(Не) чужой ребёнок - Аля Морейно

Я не верил в успех этой операции и уже смирился с потерей данных. Тем более, часть важных материалов у меня была продублирована в облачном хранилище. Но предложением воспользовался. И после окончания войны собственноручно забрал у парня новый съёмный диск с переписанной информацией.

Дома я сразу скопировал оттуда свою рабочую папку, а в каком состоянии оказались остальные данные, мне в тот момент было неинтересно.

А сейчас подумал, что там могут храниться наши общие с Лизой фотографии. Из облака я после развода от злости всё удалил. А в каких-то папках на диске должно было что-то остаться.

Я не помню, где у меня что находилось. После войны начинал новую жизнь с новым ноутбуком с чистого листа. А сейчас я отчаянно хочу вернуться в прошлое, о котором мало что помню. Но воспоминания о нём мне критически важно восстановить в памяти.

Фотографии оказываются на месте. Не рассортированные по папкам, вперемешку. В свойствах отображается дата съёмки, которая мне преимущественно ни о чём не говорит.

Лиза… Совсем юная девочка. Сколько ей на этих снимках? Путём нехитрых подсчётов получается девятнадцать… Пытаюсь вспомнить, где и при каких обстоятельствах сделаны эти фото. Получается плохо, но цветные картинки из прошлого окрашиваются эмоциями и больно ранят душу.

Я всё разрушил… Как так могло получиться? Сколько бы ни задавал себе этот вопрос, ответа не могу найти.

Теперь у меня есть семилетний сын, который, кажется, боится меня. И обиженная бывшая жена… Я будто стою на платформе и со стороны наблюдаю, как мимо проносится поезд моей жизни.

Отбираю несколько удачных снимков, где мы с Лизой вдвоём, и отправляю ей. Просто чтобы напомнить, что мы не всегда были врагами. Когда-то мы были семьёй, и нам было очень хорошо вместе…

Я помню, что был счастлив с ней.

Телефон пиликает уведомлением о сообщении.

“Спасибо. Прикольно. А у меня ничего не осталось :(”.

Пишу ответ: “У тебя осталось самое главное – наш сын”.

И вдогонку: “Могу прислать весь альбом с фотографиями, которые у меня сохранились”.

“Спасибо. Не утруждайся. Мне вполне хватит тех, что ты уже прислал”.

Не хочет вспоминать о нас? Ей так же больно, как мне? Или она меня так сильно ненавидит?

В день рождения Вани вылетаю рано утром. По дороге из аэропорта несколько раз пишу Лизе сообщения о своём местоположении, чтобы скорректировать, в случае задержки, время встречи. На улице довольно тепло, но не хотелось бы, чтобы они меня ждали.

В кафе приезжаю немного раньше назначенного времени. Очень волнуюсь. За недели, прошедшие с моего визита, Ваня ни разу не захотел поговорить со мной по видеосвязи. Трубку взял лишь однажды, поздоровался и всё время разговора промолчал. Надеюсь, хотя бы слушал, что я ему говорил.

Лиза считает, что ему нужно время… И я вроде бы понимаю, что должен ждать, но конь внутри меня нетерпеливо бьёт копытом и возмущённо кривит морду, издавая противные звуки. Я потерял целых семь лет. Как это время наверстать?

Никак не мог вспомнить, какие Лиза любит цветы, пришлось покупать наугад. Подумал, что розы – самый беспроигрышный вариант. Кажется, их любят все женщины. Когда я последний раз дарил кому-то цветы? Наверное, ещё до войны…

Жду на крыльце кафе, нервно переминаясь с ноги на ногу. Ванину реакцию предугадать не могу. Вернее, боюсь. Лиза же наверняка будет холодна, как льдинка. А когда-то она была горячей девочкой… Моей девочкой…

Они приходят за несколько минут до назначенного времени. Жена всегда была пунктуальной.

- Здравствуй, – здоровается первая.

Сегодня она в элегантном пальто, на каблуках. Всё те же идеальные черты, гладкая белая кожа и минимум косметики. Взрослая очень красивая женщина. Не моя женщина…

- Привет, – отзываюсь и протягиваю букет. – Прекрасно выглядишь. Поздравляю с именинником. Или новорожденным. Не знаю, как правильнее сказать.

Нервничаю. Готовлюсь к едкому комментарию. Но она молча принимает букет и зарывается носом в бутоны.

- Спасибо… Пахучие и красивые.

- Здравствуй, Иван, – обращаюсь к сыну. А он опять норовит спрятаться за маму.

- Ванюша, поздоровайся с папой, – тихо напоминает ему Лиза.

От слова “папа” меня прошивает током от макушки до пальцев ног.

- Здрасьте, – бурчит мне, как при прошлой встрече.

- Сын, поздравляю тебя с днём рождения…

- Павел, нам комфортнее будет внутри, – прерывает меня бывшая жена. – Давайте расположимся за столиком, там и поговорим.

Видимо, она права. Открываю перед ними дверь, пропускаю вперёд, провожаю к выбранному заранее месту.

- Это тебе, – протягиваю коробку с конструктором-вертолётом, когда Ваня раздевается и устраивается на диванчике. – С днём рождения.

Ребёнок жадно разглядывает красочную упаковку со всех сторон.

- Ух ты! Спасибо…

Официантка приносит вазу для цветов и ждёт, когда мы сделаем заказ.

- Ваня, что ты будешь есть? – пытаюсь отвлечь сына от разглядывания коробки.

- Торт или пирожное. С кремом!

- Ванюша, может, сперва блинчики? Смотри, – Лиза показывает ребёнку меню, – есть с творогом или мясом. Будешь?

- Хорошо, буду сперва блинчики, а потом торт. И сок! – соглашается с матерью. – А что он умеет делать? – тут же возвращается к изучению коробки. – Там есть мотор?

- Давай соберём его вместе и посмотрим, – предлагаю в надежде, что они пригласят меня после ужина к себе домой.

- А не поздновато для визитов? – тут же ощетинивается Лиза. – Ты когда уезжаешь?

- Послезавтра во второй половине дня.

- Ну вот, можем ещё завтра вечером встретиться, а сегодня Ване уже скоро спать нужно будет ложиться.

Бросаю взгляд на сына. Он смотрит на маму с умоляющим выражением лица. Стопудово ему не терпится распечатать коробку и собрать игрушку.

- Нет, так не пойдёт, – говорю решительно. – Я приехал ненадолго и намерен провести всё это время с Ваней, – беззастенчиво пру напролом, надеясь на поддержку ребёнка.

- Павел, не наглей, – тут же одёргивает. – Мы договаривались только о встрече в кафе, – вот она, льдинка, во всей красе.

Даже не льдинка, а целый айсберг. Снежная королева. Попробуй растопи…

- Ты же не хочешь, чтобы мы вскрывали коробку с конструктором прямо тут? Какая-то мелочь может куда-то укатиться, затеряться – и игрушка станет непригодной. Да и места тут маловато, даже если убрать тарелки и вазу. И вообще…

- Мамочка! – жалобно пищит Ваня. – Пожалуйста, разреши.