Она любит плохих парней - Алекс Хилл

«Судьба — стерва», — печально подмечает внутренний редактор. 

— Садись в машину, — раздается настойчивый голос Дария.

— Оставь меня в покое, — злобно произношу я.

— Садись, Катюш.

— Хватит меня так называть! — взрываюсь я, круто развернувшись. — Хватит ходить за мной и делать вид, что я тебе интересна! Я же сказала, все это было только ради спора, и он закончен, поэтому прекрати!

— И спала ты со мной тоже ради спора? — ухмыляется Дарий.

— Именно!

— И самозабвенно целовала десять минут назад?

Губы опаляет жар, сердце яростно ударяет в рёбра.

— Ты меня заставил!

— Да ну, Катюш? Уверена? — снисходительно спрашивает Дарий. — Ты этого хотела, я в подобном не ошибаюсь.

Вот же сволочь. Нужно спровадить его, и у меня есть единственный щит, которым можно прикрыться.

— Я хотела позлить Рому! Мы с ним…

— Ненадолго, — отрезает Дарий уверенно.

«Попробуй поговорить спокойно, крики не действуют», — тараторит внутренний редактор, зарывшись в бумагах, чтобы найти подходящий план.

Да нет его, этого чертового подходящего плана! На Дария не действует ничего!

— Дар, ты не в моем вкусе. Серьезно. Давай просто забудем, и…

— А кто в твоем вкусе? Этот мелкий идиот с понтами из папиного кармана? Не смеши.

Последний козырь. Если и он не поможет, то я расплачусь прямо здесь и буду реветь, пока меня не усыпят санитары.

— Слушай, я… я люблю плохих парней, — устало вздыхаю, качая головой. — А ты…

— Плохих, значит, — задумчиво повторяет он и поднимает подбородок. — Ладно. Не забывай, что сама щелкнула этим переключателем.

От веселья и добродушия на лице Дария не остается и следа. Улыбка хищная, взгляд цепкий и подавляющий. Он шагает ближе, поигрывая в пальцах ключами от машины:

— Садись в машину, Катя. Последний раз прошу по-хорошему.

Глава 11

Адреналин в бурлящем потоке крови бежит по венам, ритм сердца зашкаливает, а мышцы напрягаются, готовя тело к бою. Азарт грубо толкает страх, отодвинув его с пути, а внутренний редактор хватает ведро попкорна. Если Дарий думает, что меня так легко можно напугать, то он не на ту напал. Как он там сказал, напор недурен? И у него тоже, но этого недостаточно. Делаю уверенный шаг вперед и горделиво поднимаю подбородок:

— По-хорошему? Как же ты, интересно, будешь просить по-плохому? Руки заломаешь и запихнешь в машину силой? 

Дарий наклоняется к моему лицу и устрашающе произносит:

— Это план «Б».

— И какой же план «А»? — уже с меньшем энтузиазмом спрашиваю я.

Ветер бьет в плечо, мои волосы взмывают в воздух, а Дарий дьявольски ухмыляется. Не хватает только раската грома и полной луны для пущего эффекта начинающегося триллера.

— Стой на месте, — строго приказывает Дарий. — Если ты думаешь, что я не побегу за тобой, чтобы поймать и посадить в машину, то… ты заблуждаешься.

Позвоночник покрывается ледяной коркой, спина напрягается, но я развожу руки в стороны и насильно растягиваю губы, демонстрируя, что не собираюсь сбегать. Дарий иронично приподнимает бровь, не впечатленный выходкой, и смотрит выше моей головы. Улыбка сползает с лица, недоуменно наблюдаю, как Дарий подходит к багажнику своей машины. Хочет, чтобы я ехала там или за веревкой полез?

«А может за наручниками и кляпом?» — вставляет свои пять копеек внутренний редактор. 

В свете фонарей блестит серый металл, и я непроизвольно делаю пару шагов назад. Дарий сжимает толстую изогнутую трубу и рывком закрывает багажник.

— Хочешь меня вырубить? — с истерическим смешком спрашиваю я, скрывая панику за сарказмом.

— Это план «В», — беспечно отзывается Дарий, направляясь к черной «BMW», стоящей в соседнем ряду.

Взмах! Удар! Все происходит так быстро, что я не успеваю даже пискнуть. Осколки сыплются в салон на водительское сиденье, воет сигнализация, а Дарий неторопливо движется ко мне, весело размахивая трубой. Моргаю несколько раз, но видение не уходит. Он действительно это сделал. Разбил чертово стекло на чужой машине! Дарий вкладывает в мою безжизненно болтающуюся руку тяжелое холодное орудие, насильно сжимает пальцы, помогая его удержать, и обнимает за плечи, пристраиваясь рядом.

— Вот как все будет, Катюш. — Он наклоняется к моему уху. — Хозяин машины примчится сюда минуты через три, и я скажу, что стекло разбила ты. Камер здесь нет, и, поверь, я могу быть очень убедительным.

Медленно поворачиваю голову, вглядываясь в лицо совершенно незнакомого человека. Похоже, он не шутит, не стоит на это рассчитывать. 

— Я буду все отрицать, — заявляю серьезно.

Дарий коротко кивает и приподнимает уголок губ в мрачной полуулыбке, крепче сжимая мою руку, в которой лежит труба.

— Значит, повеселимся. 

Стук крови в ушах становится все сильнее, писклявая сирена не умолкает, а значит, ни о каком веселье и речи быть не может.

— Ладно… — произношу я.

— Не слышу, — усмехается Дарий.

— Поехали уже!

— Точно? Так быстро передумала?

Смотрю на него с желанием треснуть как следует этой самой трубой.

— Ну хорошо, Катюш. Раз ты так хочешь. — Он отступает в сторону, забирая у меня орудие. — Не могу тебе отказать.

Дарий взмахивает трубой в направлении пассажирского сиденья, и я в пугающем оглушении сажусь в машину. Что это было вообще? Что происходит?! Дарий занимает место водителя, закидывает трубу назад, и я вздрагиваю от мягкого хлопка. Рычит мотор, машина срывается с места, тут же уходя в крутой поворот. Хватаюсь за ручку на двери, чтобы удержать равновесие, скорость все растет и растет. Кошусь на Дария, который с непоколебимым спокойствием выкручивает руль, то в одну, то в другую сторону, обгоняя едущие впереди машины, и не могу поверить, что этот тот самый старикан, который безукоризненно соблюдал все правила дорожного движения. Азарт затихает, а страх поднимается на ноги, вопя об опасности. 

— Все, все. Хватит. — Ужас управляет моим голосом, делая его отрывочным и тихим.

— Тебе страшно? — Дарий прибавляет газ.

— Да… — шепчу я, вжимая голову в плечи. — Да, страшно! Сбавь скорость!

— Плохие парни не