Внебрачный сын Миллиардера - Арина Громова

– То есть как это – оставили на четырнадцать суток! За что? Он же поехал в участок просто дать показания!

Адвокат Рустама на том конце трубки что-то посопел, надавил на клаксон, коротко выругался и вернулся, наконец, в сути нашего разговора:

– Он ударил полицейского.

– Полицейского? Господи, за что?

– Признаться, тот сам его спровоцировал, но увы, сути дела это не меняет. Согласно закону, нанесение побоев полицейскому – любых – уголовное преступление, в большинстве случаев возбуждают дело.

Я ощутила, как побледнела. Только этого не хватало!

– И что ему грозит?

– Чаще всего это штраф, принудительные работы. В худшем случае лишение свободы.

– Но Рустам…

– Да, Рустам Тигранович не совсем рядовой гражданин, мы все это понимаем. И это в худшем случае, Анна, надеюсь, до этого дело не дойдет и я смогу вытащить его под залог в кратчайшие сроки.

– А что по делу Залмаева?

– Криминалисты еще не закончили работу в его квартире, выводы делать рано, – сухо отрезал он и крякнул что-то: "у меня вторая линия" и отключился.

Я тоже вырубила телефон и заметалась по просторной гостиной словно раненый зверь. Рустам, ну зачем. Ситуация и так патовая, еще это избиение должностного лица. Ну почему ты не можешь держать свои кулаки под контролем!

А если об этом прознают проныры-журналисты…

Я отодвинула занавеску и выглянула в окно, двор был, конечно, пуст, но я знала, что стервятники уже окружили территорию. Понятия не имею, кто слил им информацию об убийстве, может, соседи Залмаева или вообще кто-то из из участка, сути дела это не меняло – они сидели и ждали, как бы сделать кадр погорячее.

Дело уже получило широкий общественный резонанс, хотя даже суток не прошло, Рустама еще ни в чем не обвинили, просто допросили. Но СМИ раздуло несколько десятков статей, одна нелепее другой. А тут эта история с полицейским… Теперь как пить дать его окрестят агрессивным, неуравновешенным, злым. Если он почесал кулаки о того майора, что приходил к нам – осуждать его сложно.

Оставалось надеяться, что Прохоров сделает все как надо.

Когда зазвонил телефон и я увидела последние цифры номера адвоката, то решила, что он уже все сделал. Настроение моментально поднялось. Но ненадолго.

– У нас проблемы.

– Что на этот раз? Не получилось внести залог?

– Нет, Рустам Тигранович и его сосед по камере устроили драку. В общем, пока вопрос с залогом придется немного перенести. На более удобный момент. Хотя бы на завтра.

Час от часу не легче. Да что там творится такое!

Я не могла больше сидеть и просто ждать, узнавая новости от немногословного адвоката. Я решила поехать в участок сама, и узнать все из первых рук.

– Пустите меня, мне нужно с ним поговорить, пожалуйста!

Но Жданов был непреклонен. Единственный, до кого мне удалось добраться всеми правдами и неправдами был он.

Сидел в своем кабинете, откинувшись на спинку вращающегося кресла. Выглядел он так себе: нос распух, под глазами уже явственно наметились два фонаря, которые завтра засияют словно кремлевская елка в главную ночь года.

Может, так нехорошо, но я мысленно позлорадствовала. Ну очень уж этот тип был неприятным.

– Не положено.

– Всего лишь пять минут. Просто поговорить.

– Это следственный изолятор, а не дом свиданий! Знаете, какое преступление он совершил?

– Никого он не убивал!

– А я не об этом. Там пока работают криминалисты. Он напал на полицейского! – оскорбленно задрал подбородок. – Такое не спускается с рук, даже таким, как он.

Вот черт, до чего же он противный!

Я понятия не имела, как стоит вести себя в подобных случаях, что говорить.

Может, стоит предложить ему денег? В кино это работает.

Я отвернулась и, осмотрев кабинет на наличие камер, достала из сумочки небольшую сумму. Снова развернулась к майору и быстро сунула купюры между папками-скоросшивателями, что кривой стопкой стояли на краю его стола.