Испанский любовный обман - Елена Армас

– Ну… – Я замолчала. – Блекфорд, не знаю, что тебе сказать.

Он наклонил голову.

– Ясно.

И вдруг подался ближе, в один миг преодолев разделявшее нас расстояние. Это было очень неожиданно, у меня перехватило дыхание. Осознав, как близко он стоит, я потеряла дар речи; лишилась всякого представления о том, что говорить и надо ли.

Аарон поднял руку и коснулся пальцами моего виска. У меня приоткрылись губы, по коже побежали мурашки.

Он хрипло заговорил:

– Вечно ты со мной споришь.

Я уставилась в красивое, мужественное лицо. Синий взгляд пристально следил за моей реакцией.

– Сопротивляешься мне…

Сердце сжалось. В груди стало тесно, будто я пробежала пару километров.

Аарон опустил голову, почти задевая губами то место, которого только что касались его пальцы. Он оказался так же близко, как и во время нашего танца.

– Словно хочешь, чтобы я умолял. Тебе бы этого хотелось, да? Чтобы я умолял? – Звучало до ужаса интимно. Умиротворяюще. Мысли разбегались в разные стороны. – Ты этого хочешь, да? Поставить меня на колени?

Ух ты…

Знакомый жар поднялся по шее, заливая щеки и обжигая кожу. Потом хлынул вниз, согревая все тело в считаные секунды.

Аарон буравил меня взглядом. Что-то ворочалось в животе.

– Позволь угостить тебя кофе, ладно? Я был бы крайне признателен.

Пересохшие губы сжались. Я пыталась обуздать разыгравшуюся во мне бурю.

– Ладно, – выдохнула я с дрожью. Пришлось откашляться. Два раза. – Можешь оплатить мой заказ. Не будем устраивать шоу посреди кофейни. – Я откашлялась в третий раз, голос все равно не слушался. – Так что вперед, плати. – Я выдержала паузу, обуздывая шальной организм. – И – да, спасибо.

Аарон кивнул. Довольная улыбка тронула ему губы.

– Вот видишь? Не так уж сложно, правда? – заметил он, принимая до ужаса самодовольный вид.

Стоп!

Нахлынуло осознание.

– Да ты… – Даже не верилось: ни в свою реакцию, ни в тот факт, что он завел меня ради простой забавы. – Да ты издеваешься!

У Аарона дернулись губы.

– Может быть. – Он наконец вышел из моего личного пространства и отвернулся. Потом опять посмотрел, по-прежнему дергая уголком губ. – Каталина, ты разочарована?

Просто не верилось!

Самое страшное, он понимал, какое воздействие на меня оказывает. Знал, что его близость творит с моим организмом и с чувствами, и использовал это умение, чтобы обойти меня в дурацком споре.

Я злобно на него уставилась. Аарон, ужасно довольный собой, поднес к губам стаканчик.

– Знаешь, Аарон… – пожала я плечами, еле сдерживая улыбку. – Я крайне разочарована.

– Да?

Самодовольная гримаса наконец исчезла с его лица.

– Еще как. Догадайся, что я сделаю в таком случае. – Я повернулась к Салли. – Салли, пожалуй, возьму по одному пирожному каждого вида, что выставлены на витрине. И да, я передумала. Мне с собой. – Губы все-таки расползлись в ухмылке, надеюсь, не слишком злорадной. – За его счет, разумеется. – Я ткнула в Аарона пальцем. – Окажи ему милость, пока он не распугал всех посетителей и не начал ползать передо мной на коленях.

– О, не хотелось бы, – подмигнула Салли. – Тебе всегда нравились наши лимонные батончики. Может, положить две штучки вместо одной?

Она взяла самый большой контейнер.

Я кивнула.

– Отлично. Обожаю их. И маффина с черникой тоже два, пожалуйста. На вид они просто сказка.

Аарон молча стоял рядом, наблюдая за моим маленьким демаршем.

– Если думаешь, что я не рад твоему аппетиту, то ты не поняла, насколько я вчера был серьезен.

Я отмахнулась от лишних чувств, которыми меня накрыло после его слов.

– Хотя я все-таки надеюсь, ты поделишься.

– Я думала, ты меня кормишь, а не я тебя.

Не знай я Аарона так хорошо, ни за что не заметила бы веселые искры у него в глазах. Но они там определенно были.

Вглядываясь в лицо мужчины, которого откровенно презирала в прошлом – не всегда заслуженно, – я вдруг поняла очевидное. Мне ведь тоже весело. Причем нас объединяет не только это – но и то, что мы старательно скрываем друг от друга эмоции.

Каким-то образом, впервые в истории, нам обоим небезразлично. Мы замерли, уставившись друг другу в глаза. Взгляды сцепились. Мы с трудом сдерживали улыбки. Как два тупых идиота, кусали губы, рассчитывая, что соперник не вытерпит и засмеется первым.

– Готово, – пробился сквозь чары голос Салли, заставив меня резко обернуться. Она улыбалась. Широко, во все зубы. – Заказ упакован.

– Спасибо, – пробормотала я и не без труда прижала коробку к груди. – Отлично, Блекфорд. Тебе тоже спасибо. Всегда приятно иметь с тобой дело.

– Ты правда не поделишься?

– Не-а.

Мы опять уставились друг другу в глаза. Потекли секунды.

– Я… – Он замолчал, будто передумал говорить. У меня застучало сердце. – Не люблю бегать по аэропорту. Поэтому постарайся завтра не опаздывать. Это не…

– Да, Блекфорд. Я поняла. Пока.

Я развернулась на каблуках и пошла прочь.

Сперва позарился на мои сладости, а теперь еще и это!

Однажды я точно швырну чем-нибудь в его смазливую рожу. Гарантирую. Первым, что попадется под руку – кроме брауни, конечно же.

Глава тринадцатая

Аарон никогда не опаздывает. Эта опция отсутствует в его программе.

Уж я-то знаю наверняка – последние два года стараюсь приходить на встречи и совещания раньше его.

Значит, остается один вариант. Он не придет.

Аарон подумал и понял, до чего нелеп наш план.

Мой план, с которым он согласился.

Или наоборот? Если честно, я уже запуталась.

Впрочем, неважно. Потому что он не придет.

Это единственное разумное объяснение тому, что я стою посреди терминала перед огромным табло, где отображается расписание вылетающих рейсов. По спине стекает холодный пот, а рядом никого нет. По крайней мере, того синеглазого угрюмого мужчины, который вызвался меня сопровождать.

Меча по сторонам взгляды, я осознавала неизбежное.

Я лечу одна.

Меня захлестнуло острой паникой. И чем-то еще.

Вроде обиды, например. Что на самом деле было глупо. Речь об Аароне, и я не имею права чувствовать себя так, будто меня предали. Или бросили. Нельзя, чтобы лишние эмоции распирали голову и грудь. В конце концов, я прекрасно понимаю, отчего он струсил.

Все это – полный бред. Совершеннейшая глупость. Зачем ему мой безумный план?

Взгляд застыл на чемодане и сумке, стоящих у моих ног. Надо встряхнуться и взять себя в руки.

Все отлично. Сейчас