открывает глаза, держа меня на расстоянии вытянутой руки.

Его карие, горящие, огромные глаза смотрят в мои. Затем, очень медленно, они спускаются вниз по моей обнаженной фигуре. Они не торопятся, смакуя то, что видят. От этого меня захлестывает желание. Я больше себя не контролирую.

Я тянусь к его джинсам и расстегиваю их. Джейсон не реагирует. Сначала он не вмешивается, и его дыхание учащается, а затем он останавливает меня, положив ладонь на мою руку. На мгновение я вдруг задумываюсь, волнует ли кого-то, сколько времени я провожу в кабинке.

– Не двигайся, – бросает он хриплым голосом. Я подчиняюсь, наблюдая, как он спускает на ягодицы брюки и боксеры. Я сдерживаю сильную дрожь, а мое сердце колотится как сумасшедшее.

– Ты совершенна.

Он не просит подойти ближе или коснуться его. Нет, Джейсон прислоняется к стене и касается своего органа рукой. Эксгибиционистские наклонности Джейсона захватывают меня и разжигают мои собственные.

Я не очень люблю, когда на меня смотрят.

А вот смотреть самой…

– Посмотри на меня, Зои.

Мне требуется секунда, чтобы понять, что он говорит не о своих глазах. Я опускаю взгляд; в животе тянет, рот приоткрывается. Его рука движется и ласкает его, словно это моя рука, сперва нежно, а затем все отрывистее.

Мы не касаемся друг друга, и тем не менее это эротичнее всего, что я когда-либо делала. Я наблюдаю за тем, как он мастурбирует, и во мне расцветает ощущение того, что это непристойный, но возбуждающий вуайеризм. И оно лишь усиливается, когда я поднимаю глаза и замечаю, что он рассматривает мое тело.

Чем больше Джейсон теряет контроль, тем сильнее пульсирует меж моих бедер, в промежности. Я невинно провожу руками по своему телу. По шее, по груди, по животу, по своему лону. Я медленно подвожу его к погибели.

Я ощущаю себя сверхсильной. Он в моей власти.

Если все это было для того, чтобы доказать мне, что я его возбуждаю, то у него получилось. Совсем скоро Джейсон зажмуривается и, ругаясь, стонет. Есть что-то по-настоящему неприличное и интимное в том, что я вижу, как он кончает. В каком-то смысле он позволяет мне увидеть себя в момент абсолютной уязвимости.

Он, тяжело дыша, одевается, а я едва стою на ногах.

– Больше никогда не говори, что ты слишком толстая, – резко говорит он. – Пожалуйста.

Мне нечего ему ответить.

– Ты только что кончил в брюки, – глупо говорю я.

– Не впервой.

Я улыбаюсь. Джейсон подходит ближе и целует меня в плечо.

– Я поищу туалет. А ты пока надень это платье, – говорит он, указывая пальцем на красную ткань, которую держал ранее. – Тебе понравится.

Именно это я и делаю, когда он уходит. Я до сих пор не отошла от того, что только что произошло, и, хотя я все еще дрожу от сексуальной неудовлетворенности, я рада, что он не сделал ничего, чтобы облегчить это состояние.

Мне начинает нравиться это постоянное ожидание, это одновременно и болезненное, и сладкое напряжение. Теперь мне только и остается, что с нетерпением ждать следующего раза.

– Ого, вау!..

Надев вышеупомянутое красное платье, я разглядываю себя в зеркало. Это шелк; на мои плечи спадают тонкие бретельки, а к ногам словно стекает кровавая река. Ткань очень плотная, а загадочный разрез приоткрывает часть моей левой ноги.

Признаюсь, я думаю, что выгляжу просто божественно. Джейсон, должно быть, того же мнения, потому что в примерочной эхом раздается еще одно «вау». Он вернулся и теперь встретился со мной взглядом в отражении зеркала.

– Я был прав, – улыбается он. – Оно просто создано для тебя.

Я грустно провожу руками по ткани:

– Если бы оно было создано для меня, оно бы стоило на триста евро дешевле.

19

ЗОИ

Чарли Чаплин сказал: «Из хаоса рождаются звезды».

Я повторяю себе это уже много лет, каждый раз, когда моя жизнь идет наперекосяк. Сара всегда говорила, что, какими бы темными ни были дни, я должна продолжать сиять. В конце концов, звезды видно именно ночью.

Точно так же как и хорошие люди познаются в беде.

– Ты видела? – спрашивает Виолетта на обратном пути домой с учебы. – Беллу Хадид признали моделью года!

– Подумать только, а ведь мы ровесники…

– Рядом с ней я выгляжу как ребенок.

Я качаю головой, открывая почтовый ящик. Я передаю Виолетте счет и беру лежащий рядом лист бумаги, сложенный вдвое.

– Скоро ты станешь той, благодаря кому у девушек вроде нее и есть работа. Радуйся.

– К слову об этом, ты уже начала работать над итоговым проектом?

Я молчу, с бледным лицом раскрывая тот самый лист. На нем выцарапано всего три слова, но я знаю, что они предназначаются мне.

«Я тебя нашел».

Виолетта спрашивает, что там, но я засовываю листок в карман, пытаясь прийти в себя.

– Э, да… Кстати, спасибо за кружево из бисера. Очень пригодилось.

Мое сердце наполняется тревогой, пока мы поднимаемся по лестнице. Теперь точно: Брайан знает, где я живу. Он мог бы просто сообщить мне об этом через СМС, но это его маленькое шоу гораздо веселее. И гораздо более жестоко.

Оно доказывает, что он не шутит. И если я не соглашусь в ближайшее время с ним встретиться, он не побоится подняться в квартиру.

– Я как раз недавно говорила об этом с Клеманом, – продолжает Виолетта, ища свои ключи. – Ты никогда не рассказывала, чем собираешься заниматься после ЭСМОД.

Она открывает дверь и пропускает меня вперед. Я бросаю сумку на диван и снимаю туфли. На мгновение я задвигаю Брайана в дальний угол своего сознания.

– У меня нет четкого плана. Моя цель – создать собственный бренд одежды, но я знаю, что это случится не сразу.

– Серьезно? – восклицает она, доставая из кухонного шкафчика «Нутеллу». – Здорово! Как ты его назовешь? «Зои Камара»?

Я неловко почесываю шею.

– Пока не знаю, – вру я, а затем меняю тему: – До этого все равно пока далеко. Сначала нужно изучить конкурентов, провести исследование рынка, составить бизнес-план и в особенности – найти финансирование.

Она задумывается, держа во рту ложку с шоколадом.

– У тебя есть накопления?

Мой разочарованный взгляд говорит за меня. Она прекрасно поняла, что к чему.

– Понятно. В таком случае придется искать средства у инвесторов, банков…

– Да, я уже все изучила. Еще я пытаюсь найти гранты от специализированных организаций. Нужно просто доказать, что мой бренд будет приносить прибыль, а для этого, в свою очередь, нужно, чтобы он выделялся.

Она нерешительно кивает. Я спрашиваю, в чем дело. Она тихо предлагает:

– Знаешь, на первое время я всегда могу одолжить тебе немного денег… Подожди, послушай! – торопливо говорит она, видя выражение моего лица. – Я знаю, тебе не нужна благотворительность. Но я не отдаю эти деньги, а одалживаю. И каждый из нас может сделать то же самое. Уверена, что Лоан будет за: у него тоже есть кое-какие накопления, ты же его знаешь – он все планирует наперед, да и вообще, если честно, мне кажется, что из всей компании он самый взрослый… Ну, в общем, что бы ни случилось, мы рядом. Правда, я сомневаюсь, что Джейсон захочет пошевелить ради тебя хоть пальцем, но я в принципе не уверена, что