Идеальные мужчины - Ирина Петрова

— Вы — Ника, — утвердительно сказал Виталий.

— Я Ника, — согласилась она. Сходство с Мерлин Монро было весьма отдаленным. На изящном красивом лице трогательно светились несколько веснушек.

— Спасибо вам, — протянула она руки сначала Виталию, потом Олегу. — Я очень благодарна вам. Я должна была это знать. — Первоначальная холодность растопилась без остатка. В глазах ее светилось доверие.

Ника еще некоторое время расспрашивала их обо всем, что они могли знать, и Виталий с готовностью выложил ей всю информацию, предлагая свою помощь. Невольно сделал несколько порывистых движений в ее сторону, чем вывел из себя грузина.

Он моментально оказался рядом, враждебно сверкнув глазами.

— Ничего, Гиви, это друзья, — объяснила она. — Ты можешь идти.

Он с недоверием потоптался у двери. Спустя минуту, осторожно закрыл ее за собой.

К удивлению мужчин, Ника достала из кармана халата еще один медальон. И положила рядом с первым.

— Это настоящий? — спросил Виталий, любуясь блеском камня.

— Нет. Незадолго до своей смерти нам дала эти медальоны мама и велела не снимать их. В моем была Верина фотография, а в Верином — моя. Я всегда считала, что настоящий медальон у Веры, ведь мама была с ней более откровенна. Как же я была несправедлива к ней… — запоздало раскаялась она. — Оказывается, мама любила нас одинаково. Теперь-то я понимаю, как ошибалась, — вздохнула Ника, помолчав. — Когда я узнала, что Веру убили, я была уверена, что это из-за медальона.

— Да так оно и было. А увидев, что медальон поддельный — убийца выбросил его, — предположил Олег.

— Или Вера сама отбросила медальон в сторону, не хотела, чтоб он достался Губерману, — подумав, сказала Ника.

— А что значат эти цифры и буквы на медальонах? — спросил Виталий.

— Я думала об этом, но ничего не могла придумать, — сказала Ника.

— Если на Верином медальоне написано: Ника, почему на Вашем не написано: Вера? А какие-то три буквы А М Е? — раздумывал вслух Олег.

— Не знаю, — подумала о своем Ника. — Почему она погибла? Как он мог ее убить? Может быть Губерман, зная, что у мамы с Верой были лучше отношения, чем со мной, тоже предположил, что ей достался подлинный медальон. А может быть, Вере и правда была известна какая-то семейная тайна. Но если бы он узнал эту тайну, он бы не преследовал меня, ведь так?

— Конечно. Вряд ли ваша сестра что-то ему сказала, — проговорил Виталий, напомнив тем самым, что он был свидетелем смерти девушки.

— Да она бы никогда этого не сделала, скорее бы умерла, — воскликнула Ника и тут же опомнилась, досадуя на себя. — Ой, что же я говорю. — В небесных глазах ее снова блеснула слеза.

— Не казните себя, вы не в чем не виноваты, — сказал Олег, желая утешить женщину.

— Она звонила мне накануне своей смерти, просила приехать, предостерегала. Но я тогда ее не послушала. А теперь Губерман здесь. Я почти каждый день встречаю его на улице. Он пока меня, к счастью, не узнает.

— Он недавно был у вас на квартире, — сказал Олег.

— Ах! — испугалась она. — Я почти неделю, как переехала к Гиви. Он запрещает мне работать, а мне так нужны деньги, чтобы уехать куда-нибудь.

— Вы надеетесь от него спрятаться? — спросил Олег.

— Я думала обратиться к своему дяде в Москве, — сказала она.

— 286-07-24? — спросил Виталий.

— Да. А откуда вы знаете?

— А как, выдумаете, мы узнали ваш адрес? — вопросом на вопрос ответил Виталий.

— Минуточку, — посмотрите-ка, — переложил местами медальоны Олег, прервав их беседу: — Если по порядку — Вероника, — процитировал он, — Смотрите, что получается?

— А М Е — Р И К А! — воскликнула Ника. — Ну конечно, Америка. Вера тоже мне говорила, что надо ехать в Америку, я еще подумала тогда: «На что я поеду. Мне едва на жизнь денег хватает.»… — покачала она головой. — Как же я-то об этом не догадалась?

— Что могут означать эти цифры и точки? — заинтересовался Олег.

— Может быть, номер штата, почтового отделения, сейфа, наконец? — перечисляла Ника.

— Деньги на дорогу я найду, — сказал Виталий. — У меня есть кое-какие сбережения от моего бизнеса. Я просто считаю это своим долгом. Я сегодня же пошлю телеграмму своему напарнику, — прижав руки к груди, обещал он, — положитесь на меня и поверьте: теперь все ваши беды в прошлом! — обещал Виталий. Он был искренен, и это извиняло его пафос.

Олег почувствовал себя лишним, никому не нужным. Как часто это бывало в последние дни и в родном городе, и в Москве.

Делать в Ялте Олегу было больше нечего.

Глава 10

Вернувшись с влюбленными в Москву, Олег решил зайти для прощанья к Петру Моисеевичу, в тайне надеясь застать там Эмму.

— Вот хорошо, что вернулся. Я думал, ты совсем уехал. У меня к тебе предложение, — обрадовался Петр Моисеевич.

Оказалось, что через знакомого реставратора антиквар Антон Иванович пригласил Олега для работы в одном из подмосковных храмов. Олег согласился, хотя с Эммой за все время ему встретиться так и не удалось. Спустя несколько месяцев, закончив работу в Подмосковье, Олег уехал в свой город, где стал работать у Виктора в храме.

Зная со слов Олега о его отношениях с Эммой, Виктор советовал:

— Напиши ей.

— Она не ответит, — отвечал с грустью Олег.

— Ну и пусть не ответит, а ты все равно пиши.

И Олег стал писать письма, которые, как он подозревал, в отсутствие Эммы копились в ее почтовом ящике.

— А как твой сын? — спрашивал он Виктора.

— Трудно. Он не очень мне верит. Боится. Моя жизнь его не устраивает, в Бога он пока не верит. И все же я думаю забрать его из детского дома. Скоро ему исполнится четырнадцать. Будет работать со мной и учиться.

— С документами у тебя теперь все в порядке? — спросил Олег.

— Да. Отец Николай и Андрей Степанович помогли. Некоторые формальности остались с детским домом. Но главное, чтобы Артем согласился.

Олег поселился в монастыре. Вскоре в работе ему стал помогать смирный, похожий на отца, Артем — сын Виктора. Снова появилась в жизни Олега Наталья — его ангел-хранитель. И он вновь стал писать картины. Но что бы он ни делал, он не мог забыть Эмму.

Исподволь Наталья готовила Олега к новой выставке. И для него и для нее — это был выход из депрессии.

Олега подгонял успех Эммы заграницей и ее упорное молчание на его письма и телеграммы. Артем- сын Виктора неожиданно для всех увлекся художественным творчеством. Работая помощником Олега, он освоил технику живописи,