Женщина на все времена - Элизабет Хэран

— В любом случае деньги вам пригодятся, — продолжала гнуть свою линию молодая англичанка. — Не похоже на то, что у вас их очень много.

Он, казалось, ее не слушал.

— Ленгфорд Райнхарт еще жив? — вопрос прозвучал очень недоброжелательно, и Нола подумала, что этого пьяницу и хозяина поместья, в котором она служит, наверное, раньше связывали какие-то отношения.

— Да, но он нездоров. После того как умерла его жена, он живет как отшельник. Мистер Райнхарт редко выходит из дома.

Дэлтон проворчал что-то нечленораздельное.

— А Гален Хетфорд? Он работает у Райнхарта?

— Вы знаете мистера Хетфорда?

Вэйд кивнул.

— Сейчас его нет на ферме. Он изо всех сил старается помочь мистеру Райнхарту сохранить хозяйство, но это очень трудно. У нас нет воды. Если мы ее не найдем, все будет потеряно.

— А вас как зовут?

— Нола Грейсон.

— И вы учительница? А почему жена Галена больше не преподает?

— Я полагаю, она умерла.

Вэйд нахмурился.

— Да что вы говорите!

— Вы ее знали?

— С тех самых пор, как она приехала на ферму Райнхарта. Она была красивой женщиной, но очень слабенькой. Здесь она явно чувствовала себя не на месте. Насколько я знаю, у них был ребенок, маленький мальчик.

— Вероятно, вы имеете в виду Хиза. У него есть еще брат и сестра. Киган и Шеннон.

Вэйд Дэлтон в последний раз встречался с Галеном Хетфордом очень давно, лет десять назад, кажется. Он покачал головой. Да, время летит, и оказывается, кругом столько новостей. Значит, дети растут без матери…

В его следующих словах было столько ненависти, что Нола вздрогнула.

— Для Ленгфорда Райнхарта я не пошевелю и пальцем, даже если он будет умирать от жажды у меня на глазах. Если вода нужна этому человеку, разговор закончен.

— Я и не прошу вас помогать мистеру Райнхарту лично. Дело касается самой фермы. Братья покойной жены Ленгфорда Райнхарта хотят отнять у него поместье.

— Надеюсь, что им повезет.

Нолу поразили слова Дэлтона. А как же Гален Хетфорд и его дети? Впрочем, она подавила гнев и попыталась говорить спокойно.

— Если мистеру Хетфорду не удастся помочь хозяину, его дети останутся без крыши над головой. Может быть, Ленгфорд Райнхарт и не заслуживает сочувствия, но подумайте о Хизе, Кигане и Шеннон. Они любят это поместье, и мальчики пытаются помочь отцу сохранить его, хотя это совсем не их дело. Старший сын Галена работает наравне с мужчинами, а ведь ему всего тринадцать лет! У самого Хетфорда сердце разорвется, если, несмотря на все его усилия, ферма будет потеряна. Это хозяйство — будущее его детей.

Сначала Вэйд Дэлтон слушал ее набычившись, но постепенно черты его лица смягчались. Нола Грейсон умела достучаться до самого непреклонного в своих решениях человека.

— Ну хорошо, — неохотно ответил он. — Я сделаю это для детей и для Галена. Он приличный парень. Да, Галену Хетфорду нужно помочь. Он этого заслуживает. А Ленгфорд Райнхарт не заслуживает ничего другого, кроме как жариться в аду, и, если бы это зависело от меня, я хотел бы увидеть его там сегодня, а не завтра.

Ноле очень хотелось узнать, за что Вэйд Дэлтон так ненавидит Райнхарта, однако времени на расспросы не было. Тот, на кого она так рассчитывала, протрезвел и видел перед собой цель. Удивительно, но этот человек пришел в чувство намного быстрее, чем она ожидала. Наверное, это хороший знак.

Шеннон и Киган остались в кабинете одни не надолго. Хозяин дома пробыл на втором этаже не больше получаса и снова спустился вниз. Он пришел к детям. Они тихо сидели за столом и рассматривали какую-то книжку. Ленгфорд Райнхарт не мог припомнить, когда он в последний раз видел детей, и не имел ни малейшего представления о том, что ему делать. Ну вот, занимаются же они чем-то сами. Пройдет совсем немного времени, и вернется эта несносная женщина. Это из-за нее все здесь идет кувырком!

— Ну? — проворчал он. — Что вы делаете?

Шеннон слезла со стула, на который брат положил ей несколько книг, чтобы было удобнее сидеть, и подошла к Райнхарту. Он замер и не знал, куда деть руки. Киган разложил бумагу и карандаши и оперся о столешницу локтями, исподтишка поглядывая на старика. Больше всего Ленгфорду хотелось скрыться на втором этаже, но он подозревал, что они могут пойти за ним.

Ситуация казалась ему дурацкой — он смотрит на девочку, а она не сводит с него своих ясных детских глаз и явно ждет, что он будет делать дальше.

— Мисс Грейсон сказала, что вам нужно привыкнуть, — вдруг сказала малышка. — А еще она сказала, что все люди любят детей. Это правда?

Ленгфорд Райнхарт отвел глаза. Даже упоминание о Ноле Грейсон действовало ему на нервы.

— Вы не должны верить всему, что говорит мисс Грейсон, — он ответил резко — так, как привык разговаривать со взрослыми.

— Почему? — удивилась Шеннон.

Ленгфорд Райнхарт чуть было не начал отповедь о том, что все женщины — лгуньи, но вовремя прикусил язык.

— Мисс Грейсон очень много знает, — подал голос Киган. — Она интересно обо всем рассказывает.

— Женщины всегда полагают, что знают все лучше, чем мужчины, — проворчал Райнхарт. — Ты об этом узнаешь, когда вырастешь.

— Хэнк вырос, а ему мисс Грейсон нравится, — вмешалась Шеннон. — И папе тоже.

— Да? — хозяин поместья был поражен.

А он-то думал, что его управляющий хочет отделаться от этой особы так же сильно, как и он сам. Впрочем, так и есть на самом деле. Что могут понимать дети, особенно такая малышка?

— Она сшила мне красивое платье и показала его папе, а теперь шьет скатерть для кухни. В нашем доме сейчас все стало по-другому.

— Даже так?

«Эта учительница уже втерлась в доверие детей, используя свои женские штучки», — подумал он с досадой. Все они одинаковые!

— Мне неудобно сидеть на книгах, — Шеннон уже вполне освоилась. — Мисс Грейсон берет меня на колени.

— Я, э… — он ничего не успел сказать, а малышка уже вскарабкалась к нему на колени.

Ленгфорд Райнхарт окаменел. Он не знал, что ему теперь говорить или делать. Девочка не обратила на это внимания. Она изучала свой листочек с простенькими картинками, которые должна была перерисовать. Потом взяла со стола другой листочек — с цифрами.

— Вы мне поможете? — Шеннон взглянула на Райнхарта, который недвижно сидел, глядя прямо перед собой.

Девочка протянула ему карандаш.

— Мистер Райнхарт,